Размышленние о пройденном пути Reflections on the path I've walked

Transcription

О ЖИЗНИ И О СЕБЕ
Т.Н.Кары-Ниязов

РАЗМЫШЛЕНИЯ
О ПРОЙДЕННОМ

ПУТИ

ИЗДАТЕЛЬСТВО
ПОЛИТИЧЕСКОЙ
ЛИТЕРАТУРЫ
Москва • 1970
9(С5)

К27

Кары-Ниязов Ташмухамед Ниязович.

К27 Размышления о пройденном пути. М., Полит-

издат, 1970.

311 с. с илл. (О жизни и о себе).

Эта книга — воспоминания одного из старейших ученых Узбекистана, Героя Со-
циалистического Труда, члена Академии наук Узбекской ССР Т. Н. Кары-Нияэова.
В основе ее содержится материал книги, вышедшей в 1967 году в Ташкенте под таким
же названием. Готовя книгу к настоящему изданию, автор сделал дополнения. Он рас-
сказывает о состоянии культуры в Туркестане в дооктябрьский период и о культурном
и научном строительстве в Узбекской ССР. Читатель узнает о замечательных людях,
с которыми автору пришлось вместе работать, о содружестве ученых разных националь-
ностей. о их вкладе в развитие нашей Родины. В последней главе автор делится впечат-
лениями of поездок в разные страны.

1 -6-4
211—69

9(С5) + 37С
СЛОВО ОБ АВТОРЕ ЭТОЙ КНИГИ

Вспоминаются сентябрьские дни
1967 года, когда мы в торжественной об-
становке чествовали Ташмухамеда Ния-
зовича Кары-Ниязова в связи с его семи-
десятилетием. На торжества собрались
многочисленные друзья юбиляра — его
сверстники и ученики, соратники куль-
турного фронта и собратья по научному
труду, партийные и советские работники,
представители коллективов трудящихся
Узбекистана и гости из братских респуб-
лик.

Сколько горячих приветствий и доб-
рых пожеланий высказано тогда в адрес
юбиляра! Сколько в них душевной те-
плоты и сердечности! Но то было не
только личное торжество Ташмухамеда
Ниязовича. Это был большой праздник
науки и культуры Узбекистана, праздник
всей интеллигенции республики, науч-
ной общественности страны. И это

3
понятно, ибо всю свою сознательную
жизнь Т. Н. Кары-Ниязов посвятил слу-
жению науке и культуре. В их развитие,
в дело воспитания нового поколения уче-
ных он внес огромный вклад.

В Узбекистане, пожалуй, нет челове-
ка, который не знал бы Ташмухамеда
Ниязовича: первоклассники, только что
пришедшие за знаниями, и седовласые
академики произносят его имя с глубо-
ким уважением, восхищаются его неза-
урядными дарованиями. Да и не только
в Узбекистане. Т. Н. Кары-Ниязов сни-
скал широкую популярность во всей на-
шей стране и далеко за ее пределами,
его научные труды получили всеобщее
признание.

Т. Н. Кары-Ниязов познал большую
школу жизни, хорошо изучил быт, нравы
и обычаи народа, среди которого вырос.
Он прошел трудный, но славный путь.
Выходец из среды трудового народа, сын
бедного сапожника, он с первых дней
Советской власти становится под ее
победное знамя и активно участвует во
всех социальных и культурных преобра-
зованиях, беззаветно служит народу, от-
давая его просвещению пыл своего
сердца, свои организаторские способно-
сти, пытливый ум и неистощимую твор-
ческую энергию. С каким бы участком
культурного фронта ни была связана его
деятельность, он всюду идет в первых ря-
дах.

Необычайно много сделал Т. Н. Ка-
ры-Ниязов для развития народного обра-

4
зования, науки и культуры в республике.
Его по праву называют пионером куль-
турной революции, ее первым бойцом,
аксакалом интеллигенции Узбекистана.

Т. Н. Кары-Ниязов — основатель уз-
бекской советской школы и создатель
первого учебника для нее. Он — органи-
затор и руководитель первого в респуб-
лике педагогического техникума, в кото-
ром было положено начало органиче-
скому соединению новой узбекской
и передовой русской педагогической
мысли. Он в числе первых среди узбеков
окончил в Ташкенте Государственный
университет, а затем стал здесь препода-
вателем, руководителем кафедры и рек-
тором. Ему первому из узбекских ученых
присвоили звание профессора и степень
доктора наук. Он — основатель и руково-
дитель первых математических кафедр
вузов и первых научно-исследователь-
ских учреждений республики, основопо-
ложник узбекской математической тер-
минологии и оригинальной узбекской
математической литературы. Ему при-
надлежит большая заслуга в разработке
нового алфавита узбекского языка на ос-
нове русской графики. Он — первый ака-
демик и первый президент Академии
наук Узбекской ССР. И первым среди
ученых Узбекистана он удостоился высо-
кого звания Героя Социалистического
Труда.

Такой приоритет — результат не слу-
чайного стечения обстоятельств. Это —
плод упорного труда, таланта и редких

5
способностей человека, закономерный
итог его разносторонней неутомимой
деятельности, творческих исканий и сме-
лых дерзаний. Это — свидетельство при-
знания больших заслуг крупного совет-
ского ученого перед партией и народом,
достойная оценка его вклада в развитие
отечественной науки и социалистиче-
ской культуры.

Перу Т. Н. Кары-Ниязова принад-
лежит большое количество фундамен-
тальных научных исследований. Его за-
мечательный труд «Астрономическая
школа Улугбека» удостоен Государствен-
ной премии. Он — автор капитального
труда «Очерки истории культуры Со-
ветского Узбекистана», многих моногра-
фий, методических пособий, журналь-
ных и газетных статей. Его избранные
труды составили восьмитомное издание.
И каждая написанная им строка проник-
нута глубокой любовью к народу, забо-
той о его благе, о просвещении людей,
о процветании советской науки и куль-
туры, о подготовке кадров образованных,
высококвалифицированных специали-
стов.

По специальности Т. Н. Кары-Ния-
зов — математик. Но он не замыкается в
рамках узкой специальности. Творче-
ский диапазон учено го-коммунист а чрез-
вычайно широк; он охватывает самые
различные области научной и общест-
венно-политической деятельности, самые
разнообразные проблемы строительства
нового общества. Ташмухамед Ниязо-

6
вич — активный боец ленинской партии,
пламенный советский патриот, страст-
ный . пропагандист идей марксизма-лени-
низма, пролетарского интернационализ-
ма и братской дружбы народов, заботли-
вый учитель и воспитатель советской мо-
лодежи.

И такое мнение о Т. Н. Кары-Ния-
зове создается при чтении его книги
«Размышления о пройденном пути».
Ташмухамед Ниязович подробно повест-
вует в ней о своей жизни — от раннего
детства до сегодняшних дней. Он убеди-
тельно показывает, как тернист был его
творческий путь. На этом пути ему при-
шлось испытать немало трудностей. Но
ничто не вызвало в нем разочарования.
Он упорно преодолевал препятствия,
уверенно шел вперед к поставленной
цели, поднимался все выше от одной сту-
пеньки к другой и неизменно добивался
успеха. Через всю книгу красной нитью
проходит мысль о том, что именно в
борьбе, в неутомимом созидательном,
общеполезном труде человек может
обрести настоящее счастье.

В книге освещено много интересных
фактов и событий. Но автор не ограни-
чивается их констатацией, он всесторон-
не анализирует их, сопоставляет, делает
из них выводы, высказывает в связи с
ними глубокие мысли. Свой жизненный
путь он показывает на фоне истории раз-
вития науки и культуры Советского Уз-
бекистана, затрагивая большой комплекс
социально-экономических, общественно-

7
политических и идеологических про-
блем.

Завершаются «размышления» эпило-
гом, в котором автор с вдохновением
воспевает величие Советской Отчизны,
выражает ей чувства глубокой любви и
признательности, дает клятву в безгра-
ничной преданности и нерушимой вер-
ности.

«Дорогая матушка-Родина! — воскли-
цает автор. — Это ты меня вскормила, вы-
растила в своих объятиях. Это ты, ведо-
мая ленинской партией, воспитала меня,
удостоила радости творческого труда,
Привела к счастливой жизни. Ради тебя
я готов отдать кровь свою, а если потре-
буется, и жизнь свою!»

Книга написана увлекательно, про-
стым и доходчивым языком. Она несо-
мненно вызовет живой интерес широких
масс читателей и принесет большую
пользу.

Шараф РАШИДОВ
ШКОЛА ЖИЗНИ

Рассматривая человека со стороны
нравственной, мы видим, что он ро-
дится не разумным, но только
способным быть разум-
ным, и чтобы быть таковым, ему
нужен продолжительный опыт.

В. Г. Белинский

Пусть примеры в истории, истинные
понятия о чести, любовь к Отече-
ству, пробужденная в юных летах,
дадут заранее то благородное на-
правление страстям и ту силу, кото-
рая дозволяет нам торжествовать
над ужасом смерти.

Н. И. Лобачевский

Вполне естественно и зако-
номерно, что в результате накопления жизненного опыта на
определенной ступени нашей жизни наступает пора пере-
оценки ценностей, возникает потребность осмыслить прой-
денный путь. Такая пора наступила и у меня. В часы раз-
думья передо мною мелькают картины суровой дооктябрь-
ской жизни и последующей, насыщенной опытом культур-
ного и научного строительства...

Средняя Азия! Великую историческую роль сыграли ее
народы в развитии мировой культуры и цивилизации! Но ка-
кой тернистый путь пройден ими! На протяжении тысячеле-
тий они вели героическую борьбу против внешних и внутрен-
них врагов, против своих угнетателей. Сколько было опусто-
шительных нашествий иноземных завоевателей, междоусоб-
ных войн! Сколько было человеческих жертв! Сколько было
народного горя, слез, бедствий, лишений! Поистине велика
эта летопись народной скорби и страданий!

Порою замечательные творения народа — ценности мате-
риальной культуры, созданные на протяжении веков, превра-
щались в груды развалин, и лишь отдельные сохранившиеся
семена вновь давали ростки. И лучшие сыны народа любовно
их выращивали, творили, продолжая прогрессивные тради-
ции своих предшественников.

Нередко в бедных лачужках, при тусклом мерцании све-
тильника они совершали великие открытия, пробивая путь

в
для дальнейшего развития человечества. Это были неутоми-
мые труженики, проявившие подлинный героизм на науч-
ном поприще; страстные энтузиасты, боровшиеся за под-
линную науку, за ее передовые идеи.

Таким был, например, крупнейший энциклопедист
XI века Абу-Рейхан Бируни 1 из Хорезма, который в период
господства астрологического мировоззрения разрабатывал
научные основы астрономии, смело и едко высмеивал неве-
жество реакционного духовенства. u

Таким был знаменитый среднеазиатский математик, фи-
лософ и поэт XII века Омар Хайям, который смело и тор-
жественно провозглашал:

Когда 6 я властен был над этим небом злым,

Я 6 сокрушил его и заменил другим,

Чтоб не было преград стремленьям благородным
И человек мог жить тоскою не томим!

Таким был крупнейший узбекский поэт и мыслитель
XV века Алишер Навои, который, вопреки запрещению сво-
бодно мыслить, говорил: «Все, чего достиг человек, он достиг
усилием мысли. Когда работает человеческая мысль, нет не-
преодолимых препятствий».

В конечном итоге всегда побеждали передовые идеи,
росли и развивались здоровые ростки подлинно научного
знания. Правда, научные достижения тех времен порою были
окружены ореолом религиозных верований, однако незави-
симо от того, делалось это вольно или невольно, подлинная
наука всегда развивалась, подчиняясь своим законам.

Только благодаря Великому Октябрю в нашей стране был
побежден старый мир, мир насилия и угнетения. На его раз-
валинах началось грандиозное строительство нового, свет-
лого мира. Трудящиеся стали хозяевами и творцами своей
жизни, организаторами социалистического хозяйства, актив-
ными участниками государственной и общественной жизни
страны.

С одной стороны, жизнь общества, происходящие в нем
преобразования в той или иной мере неизбежно отражаются
на жизни его членов, а с другой — жизнь каждого члена об-

1 Придерживаюсь распространенной транскрипции, хотя следовало
бы писать «Райхан», а не «Рейхан»; аналогично было бы правильным пи-
сать «Беруни», а не «Бируни» (см. работу автора: «Очерки истории
культуры Советского Узбекистана». М, 1955, стр. 18).

10
щества складывается по-разному, в зависимости от целого
ряда конкретных условий, в которых она развивается, форми-
руется.

Жизнь человека сопряжена с различными трудностями,
препятствиями. Человечество на протяжении своего сущест-
вования накопило огромный опыт по их преодолению. Суще-
ствуют школы разных ступеней и профилей, которые при-
званы обучать подрастающее поколение решению некоторых
наиболее «типичных» задач, встречающихся в жизни чело-
века. Обучаясь в этих школах, люди при соблюдении опреде-
ленных условий оканчивают их.

Но существует школа иного рода, а именно: школа жизни,
которую никому никогда не суждено окончить. Каждый из
нас в зависимости от возраста, образования, способности,
жизненного пути находится лишь в том или ином «классе»
этой школы, ибо она развивается непрерывно, и число ее
«классов» бесконечно.

Таким образом, жизненный путь человека складывается
из бесчисленного множества опытов, из которых одни мо-
гут быть удачными, другие — неудачными; одни — положи-
тельными, другие — отрицательными; одни — полезными, дру-
гие — вредными. Задача заключается в том, чтобы из этих
опытов сделать правильные, обобщающие выводы, использо-
вать и развивать положительные, полезные результаты.

Зная, что кратчайшее расстояние между двумя точками
есть прямая, тем не менее в жизни к одной и той же цели мы
подходим разными путями. В своей «Новой Атлантиде»
Ф. Бэкон замечает следующее: «Хромой калека, идущий по
верной дороге, может обогнать рысака, если тот бежит по
неправильному пути. Даже более того, чем быстрее бежит
рысак, раз сбившись с пути, тем дальше оставит его за собой
калека».

Правда, «наука сокращает нам опыты быстротекущей
жизни», но сам процесс усвоения выработанных человечест-
вом знаний, познание окружающего нас мира происходит
по-разному в зависимости от целого ряда условий, которые
складываются в жизни каждого из нас. Следовательно, вза-
имосвязь науки с жизненным опытом, правильное их сочета-
ние, совершенствование созидательного труда имеет немало-
важное значение.

Нашу жизнь мы не можем себе представить вне времени
и пространства. Колесо истории мерно и непрерывно вра-
щается, символизируя собою течение времени. Нет в мире

11
никакой силы, которая могла бы приостановить его. Надо ра-
ционально, разумно, наиболее выгодно использовать каждое
мгновение удаляющегося от нас времени. Таково одно из
важнейших условий прогресса. Что же касается мира, то, как
известно вопрос состоит не только в том, чтобы объяснить
его, но и в том (а это главное), чтобы активно переделы-
вать его на благо человека.

Личные интересы советского человека находятся в гармо-
ническом сочетании с общенародными, а направление его
деятельности имеет объективное значение для жизни народа,
способствует удовлетворению назревших потребностей об-
щества для его прогрессивного развития. Другими словами,
каждый из нас вносит свой посильный вклад в дело коммуни-
стического строительства в нашей стране. Такая благородная
деятельность человека способствует выявлению всех его воз-
можностей и всестороннему развитию личности. Заметим
при этом, что подобное сознание смысла жизни исключает у
человека боязнь смерти, превращает ее в ничто. В связи с
этим уместно вспомнить следующее изречение древнегрече-
ского философа Эпикура: «Когда мы существуем, смерть еще
не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не
существуем». Это с биологической точки зрения. Что ка-
сается духовной жизни советского человека, творца, созида-
теля, посвятившего себя воплощению великих идей марксиз-
ма-ленинизма,— она является бессмертной.

Еще Бетховен на вопрос о том, почему он пишет, отве-
тил: «То, что у меня на сердце, должно найти себе выход.
Вот поэтому-то я и пишу». Аналогичное состояние было и у
меня, так что этот скромный труд есть не что иное, как ве-
чение сердца. А<?тор
ПРИ ТУСКЛОМ МЕРЦАНИИ
СВЕТИЛЬНИКА

Полнее сознавая прошедшее, мы
уясняем современное; глубже опу-
скаясь в смысл былого, раскрываем
смысл будущего; глядя назад, ша-
гаем вперед.

Л. И. Герцен

Видеть и чувствовать, это — быть,
размышлять — это жить.

В. Шекспир

РАЗГОВОР
СТАРОГО С НОВЫМ

Утро вечера мудренее — го-
ворит народная пословица. И действительно, как показывает
опыт, вопросы, не решенные вечером, нередко успешно
решаются на другой день утром.

Раннее утро является самой наилучшей порой для раз-
мышлений; оно обладает замечательной особенностью: чув-
ствуется какая-то торжественная тишина, которую лишь
изредка нарушает отдаленное пение петуха. Порою мне
кажется, что эта тишина обладает каким-то своеобразным
языком, который от обычного отличается тем, что ее голос
воспринимается лишь сердцем.

...Однажды рано утром, в часы размышлений о прошлом,
мое внимание привлек чугунный светильник, который вот
уже много лет стоит на моем рабочем столе. Я очень дорожу
им, так как он является единственной сохранившейся семей-
ной реликвией, памятью о моих родителях, о моем детстве.
Я сам родился при его мерцающем свете.

Светильник этот оказался на столе рядом с электриче-
ской лампой. Я всматриваюсь в них, и при этом мне кажется,
что лампа с некоторым зазнайством смотрит на седой све-
тильник. Она, очевидно, не знает или забывает, что челове-
честву потребовалось пройти великое множество ступеней
развития, чтобы подняться на уровень эпохи светильника.

Светильник является символом, характеризующим опре-
деленный отрезок истории моего народа. Символично, что

13
он горел тускло, хотя порою бывали и вспышки. По мере
наблюдения за светильником перед моими глазами встает его
история: материал, из которого он сделан, напоминает мне
труд кустарей, связанный с добыванием и обработкой руды
для него; форма светильника — труд тогдашних литейщиков,
кузнецов; его фитиль — труд дехкан-хлопкоробов; масло в
нем — труд джувазкашов, кустарей-маслобойщиков.

Светильник и электрическая лампочка — это представи-
тели двух различных поколений. И когда я наблюдаю за
ними, то мне кажется, что порою они беседуют между со-
бой:

— Будь здорова, доченька! Желаю тебе успехов! — ла-
сково обращается светильник к лампочке.

— Спасибо, отец. Я уже давно опередила вас, нахожусь
у финиша,— отвечает лампочка.

— Это хорошо, что ты у финиша. Однако учти, что веч-
ного финиша не бывает. Жизнь состоит из бесчисленного
множества финишей. Поэтому не успокаивайся на достиг-
нутом.

— В таком случае выходит, что нет смысла стремиться к
нему, ведь все равно никогда не достигнешь его!

— Наоборот, задача именно и заключается в постоянном
стремлении от одного финиша к другому. В противном слу-
чае был бы застой и не было бы прогресса.

— Мне кажется, отец, в вашем суждении кроется проти-
воречие.

— Возможно, не стесняйся, говори, я готов выслушать
тебя. Скажи, в чем оно выражается?

— Вот вы уже преклонного возраста, а я в расцвете сил,
и вам никогда не добраться до того финиша, которого я до-
стигла.

— Не зазнавайся, доченька, нехорошо. Будь скромна.
Если на то пошло, тебе следовало бы знать, что великие тво-
рения многих выдающихся личностей, как, например, Би-
руни, Хорезми, Навои, Джами совершались при моем свете.
А это значит, что почва для твоих достижений была подго-
товлена мною.

В это время вдруг потух свет, но лишь на мгновение. Лам-
почка загорелась вновь, однако свет от нее был весьма сла-
бый, красноватый. Тогда светильник воскликнул:

— О, вот это мне нравится, доченька! Я вижу, ты покрас-
нела: значит, не потеряла чувства стыда. Пусть же скром-
ность будет твоим неразлучным спутником!

14
— Спасибо.

— Твой задор, свойственный молодости, говорит о нали-
чии у тебя большой энергии. При разумном ее использова-
нии ты сможешь творить чудеса.

— Постараюсь, отец.

— От всей души желаю тебе успехов.

— Спасибо, отец.

Наряду со светильниками тогда же пользовались и керо-
синовыми лампами. Но лампы не всем были доступны. То
же самое можно сказать относительно разведения огня. У нас
дома употреблялся чакмок (огниво). С этой целью в глиня-
ной чашке хранились жженая тряпка, кусок кремня и кусок
стали. Искра, вылетавшая из кремня от удара сталью, падала
в чашку, от чего загоралась жженая тряпка; продувая ее,
к ней подносили лучинку. Эту операцию приходилось про-
изводить каждый раз при разведении огня. Тогда же упо-
треблялись и спички, но подобно керосиновой лампе, они не
были доступны всем.

Продолжая свои размышления, я будто опять вижу перед
собой сгорбленную фигуру ткача, сидящего за станком, шел-
ковода, голыми руками черпающего шелковые нити из кипя-
щей воды; мастера, в поте лица занимающегося лощением
тканей; согнувшегося водоноса, разносящего воду в курдюке;
гончара за изготовлением глины или за станком; талантли-
вых народных мастеров — ювелиров, чеканщиков, каллигра-
фов, миниатюристов и других, искусство которых переходило
от поколения к поколению.

С другой стороны, жизнь этих тружеников, создателей
материальных благ, особенно в конце XIX и начале XX ве-
ков была весьма тяжелой. Это время характеризуется обо-
стрением классовых противоречий: в политической и обще-
ственной жизни нашей страны происходили такие события,
как, например, Андижанское восстание 1898 года, экономи-
ческий кризис 1900—1903 годов, создание большевистской
партии, Кровавое воскресенье (9 января), революция 1905—
1907 годов.

* *

*

Мои детские годы проходили в Ходженте, нынешнем
Ленинабаде, где я и родился. Точная дата моего рождения для
меня оставалась долгое время неопределенной. Лишь в конце
1917 года в Фергане (по старому — Скобелеве), где мне

15
пришлось жить с отцом с 1909 года, удалось определить ее в
связи с возникшей потребностью при заполнении анкеты.

Оказывается, год моего рождения был отмечен моим от-
цом на титульном листе одной старой книги стихов Хафиза
по мусульманскому летоисчислению, а именно: 1314 год

хиджры. Это соответствует 1896 или 1897 году.

Город Ходжент, один из древнейших городов Средней
Азии, расположен на левом берегу реки Сыр-Дарьи, то бур-
ной и стремительной, то спокойной и величавой. Она яв-
ляется свидетелем многих исторических событий и разыграв-
шихся трагедий, происходивших на территории Средней
Азии. Ее воды не раз были окрашены кровью предков средне-
азиатских народов, героически боровшихся против инозем-
ных завоевателей.

По некоторым данным, предполагается, что Ходжент су-
ществовал еще при вторжении Александра Македонского в
Среднюю Азию, то есть в IV веке до нашей эры. В свое время
весь город был окружен двойным рядом высоких и весьма
толстых стен, часть которых сохранилась еще при моем дет-
стве, и мы, мальчишки, лазили и бегали по ним.

По переписи 1897 года, население города, состоявшее в
основном из таджиков и узбеков, определялось в 30 076 чело-
век; здесь насчитывалось 144 мечети и 4 медресе ', среди ко-
торых такие медресе, как Хазратбобо и Хазрат Ходжа Камол,
построенные в начале XVII века. В свое время город играл
большую роль в среднеазиатской торговле, ибо находился в
узле дорог на такие крупные города, как Балх, Бухара, Таш-
кент и Коканд.

Ходжент издавна славился своими садами и виноградни-
ками, прекрасными фруктами и дынями. Например, такие
сорта абрикосов, как хурмойи и мирсанджали, ходжентские
сорта винограда — тагоби и шакарангур, чудные персики и
миндаль, знаменитые дыни — лобиёги, шакарпора и другие
являются замечательным творением народных селекционе-
ров, садоводов и дехкан, богатый опыт которых переходит
из поколения в поколение.

Промышленность в Ходженте в то время, по сравнению с
такими городами, как Ташкент, Коканд, Фергана, была раз-
вита весьма слабо. Она состояла главным образом из кустар-
ного шелководства, ткачества и других мелких ремесленных

1 Здесь и в дальнейшем придерживаюсь распространенной транскрип-
ции «медресе», хотя следовало бы писать «Мадраса» высшее духовное
учебное заведение мусульман.

16
производств. В конце XIX века в городе были построены
хлопкоочистительный и стекольный заводы, а также шелко-
ткацкая фабрика. И все-таки здесь преобладали докапитали-
стические формы хозяйства.

ПОД ЗВУКИ «ТАК-ТАК»
И «ГУМ-ГУМ»

Наш домик, где я родился и
провел свои детские годы, находился в старой части Ход-
жента, называвшейся «Пянджшамб», в квартале Довудходжа.
Этот домик состоял из одной глинобитной хибарки с земля-
ным полом площадью около 18 квадратных метров, неболь-
шого хозяйственного навеса и треугольной формы дворика,
приблизительно в 50 квадратных метров.

Весь квартал, в котором мы жили, как и другие кварталы
города, состоял из хаотического лабиринта узких, кривых
улиц и закоулков, лишенных зелени, грязных зимой и пыль-
ных летом. По этим улицам трудно было не только про-
ехать, но и пройти.

Жителями квартала были главным образом ремесленники,
дехкане, мелкие торговцы и два бая — Ходжиат-бай и Рахим-
бай. Оба наши соседа — Миркайюм-кулол и Мирмахмуд-ку-
лол были гончарами.

Мой отец родился в 1859 году в семье садовника. В дет-
стве он учился в старой мусульманской школе — мактабе, а
в юности около года — в медресе. Учеба была прервана в
связи со смертью его отца. После медресе около пяти лет
отец был садовником, а затем до 1909 года свыше двадцати
пяти лет занимался сапожным ремеслом.

В те времена имя человека обычно произносилось с указа-
нием его профессии, например «гончар Абдулла», «столяр
Махмуд», «переплетчик Махсум». Моего отца звали «Кари
Нияз махсидоз», что значит «сапожник Кари-Нияз». Он
был среднего роста, со спокойными черными глазами, широ-
ким лбом. Как человек религиозный, он точно выполнял все
предписания ислама, например пять раз в день совершал мо-
литву, соблюдал пост. Он был весьма мягким и добродушным
человеком, часто повторял слова Бедиля: «Живи в капище
идолов; одного только не делай: не обижай человека».

Т. Н. Кары-Ниязов

17
Отец работал очень много. Любимым его отдыхом было
чтение. Он увлекался поэзией и народным эпосом, обладал
превосходной памятью, часто цитировал стихи таких поэтов,
как Хайям, Бедиль, Хафиз. Любил сочинять стихи.

Моя мать Аслятбиби происходила из семьи бедного дех-
канина. Она была неграмотной и всю жизнь до глубокой ста-
рости занималась вышиванием, славилась как искусная ма-
стерица не только в городе, но и за его пределами. К ней ча-
сто приезжали из далеких окраин. Вначале она занималась
вышиванием платков и тюбетеек, а потом перешла исключи-
тельно на сюзане (особый род гобелена). И теперь, когда
я бываю в отдельных домах или музеях, где на стенах кра-
суются сюзане, передо мною встает образ моей матери: вот
она сидит, согнувшись, за вышиванием или же разноцветными
красками делает предварительный эскиз. Кто знает, может
быть, среди сюзане, которые ныне являются украшением
стен отдельных домов или музеев, имеются и произведения
моей матери? Жаль, что остались неизвестными многие имена
замечательных народных мастеров, в том числе вышиваль-
щиц, искусство которых переходило от поколения к поко-
лению.

Моя бабушка по отцу была также неграмотной. Я ее
очень любил и часто приставал к ней с просьбами рассказать
сказку. Как мне казалось, она знала их бесчисленное множе-
ство. Бабушка не любила повторять сказки, которые уже рас-
сказывала, каждый раз я слушал все новые и новые, затаив
дыхание. Она была великолепным мастером слова. К сожа-
лению, моя мать не отличалась ни тем, ни другим: во-первых,
ее «репертуар» был весьма ограниченный, во-вторых, она
не умела так увлекательно рассказывать, как бабушка.

Так как в семье целые дни все работали, я часто был по-
мехой. Поэтому в ранние детские годы родители нередко
держали меня на привязи, причем один конец веревки при-
креплялся к моему поясу, а другой — к колу, забитому в
землю. Я мог передвигаться только в круге, радиус которого
равнялся длине веревки. Однажды, отчаявшись от такого сте-
сненного положения, я начал бегать по кругу так быстро,
что потеряв равновесие, споткнулся и упал. Результат ока-
зался плачевным — перелом кости подъема правой ноги.
Разумеется, после этого я долгое время не мог ходить. След
этой шалости и по сей день остался на моей ноге.

Примерно с шести лет я начал помогать отцу, крутил
нити и лощил их воском. Первое время мне это очень нрави-

18
лось. Особенно вечерами. Наступала тишина и раздавались
характерные звуки: «так-так», которые получались каждый
раз, когда отец производил удары концом рукоятки шила по
швам; «гум-гум» — от вращения прялки, которую вращала
бабушка или мать: своеобразное шуршание, происходящее
при кручении нити. Почему-то я любил все эти звуки, пы-
тался подражать им, и постепенно они превращались в на-
певы моих детских песенок. Характерно, что когда мой
взгляд обращается к стоящему на моем рабочем столе све-
тильнику, перед моими глазами часто встает эта картина
слаженной трудовой деятельности нашей семьи, образы и
даже позы моих родителей за работой.

Недалеко от нас, в том же квартале, где и мы, жил мой
дядя. Это был добродушный старик с пышной седой боро-
дой. Он был ткачом, работал на ручном ткацком станке, яв-
лявшемся одним из важнейших и древнейших изобретений
человека. По некоторым данным, такие станки появились не
менее чем за пять тысяч лет до нашей эры, а древнейшие
ткани из хлопка изготовлялись преимущественно на Восто-
ке — в Индии, Египте, Китае и Средней Азии.

Дяде приходилось работать и по ночам. Поэтому над его
станком на двух висячих дощечках стояло два светильника.
Я довольно часто забегал к нему полюбоваться его работой
на станке.

Мне нравились движения челнока, которым дядя весьма
ловко оперировал, направляя его правой рукой налево, а ле-
вой — направо. При этом раздавался ритмичный звук «ша-
лак-шулук», который также, как звуки «так-так» и «гум-гум»,
превращался в напев моих детских песенок. Иногда, когда
обрывалась нить основы, дядя, находя место разрыва, давал
мне подержать один конец нити, а затем, удлинив другой
конец, соединял их. В таких случаях он нередко приговари-
вал: «Учись, детка, пригодится в жизни».

СУННАТ, ТОЙ
И ИХ ПОСЛЕДСТВИЯ

К семье я был единствен-
ным сыном. Отец долгое время вынашивал мысль об «очище-
нии моих рук» — так называли обряд обрезания — «суннат».
Наконец, кажется в 1904 или 1905 году, обряд был совершен.

19
Благодаря этому событию в нашей семье появилась новин-
ка — керосиновая лампа. Она висела надо мною, и мое вни-
мание было отвлечено ее ярким светом, когда совершалось
обрезание.

Обычно этот обряд завершался тоем — пиршеством. По
обычаю на той приглашались не только близкие друзья и зна-
комые, но обязательно и все те, кто посещал мечеть в том
квартале, где происходил обряд. Поэтому, чтобы устраивать
той, труженики годами копили свои мизерные сбережения.
Но сбережения были настолько скудны, что нередко прихо-
дилось влезать в долги. Так случилось с моим отцом, кото-
рый долгое время не мог расплатиться с долгами.

С точки зрения религии ислама совершение обряда «сун-
нат» не является обязательным для мусульман, так как по
этому вопросу в Коране ничего не сказано. Об этом речь
идет лишь в так называемой книге «Суннат» — сборнике,
в котором рассказывается о пророке Мухаммеде. В нем гово-
рится, например, что детям мусульман до 10—11-летнего воз-
раста с целью «очищения их рук» желательно совершение
этого обряда. Лишь после этого якобы они становятся му-
сульманами.

Но рассматриваемый обряд существовал еще задолго до
рождения пророка Мухаммеда, за много тысяч лет до появ-
ления религии ислама у многих народов. Его происхождение
относится к далекому прошлому — к первобытному обще-
ству. Дело в том, что при переходе юношей в группу полно-
правных членов общины над ними совершались посвятитель-
ные обряды, их подвергали различным физическим испыта-
ниям, например делали надрезы кожи, обрезание, выбивали
зубы, заставляли голодать. Со временем у некоторых наро-
дов Востока, в частности у мусульман, обрезание вошло в ре-
лигиозный ритуал.

Само обрезание является весьма ответственной и опасной
операцией, и в случае ее неудачи результат может быть
весьма плачевным. Разумеется, что этих неудачных случаев
и связанных с ними болезней бывало немало. Но никогда и
никому из родителей не приходила в голову мысль о том, что
болезнь была вызвана обрезанием.

Таким образом, с точки зрения самой религии ислама, об-
резание необязательно, с медицинской — в нем нет необхо-
димости, а религиозный ореол, которым оно окружено,—
результат слепой веры.

20
- БИТЬЕ ДЕЛАЕТ
ГРАМОТНЫМ
ДАЖЕ МЕДВЕДЯ

Через некоторое время после
обряда «суннат» отец решил поместить меня в мактаб. Мак-
табы — наиболее распространенный тип начальных школ, ко-
торые на протяжении ряда веков существовали в странах
мусульманского Востока, в том числе и в Средней Азии, в
своих обветшалых, застывших формах.

Разумеется, я обрадовался, узнав о решении отца. Мои
ровесники давно учились в мактабе, и я мечтал учиться. На-
стал долгожданный день. После некоторых наставлений о
том, как вести себя при встрече с домуллой — учителем, отец
повел меня в мактаб. Обращаясь к домулле, отец произнес
традиционную фразу:

— Домулла, вручаю сына на ваше попечение. Начиная с
сегодняшнего дня, его мясо — ваше, а кости — мои, — то есть
отец разрешил домулле бить меня без ограничения.

— Конечно,—сказал домулла, улыбаясь,—битье делает
грамотным даже медведя.

Хотя эти слова домуллы несколько напугали меня, однако
я им не придавал значения до тех пор, пока не испытал на
себе их действия.

Мактаб наш существовал на вакуфные 1 средства кварталь-
ной мечети и помещался по соседству с ней, в небольшом
дворике. Уроки проходили в глинобитной хибарке с земля-
ным полом. Она имела одну дверь, свет проникал через
дыру в стене со стороны улицы. Ученики располагались
вдоль трех стен, прямо на полу, застланном соломой, за низ-
кими скамейками для книг. Напротив сидел домулла, около
него лежали разной длины и толщины палки, которыми он
наказывал провинившихся учеников.

Учение в мактабе начиналось с зазубривания букв араб-
ской азбуки, иногда начертанной у каждого ученика на до-
щечке, или (большей частью) путем механического заучи-
вания отдельных слов из «Хафтьяка», содержащего избран-
ные места из Корана, посвященные основным положениям

1 Вакуф — имущество, завещанное или переданное каким-либо лицом
какому-либо мусульманскому духовному учреждению с правом пользо-
ваться доходами от этого имущества.

21
вероучения. «Хафтьяк» — значит «одна седьмая» (подразуме-
вается Корана).

Я пришел в мактаб, как это было принято, со своим
«Хафтьяком». Домулла, посадив меня около себя и открыв
первую страницу этой книги, начал первый урок, состояв-
ший в том, как следует читать слово «алхамду» ', с которого
начинался текст книги.

— Слушай меня хорошенько и повторяй за мной, — ска-
зал домулла, а потом начал: — это — «алиф», а это его «за-
бар»; это — «лом», а это — его «сокин», значит — «ал»; это —
«хе», а это — его «забар»1 2, это — «мим», а это — его «сокин»,
значит — «хам», а все вместе — «алхам».

Все это я повторял несколько раз вместе с домуллой.
После этого он спросил меня:

— Ну как, понял?

Разумеется, я ничего не понял, но, боясь домуллы, отве-
тил утвердительно:

— Да, понял.

— Тогда иди, сядь вон там и выучи урок!

Заняв указанное мне место, я начал, как и другие уче-
ники, повторять, во всем подражая им, то есть громко, на-
распев, мерно раскачиваясь. В результате в мактабе стоял
непрерывный шум. Домулла, сидя на своем месте, следил за
поведением каждого. Иногда, вдруг вскочив со своего места,
он начинал колотить палкой замеченных им в шалости уче-
ников. В таких случаях поднимался невообразимый гам.

После «Хафтьяка» обычно приступали к заучиванию так
называемого «Чоркитоба» («Четверокнижие»). Этот «учеб-
ник», написанный в стиле катехизиса, излагал мусульман-
ские обряды в форме вопросов и ответов: «Если спросят
(приводится содержание вопроса), то отвечай так (приво-
дится ответ на поставленный вопрос)». Например: «Если
тебя спросят: из скольких ракиатов (поклонов) состоит ут-
ренняя молитва, то отвечай: из четырех ракиатов».

После «Чоркитоба» дальнейшее учение обычно опреде-
лялось самим учителем, по его усмотрению, в зависимости
от способности каждого из учеников. Однако независимо от
рода книги, предназначенной учителем, преследовалась одна
и та же цель — упражнение в чтении, причем, толкованию

1 «Алхамду» — арабское слово, означающее «хвала», «слава» (под-
разумевается богу).

2 «Забар», «сокин» — знаки арабского алфавита.

22
смысла читаемого текста, за редкими исключениями, не при-
давалось значения. Мне пришлось упражняться в чтении сти-
хов знаменитого поэта Хафиза.

Обычно домулла получал от родителей учащихся разные
подарки в период обучения (тюбетейки, обувь и т. п.).
Кроме того, еженедельно, по четвергам, мы приносили так
называемый «пянжшамбеги» — приношения, как правило, ле-
пешки, а иногда деньги. В этот день перед уходом из мактаба
домулла проверял чистоту наших рук, главным образом, ног-
тей (так как многие блюда, в том числе плов, ели руками).
Каждый из нас по очереди подходил к учителю и, вытянув
обе руки вперед, показывал ему свои ногти, а он, посмотрев
на них, стукал особой дощечкой прямоугольной формы с
ручкой, причем сила его удара определялась степенью чи-
стоты ногтей. В тех же случаях, когда он замечал под ног-
тями грязь, ударял по ним так сильно, что ученик выбегал из
мактаба с жалобным криком, со слезами на глазах.

Наш домулла был строгим и безжалостным по отноше-
нию к своим ученикам. Но в народе он слыл человеком доб-
рым, чистосердечным, чистоплотным и скромным. Он был
искусным каллиграфом. Некоторые образцы его каллиграфи-
ческого почерка и по настоящее время хранятся в моем ар-
хиве. Его звали Мулла Юлдаш Мирза. Он отличался трудо-
любием, в свободное от занятий время в мактабе, особенно
по ночам, нередко до рассвета занимался переписыванием
рукописей, которые потом размножались литографским спо-
собом. Образцы его работ можно встретить среди литограф-
ских изданий второй половины XIX и начала XX столетия.

Наконец, я должен заметить следующее. В мактабе, кроме
палок, существовал еще так называемый «фалак», применяе-
мый как «высшая мера» наказания. Это деревянный стержень
с двумя петлями из веревок, в которые по указанию домуллы
двое старших учеников — «халифов» (помощники домуллы)
с силой совали ноги провинившегося ученика, затем, скручи-
вая стержень, держали его с двух сторон так, что провинив-
шийся висел вниз головой, а домулла безжалостно колотил
его палкой по пяткам. Однажды я тоже был наказан на этом
фалаке. И вот за что.

В детстве я очень любил запускать бумажный змей и
среди моих товарищей считался мастером этого детского
спорта. Как-то сильный ветер очень рано разбудил меня, чем
я и воспользовался, чтобы запустить змей. В результате
опоздал на урок. Домулла встретил меня очень сердито:

23
— Почему ты опоздал?

Деваться было некуда, и я умоляюще пролепетал:

— Домулла, больше не буду!

Однако домулла был неумолим: по его знаку двое сва-
лили меня, а затем повесили на фалаке. По-видимому, до-
мулла был не в духе, поэтому довольно безжалостно стал
колотить палкой по моим пяткам. Результат был весьма пла-
чевный: из пятки одной ноги пошла кровь. Дело происходило
зимой. Вскоре образовался нарыв, и долгое время я был вы-
нужден ходить с палкой. После этого я категорически отка-
зался ходить в мактаб. Очевидно, этот случай сильно подей-
ствовал и на моего отца, который и не настаивал, чтобы я
ходил в школу.

Вот какая жестокая методика обучения существовала в
мои детские годы. Диву даешься, что из мактабов, хотя и
ничтожно мало, но все же выходили грамотные люди, по-
видимому, наиболее способные. А сколько было таких спо-
собных, не охваченных школой и оставшихся на всю жизнь
неграмотными! В самом деле, достаточно сказать, что, со-
гласно данным 1912 года, по трем областям Туркестанского
края, ныне входящим в состав Узбекской ССР, обучалось
всего: по Ферганской — 0,5 процента детей, по Самарканд-
ской — 0,9, по Сырдарьинской — 2 процента детей.

В мактабе, где я учился, было всего 10—12 учеников. Но
и в других мактабах бывало не больше. Например, по дан-
ным 1899 года, в указанных выше трех областях насчитыва-
лось 4 632 мактаба, а в них обучалось всего 44 773 ученика,
в среднем в каждой мактабе менее десяти мальчиков.

Еще хуже обстояло дело с обучением девочек. Даже в
городах лишь немногим девочкам из состоятельных семей
удавалось учиться. С ними занимались малограмотные жен-
щины. Они давали «уроки», которые заключались в зазубри-
вании правил религиозных обрядов и отдельных отрывков из
Корана.

В. И. Ленин в 1913 году, разоблачая антинародную поли-
тику министерства просвещения царской России, с возму-
щением писал: «Такой дикой страны, в которой бы массы
народа настолько были ограблены в смысле образования,
света и знания, — такой страны в Европе не осталось ни од-
ной, кроме России»

То состояние, в котором находился Туркестанский край

1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 23, стр. 127.

24
в области народного образования, отнюдь не являлось слу-
чайным, наоборот, оно было закономерным, как следствие
политики царизма, политики «народного затемнения». Изу-
чая состояние народного образования в Туркестанском крае,
граф К. К. Пален был вынужден написать следующее: «Если
дело и дальше так пойдет, то для достижения краем европей-
ского уровня ему понадобится 1600 лет». Разумеется, при ца-
ризме оно не могло идти иначе.

НУ, СЫНОК,

НА СЕГОДНЯ НИТОК
ДОСТАТОЧНО,

ДАВАЙ ЧИТАТЬ!

Когда я учился в мактабе,
отец время от времени проверял, как я учусь. Этот контроль
заключался в том, что во время нашей совместной работы с
ним иногда он заставлял меня читать, а сам, продолжая рабо-
тать, слушал и поправлял мои ошибки.

С первых же дней после того, как я перестал ходить в
школу, эти чтения стали более регулярными. Ежедневно,
выбирая тот или иной подходящий час, отец вдруг прерывал
меня:

— Ну, сынок, на сегодня ниток уже достаточно, давай
читать.

Я продолжал читать тот же «Ходжа Хафиз», который был
начат в мактабе. Однако, как говорится, нет худа без добра:
постепенно эти чтения стали более осмысленными и инте-
ресными, ибо отец в доступных ему случаях начал объяс-
нять и смысл прочитанного текста, порою сопровождая его
комментариями, пословицами, поговорками. Кроме этого,
иногда он требовал, чтобы я выучил наизусть отдельные
стихи. В результате таких регулярных чтений я достиг не-
которых успехов: научился читать сравнительно свободно,
на что потребовался примерно год. Я думал, что моя учеба
теперь завершена. Но вскоре убедился, что дело обстоит не
так.

Однажды во время нашей совместной работы я обратился
к отцу с просьбой:

— Дада ', научите и меня шить сапоги!

1 Дада — папа.

25
Отец ответил с какой-то еле уловимой горькой улыбкой:

— Научиться шить сапоги не так уж трудно. Ты лучше
учись, сынок, грамоте.

— Но я же теперь хорошо читаю.

Отец, улыбаясь, уставился на меня.

— Ты думаешь?

— А как же, откройте мне любую страницу «Ходжа Ха-
физа» и я прочту все, что укажете.

— Это верно,—сказал отец,—но это далеко недоста-
точно для того, чтобы ты мог читать любую книгу. Потерпи
немного, скоро я достану для тебя еще одну книгу, и ты в
этом сам убедишься.

Вскоре отец принес обещанную книгу. Она оказалась
сборником стихов Мирзы Бедиля. Книга была написана так
называемым почерком «шикает» — особой формой ско-
рописи, настолько сложной по своей структуре, что не вся-
кий грамотный человек мог разобраться в лабиринтах свое-
образных сочетаний букв арабского алфавита.

Открыв книгу, я попытался прочитать первую страницу.
Но, увы, из этого ничего не вышло. Я был не в состоянии
прочитать ни единого слова. Отец, продолжая свою работу,
по-видимому, следил за мной, а я уткнулся в книгу и молчал.

— Ну, как? — наконец спросил он.

— Не могу читать,—сказал я.

— Ведь ты же читал свободно!

— Да, но только не эту книгу!

— То-то! — сказал отец, многозначительно улыбаясь.

Мое настроение испортилось. Ведь до этого я считал себя

грамотным, думал, что могу читать любую книгу. Заметив
это, отец решил успокоить меня:

— Ничего, не горюй, сынок, научишься читать и эту
книгу.

Изучение новой формы письма шло довольно медленно.
Надо было многое вызубрить и запомнить. Лишь после двух
лет упорной учебы я стал свободно читать стихи Мирзы Бе-
диля, написанные почерком «шикает».

26
ГОНЧАР

И ЕГО УЧЕНИК

D детстве я часто забегал к
нашим соседям — гончарам, чтобы полюбоваться их мастер-
ством. Особенно часто бывал у Миркайюма, симпатичного
и добродушного старика. Нередко я засиживался у него, на-
блюдая за вращением гончарного круга и восхищаясь лов-
костью рук соседа, ибо на моих глазах бесформенный ку-
сок глины превращался в горшок, чашку, блюдо и т. п.

Мастерская Миркайюма помещалась в темной глинобит-
ной хибарке, куда свет проникал через небольшую дыру в
стене. Станок гончара состоял из вертикальной деревянной
оси, на которой вверху был укреплен небольшой, а внизу
большой тяжелый круг. Нижний круг приводился в движе-
ние ногами, как правило, голыми, а на верхнем круге гончар
обеими руками вылепливал сосуд, как бы вытягивал его из
куска глины.

Работая на своем станке, гончар любил поговорить о
своем ремесле. Он был потомственным гончаром: его отец,
дед и даже прадед также были гончарами. Он не раз рас-
сказывал о древнейшем происхождении своего ремесла.
И действительно, по данным археологии, распространение
гончарного круга, например на юге Средней Азии, относится
к началу второго тысячелетия до н. э.

Вот один из рассказов Миркайюма. У одного опытного
гончара был ученик. Когда он научился гончарному делу,
мастер отпустил его. Молодой гончар начал работать само-
стоятельно. Он всячески старался, делал так, как учил его
старый гончар, но качество изделий получалось не такое, как
у его учителя. Наконец, он пришел к старому мастеру и рас-
сказал о своей неудаче. Мастер попросил его подробно и
последовательно рассказать, как он работает. Подумав не-
много, ученик сказал:

—■ Я делаю так, как обычно мы делали с вами.

— Нет, лучше ты рассказывай все по порядку,—настаи-
вал мастер.

— Конечно, прежде всего приготовлю глину.

— Дальше?

— Работаю ногами, довожу глину до ее нужного состоя-
ния.

— Хорошо, дальше?

27
— После этого начинается обычная работа на станке.

— Та-ак, правильно. Дальше?

— Дальше, как и всегда, начинается сушка.

— Очень хорошо! А потом что делаешь?

— Приступаю к обтесыванию.

— Совершенно правильно. Ну, а дальше?

— После этого обжиг в печи.

— Дальше?

— Разумеется, после обжига их надо вынуть из печи и
дать остыть.

— Хорошо, а потом?

— А потом делаю рисунки глазурью.

— Эге! Вот оно что! Ты, оказывается, пропустил «пуф»!
Прежде, чем делать рисунки, надо удалить осевшую на по-
суду пыль, а для этого необходимо сдуть ее, то есть сделать
«пуф», иначе плохо воспринимается краска. Впредь не забы-
вай это и все будет в порядке.

И действительно, когда молодой гончар выполнил этот
пробел, изделия стали получаться такие же, как у его учи-
теля, так что успех дела зависел только от одной незначи-
тельной, но весьма важной детали,—операции «пуф».

Рассказ этот мне кажется весьма поучительным, ибо, как
показывает опыт нашей повседневной жизни, порою незна-
чительная деталь в любом деле имеет решающее значение.
Не случайно в прежние времена старцы, знавшие рассказ
гончара, в тех случаях, когда что-то не получалось, обычно
говорили: «По-видимому, здесь не хватает «пуфа»».

О ХЛЕБЕ НАСУЩНОМ

Память сохранила и такой
эпизод из моей жизни в детские годы.

Однажды около дома нам пришлось рыть так называе-
мый «обрез» — глубокую яму для стока воды. Вначале рабо-
тал один человек, затем ему стал помогать второй: один, на-
ходясь в яме, рыл и насыпал землю в ведро, а другой на ве-
ревке вытаскивал наверх.

Когда яма была вырыта достаточно глубоко, случилось
неожиданное: человек, находившийся в яме, вдруг исчез.

Оказалось, что почва под его ногами рухнула и он прова-
лился куда-то. В результате обследования выяснилось сле-

28
дующее. Один из наших соседей, будучи гончаром, добывал
глину (сырье для своего производства) около своего дома.
Сначала он брал глину из ямы, потом начал рыть тоннели,
местами оставляя небольшие земляные столбики. Прошло
определенное время, и сосед очутился под нашим двориком,
где тоже появились тоннели с земляными столбиками.

Разумеется, в то время я не обращал внимания на усло-
вия труда гончара. Теперь же задумываюсь над этим. В са-
мом деле. Во-первых, по скромным подсчетам, из-под земли
было добыто не менее тысячи кубометров глины. Во-вторых,
земляные столбики были намного ниже человеческого роста,
а это значит, что гончар рыл, ползая на четвереньках, или же
сильно согнувшись. Наконец, ему же приходилось в мешке
выносить землю наружу. Его внук говорил мне потом, что
дед работал без посторонней помощи. Дорого, очень дорого
доставался гончару хлеб насущный! В связи с этим мне
невольно вспоминаются слова поэта Зияпаши, который
писал:

О, боже! Что это за нужда, что человеку
Суждены мытарства из-за куска хлеба!

А вот еще запомнившееся наблюдение. В дооктябрьской
Средней Азии нередко обращало на себя внимание следую-
щее: идет пожилой человек по улице города, время от вре-
мени наклоняется, поднимает с дороги что-то, подносит к гу-
бам, затем кладет на чистое место. Оказывалось, что человек
поднимал куски хлеба или даже крошки, пренебрежительное
отношение к которым считалось грехом.

Этот обычай не имел ничего общего с религией, ибо в
Коране ничего не сказано об этом. Мне думается, что он
имеет по существу народное происхождение. Это дань
искреннего уважения человека к тяжелому труду, в резуль-
тате которого появился этот кусок хлеба!

Кстати заметим, что по данным археологии, культура
пшеницы была известна в странах Передней Азии за 5 — 6 ты-
сяч лет до н. э. Следовательно, человеку понадобилось сотни
тысяч лет, чтобы добраться до рассматриваемой стадии этой
важнейшей культуры. Поэтому без всякого преувеличения
можно сказать, что если представить себе предысторию и
историю появления куска хлеба на нашем столе, тот кропот-
ливый труд, затраченный в прежних примитивных условиях:
добывание семян, пахота, посев, сбор, обмолот, перевозка,

29
приготовление теста и т. д. и т. п., то он, этот скромный ку-
сок хлеба, лежащий на нашем столе, несомненно заслужи-
вает искреннего, глубокого поклона!

ОПИРАЯСЬ НА РАЗУМ

Для нашего народа харак-
терны многие замечательные традиции и обычаи, например:
уважение старших, оказание помощи пожилым, обязательное
мытье рук перед едой, заботливое отношение к растениям,
молодым деревьям и т. п. Расскажу о некоторых.

До Октябрьской революции в каждом квартале средне-
азиатского города существовал так называемый хауз — пруд,
небольшой искусственный водоем, откуда брали воду. Как
правило, за водой шли мужчины, а в тех домах, в которых
мужчина отсутствовал, женщина обычно на улице у входной
двери выставляла кувшин. Проходивший мимо мужчина
брал его, наполнял водой из хауза и опять ставил на преж-
нее место. Характерно, что этой помощью пользовались
только бедные. Богатые в ней не нуждались, у них были
слуги.

В детстве мне не раз приходилось наблюдать эту картину.
Например, когда мой отец замечал выставленный где-нибудь
кувшин, он говорил: «Бедная женщина, сидит без воды, ты
постой здесь, сынок, а я пойду за водой». С этими словами,
взяв кувшин, он шел в сторону ближайшего хауза, а вернув-
шись с водой, обычно стучал в дверь, давая этим знать, что
кувшин наполнен водой.

Широко распространен у народов Средней Азии обычай
напускания дыма от степного растения исирыка-гармолы
(Peqanum qarmolla).

Этим растением пользовались для лечения многих болез-
ней. С этой целью накладывали пучки исирыка в железный
совок, разжигали и окуривали комнаты. Это растение исполь-
зовалось также для окуривания мест скопления народа (ба-
зары, чайханы и т. д.).

Что же содержится в этом растении? В последнее время
в результате изучения исирыка нашими учеными выяснено,
что он обладает свойством прекращать рост бактерий, гри-
бов и простейших, в частности, инфекции многих форм
гриппа, является прекрасным средством дезинфекции. Ока-

30
зывается, само хранение нескольких связок исирыка дезинфи-
цирует помещение. Это замечательное свойство исирыка в
свое время было обнаружено народной мудростью.

В жизни каждого народа существуют даты, события, на-
циональные обычаи, которые по своему значению особо вы-
деляются из прочих. Например, наступление нового года,
различные народные празднества, даты рождения или
свадьбы, состязания певцов, музыкантов, борцов и т. д. Исто-
рия человечества всех времен и народов показывает, что лю-
дям свойственно стремление отмечать их торжественно.
И это вполне естественно.

Подобные даты, события, национальные обычаи, в основе
которых лежат явления общественной или семейной жизни,
первоначально возникали при определенных исторических
условиях на той или иной ступени развития культуры и, пе-
реходя из поколения в поколение, превращались в традиции.
Однако некоторые из них в той или иной мере окружены
покровом религиозных верований, противоречащих разуму.
Задача заключается в том, чтобы эти традиции очистить от
религиозной шелухи.

В качестве примера рассмотрим праздник «Навруз». Это
слово состоит из двух таджикских слов: «нав», что значит
«новый», и «руз» — «день», так что «Навруз» буквально
означает «Новый день». Это день весеннего равноденствия,
то есть момент времени, в который центр солнечного диска
при своем кажущемся годичном перемещении по так назы-
ваемой эклиптике пересекает небесный экватор. В дни рав-
ноденствия продолжительность дня на всей Земле, исключая
районы земных полюсов, практически равна продолжитель-
ности ночи, а прохождение Солнца через указанную точку
соответствует наступлению весны — 20 или 21 марта.

В 1074 году знаменитому среднеазиатскому астроному и
поэту Омару Хайяму было предложено произвести корен-
ную реформу календаря. Одно из основных требований, ко-
торое предъявлялось при этом, заключалось в том, чтобы
«Навруз» приходился на весеннее равноденствие, ибо, как
указывалось, большинство народов Востока с этого момента
начинало свой новый год. Учитывая указанное требование,
Омар Хайям составил замечательный солнечный календарь
довольно высокой точнобти, с начальной эпохой, соответст-
вующей 15 марта 1078 года. В этом календаре на 33 года при-
ходится 8 високосных лет, а средняя длина года больше
истинной длины тропического года всего на 19 секунд.
Другими словами, примерно через 4500 лет равноденствие
уйдет от своей даты назад только на один день.

Анализ происхождения «Навруза» показывает, что исход-
ным моментом является первый день наступления весны и,
следовательно, это — праздник Весны, любимый народами
Востока, в том числе народами Средней Азии.

То обстоятельство, что это именно первый день наступ-
ления весны, обращало на себя всеобщее внимание, очевидно,
не случайно. В самом деле, что может быть красивее весны,
этой чудесной поры года, когда пробуждается вся живая при-
рода в своем роскошном наряде, свежей и сочной зелени,
разнообразных форм и красок, цветов, распространяющих
неописуемый аромат. Вообразите себе картину цветения
миндаля, урюка и сплошных ковров тюльпанов на фоне яр-
кой зелени! Поистине картина, достойная кисти великого
художника! Народы Средней Азии, поэтичные по своей при-
роде, любят и воспевают ее.

Наряду с народными обычаями и традициями существо-
вали и реакционные, противоречащие здравому смыслу. На-
пример, «Курбан-Хаит» (праздник «жертвоприношения»).
Заметим, что этот обряд присущ не только религии ислама.
На самом деле его разновидности имеют место во всех рели-
гиях, почти без исключения. В частности, он существовал
еще задолго до появления религии ислама. Как известно,
ислам появился в начале VII века, а между тем этот обряд
существовал еще в эпоху первобытнообщинного строя, когда
охотники начали оставлять лучшую часть добычи для умер-
ших предков, якобы своих покровителей.

ПРЕСТУПЛЕНИЕ
И НАКАЗАНИЕ

отец впервые дал мне деньги

Мне было лет десять, когда
15 копеек. При этом он ска-

зал:

— Вот тебе деньги, можешь их расходовать по своему
усмотрению, но только запомни: зарабатывать деньги очень
трудно, но уметь их расходовать — еще труднее.

Я не знал, какую цель преследовал мой отец, давая мне
эти деньги. Возможно, он хотел испытать меня. К сожале-

32
нию, результат этого испытания оказался неожиданным как
для меня самого, так и для отца.

Несколько дней я думал о том, что мне купить на эти
15 копеек. Однажды, проходя через гузар ’, я обратил внима-
ние на группу людей из 5 —6 человек. Они сидели, образовав
круг, и играли в карты. Внутри круга сидел человек, показы-
вая три карты, из которых одна была красная, а две — чер-
ные. Приговаривая «красная ваша, черные мои», он начал
очень быстро и ловко метать карты, иногда показывая, кото-
рая из них красная. Условие игры было такое: если поднять
красную карту — выигрыш, а черную — проигрыш.

Свидетелем подобной игры я был впервые, и вообще не
имел никакого понятия о картах. Мне показалось, что если
внимательно проследить за ходом метания карт, то можно
заметить, которая из них красная. Двое из присутствующих
выиграли при мне же. Я долго думал: играть или не играть?
В конце концов соблазн взял верх: решил играть и поставил
5 копеек.

Показав карты и по-прежнему приговаривая «красная
ваша, черные мои», игрок начал ловко метать их, а я зорко
следил за положением красной карты. Наконец, прекратив
метание он предложил мне: «Подними, красная твоя!» Я уже
хорошо знал, где лежит красная карта, потому смело поднял
ее. Карта действительно оказалась красной. Я выиграл 5 ко-
пеек. Соблазн стал неудержимым: я решил продолжить игру,
так как имел уже 20 копеек. На этот раз я поставил 10 копеек.
О, какой ужас, моя карта оказалась черной! Таким образом,
в результате я проиграл выигранные мною первый раз 5 ко-
пеек плюс своих 5 копеек, у меня осталось только 10 копеек.

Боясь лишиться оставшихся 10 копеек, я воздержался от
дальнейшей игры. Возвращаясь домой, думал над тем, что
случилось. Настроение у меня было подавленное. Мне не
жалко было потерянных 5 копеек, нет. Я мучительно пере-
живал, что не выдержал испытания моего отца.

На другой день после того, что случилось, отец вдруг
спросил:

— Ну как, ты купил что-нибудь?

— Нет, только у меня осталось 10 копеек, а 5 копеек я
потерял (отец дал мне одну 10-копеечную и одну 5-копееч-
ную монеты).

1 Гузар — оживленное место на перекрестках, где обычно бывают
чайханы, лавочки.

3 Т. Н. Кары-Нияэов

33
— Когда потерял?

— Вчера.

— Где?

— Не знаю.

— Ка-ак не зна-ешь? — протянул отец с гневом и с этими
словами дал звонкую пощечину.

Молча опустив глаза, я горько заплакал. Отец приподняв
одной рукой мой подбородок и пристально смотря мне в
глаза, с гневом продолжал:

— Мало того, что занимаешься глупостями, да еще на-
учился лгать! Скажи, что ты делал вчера на гузаре?

Отцу было уже известно о моем поступке. Впоследствии
я узнал о том, что один из жильцов нашего квартала, заметив
меня на гузаре во время игры, сообщил об этом отцу.

Допрос продолжался:

— Я спрашиваю тебя, что ты делал вчера на гузаре.

Пришлось признаться.

— Играл,—ответил я тихо.

— Игр-ал? — протянул отец.— А что же это за игра?

— Играл в карты.

— Что-что?

— Играл в карты...

Дав еще одну звонкую пощечину, отец сказал:

— Запомни: вторая пощечина за то, что ты играл в карты,
а первая за то, что ты лгал! Впредь, если замечу повторение
подобных глупостей, буду колотить палкой.

Описанный случай оказал на меня такое сильное влия-
ние в моей жизни, что до сих пор я вообще не имею поня-
тия об играх в карты. Более того, при виде их в моем пред-
ставлении сейчас же ассоциируется рассмотренный случай,
и как бы раздается в ушах звук отцовской пощечины!..

А вот другой случай, который произошел примерно через
год после описанного. Однажды во время нашей совместной
работы с отцом к нам зашел один из его друзей и после обыч-
ных взаимных приветствий спросил отца:

— Слышал, какой случай произошел с Санджар-киморбо-

зом? 1

— Нет, а что случилось?

— Разорился окончательно!

— А как же иначе, такова судьба киморбоза! — заметил
отец.

1 Киморбоз — часто играющий в азартные игры в карты на деньги.

34
— Совершенно правильно!

— Что же все-таки случилось? Наверное, проиграл все,
что выигрывал до сих пор?

— Мало этого. Он даже лишился своего отцовского дома,
в котором жил!

— Продал, что ли, дом?

— Да нет. Позавчера он проиграл все свои деньги, а
вчера утром пошел в мечеть, помолился, раскаялся и дал
слово: «Если на этот раз выиграю, то больше играть не буду».
После этого пошел играть и поставил свой дом. Видно, бог
не принял его раскаяния: проиграл дом!

— Э-э, тоже мне, — заметил мой отец,— какая польза от
того, что, совершив глупость, потом раскаяться! Ведь испо-
кон веков известна судьба всякого киморбоза. Я, например,
не знаю ни одного из киморбозов, который стал человеком.

Помолчав немного, отец рассказал любопытную историю.

— Как известно, пиром 1 киморбозов считался Джемшид.
Даже он разорился от кимора2 и после этого перестал играть.
А ведь Джемшид славился как никем не превзойденный
искусный игрок-виртуоз. Один принц, который считал себя
также искусным игроком, узнав о славе Джемшида, решил
состязаться с ним. Навьючив свое богатство на верблюдов,
принц отправился к знаменитому игроку Джемшиду. При-
быв к нему, он заявил о своем решении состязаться с ним.
Старик Джемшид внимательно выслушал принца, а потом
сказал:

— Сын мой, я давно перестал играть. Вот уже несколько
лет, как не играю. Советую и вам: откажитесь от вашего на-
мерения.

— Нет, услышав о вашей славе, я специально прибыл к
вам издалека. Прошу вас сыграть со мной хотя бы один раз.

— Нет, принц, еще раз говорю вам: не делайте этого,
иначе вы лишитесь своих богатств! — ответил Джемшид.

— Все равно,—сказал принц и повторил просьбу.

— Ну что ж, согласно уговору, сыграю только один раз.
Однако должен предупредить вас, принц, что у меня ни-
чего достойного вас нет, как видите, я человек бедный.

Для принца важна была слава о том, что он выиграл у
самого Джемшида. Поэтому он решил сделать красивый
жест:

1 Пир — глава, наставник

2 Кимор — азартная игра в деньги.

35
— Ничего, отец,—сказал он,—поиграем один раз. Кости
бросать будете вы. Если выиграете вы, то все привезенное
сюда мое богатство будет ваше. Если же проиграете, то да-
дите мне только расписку в том, что вы проиграли. Больше
мне ничего не нужно.

Приняв предложение принца, Джемшид достал мешочек,
в котором хранились игральные кости (альчики), затем вме-
сте с принцем они вышли во двор. Джемшид развязал мешо-
чек, вынул оттуда четыре альчика, разложил их на ладони
в определенном порядке и бросил на крышу, а потом, обра-
щаясь к принцу, сказал:

— Ну-ка, принц, поднимитесь, пожалуйста, на крышу и
посмотрите на положение альчиков: один из них олчи ,
два — пукка2, а четвертый — чикка3, значит, принц, вы про-
играли.

И действительно, когда принц поднялся на крышу, то
убедился в справедливости слов Джемшида: альчики находи-
лись в положениях, указанных старцем. В результате принц
лишился своих богатств, а Джемшиду не было суждено вос-
пользоваться выигрышем: он умер на другой день после игры
с принцем.

Гость, слушавший этот рассказ моего отца, немного поду-
мав, воскликнул:

— Да, хотя Джемшид на старости лет и выиграл столь
большое богатство, однако ему не было суждено воспользо-
ваться им!

— Я же вам сказал, что еще не видел, чтобы киморбоз
стал человеком. Все то, что добыто нечестным путем, рано
или поздно сведется на нет. Ясно, что Джемшиду приходи-
лось не раз иметь дело с крупными выигрышами, но в конце
концов все они были сведены на нет. Поэтому не случайно,
что он раскаялся и решил больше не играть.

— Верно! — сказал гость.

1 Олчи — выигрышное положение альчика, когда он стоит
боковой стороной вверх.

2 Пукка — положение альчика, когда он лежит выпуклой

вверх. о

3 Чикка — положение альчика, когда он лежит вогнутой

вогнутой

стороной

стороной

вверх.

36
«ВОТ ЧУДО!»

Время от времени к отцу за-
ходил его друг по имени Мулла Негмат. Он был по возрасту
старше моего отца, любил и хорошо знал классическую
поэзию народов Средней Азии. Часами длилась задушевная
беседа между ними, причем отец слушал и говорил, не пре-
рывая своей работы. Хотя содержание этих бесед не всегда
было понятно для меня, однако помню, что до моего слуха
доносились имена таких поэтов, как Хайям, Хафиз, Бедиль,
Мушфики.

Должен заметить, что любителей классической поэзии у
нас тогда насчитывались единицы. Но среди них были и та-
кие, которые в совершенстве знали многие произведения и
обстоятельно их комментировали. За редкими исключениями,
это были простые труженики. Они удовлетворяли свои ду-
ховные потребности чтением и изучением классической поэ-
зии. А некоторые сами писали стихи, выражая в них свои
думы и чаяния. В частности, мой отец написал серию стихов
под названием «Нет больше терпения» (подробнее о сти-
хах отца будет рассказано в следующей главе).

Друг отца Мулла Негмат много слышал о Самарканде,
мечтал увидеть этот город. Он обычно говорил: «Самар-
канд — краса земли. До тех пор, пока не увижу Самарканда,
я не успокоюсь».

— А моя заветная мечта, — говорил мой отец,—посеще-
ние Мекки.

Об этой своей мечте мой отец несколько позже писал в
одном из своих стихов. От Ходжента до Самарканда поездом
несколько часов езды, тем не менее, из-за бедности Мулла
Негмат так и не смог поехать в Самарканд, а мой отец —
в Мекку. Друзья умерли, не осуществив свои заветные
мечты.

Как-то во время беседы с отцом Мулла Негмат назвал
имя одного знакомого, который умер.

— Чтобы сообщить об этом сыну умершего, находивше-
муся тогда в Коканде,—говорил Мулла Негмат,— пришлось
забить проволоку.

Эту фразу: «забить проволоку» я слышал впервые и не
знал, что она означает. После ухода Муллы Негмата я спро-
сил отца:

— Скажите, дада, что значит «забить проволоку»?

37
— Да-а,—молвил отец,—я сам поражаюсь этому. С тех
пор, как у нас появились русские, удивительные дела
делаются. Когда надо быстро сообщить что-нибудь в отда-
ленное место, оказывается, забивают проволоку, производя
удары: «тик-тик-тик». Раньше, например, чтобы сообщить о
чем-нибудь в Коканд, требовалось несколько дней, а теперь,
говорят, для этого достаточно нескольких часов!

Разумеется, здесь шла речь о телеграфных проводах и
обычном звуке, который слышится во время работы теле-
графного аппарата Морзе. Однако в моем представлении это
означало нечто другое. По наивности я думал, что надо ко-
лотить длинную прямую проволоку, которая, проходя через
все, что встретится на ее пути, доходит до Коканда. На дру-
гой же день я рассказал об этом своим товарищам. Они были
поражены и озадачены не менее, чем я. Один из них, пока-
зывая на вершины гор, видневшиеся вдали, сказал:

— Прохождение проволоки сквозь стены домов, конечно,
понятно, а что будет, если вдруг на ее пути встретится горд?

На что другой мальчик, подумав, глубокомысленно заме-
тил:

— Должно быть, проволока очень толстая, а конец ост-
рый, как у сверла.

Примерно такое же впечатление, как телеграф, произ-
вело появление фонографа (затем граммофона). Мне было
9 или 10 лет, когда я впервые увидел его. Был базарный день.
На площади, недалеко от чайханы, на столике, напоминав-
шем собою высокую табуретку, стоял фонограф. Столик со
всех сторон был обтянут красной материей. Вокруг него на
некотором расстоянии образовался небольшой круг зрите-
лей. Владелец фонографа что-то сделал, и вдруг послыша-
лось мелодичное пение. Со всех сторон раздавались возгласы
удивления: «Вот чудо!»

Вскоре фонограф был выключен. Сняв с него рупор и по-
казывая зрителям наушник, владелец фонографа заявил, что
желающие могут слушать песню через наушник, заплатив
за это пять копеек.

Несколько человек уселись около фонографа и по оче-
реди стали слушать песню через наушник. Но на близком
расстоянии от фонографа песня все же была слышна и без
наушника, правда, очень слабо и не совсем разборчиво.
Когда слушавшие песню начали расходиться, их окружили
несколько зрителей:

— Хотя очень слабо, но все же и нам была слышна пес-

38
ня, говорил один, но вы, должно быть, очень хорошо слы-
шали?

— Да, очень хорошо.

— А что все это значит?

— Конечно, это фокус.

— Фокус-то фокус, но вы узнали, в чем секрет этого фо-
куса?

— Секрет в табуретке!

— Что вы хотите этим сказать?

— Певец сидит внутри табуретки.

— Совершенно правильно, и я тоже так думаю,— сказал
зритель.

Разумеется, и я был такого мнения.

БЫВАЛО И ТАК...

D Туркестане в рассматри-
ваемый период широко была распространена вера в способ-
ности человека путем заклинания воздействовать на людей,
животных, а также воображаемых духов. Вообще, заклина-
ние, как один из приемов магии, возникло в древнейшую
эпоху и было распространено у всех народов нашей планеты.
Оно вытекало из магических представлений древних людей,
согласно которым слово не только придавало особую силу
обряду, но порою будто бы могло обладать чудодействен-
ной силой. Ясно, что само заклинание — составная часть вся-
кой религии, а следовательно, и ислама.

Вот случай, происшедший в мои детские годы и характе-
ризующий сказанное.

Однажды, выйдя на улицу, я увидел двух дерущихся со-
бак. Они находились от меня достаточно далеко, и я стал на-
блюдать за ними. Вдруг одна из них побежала в мою сторо-
ну, а другая стала преследовать ее. Когда первая собака
близко подбежала ко мне, я из боязни что-то крикнул и под-
нял руку. Собака злобно залаяла и пыталась броситься на
меня, но преследуемая второй собакой, убежала. Я сильно
испугался и, заплакав, побежал домой.

— Что случилось? — спросил отец, увидев меня в таком
состоянии.

Я рассказал ему.

— Она не кусала тебя? — спросил он.

39
— Нет!

— Ничего, не бойся,— сказал отец, — если впредь тебе
встретится собака, ты произнеси три раза заклинание: «Сум-
мун, бакмун», тогда она не подойдет к тебе.

— Как же до сих пор вы мне не говорили об этом,— ска-
зал я отцу и попросил написать на бумаге это заклинание.

Отец написал заклинание на непонятном мне арабском
языке.

— А ну-ка, прочти! — велел он.

Я прочел. Заклинание состояло из пяти арабских слов:
«Суммун, бакмун, умйун, фахум, лояржиун». Именно то, что
заклинание было написано на непонятном арабском языке,
звучало внушительно. Оказывается, как это мною было ус-
тановлено позже, слова заклинания были взяты из Корана
и составляли содержание 17-го стиха 2-й суры. Они означа-
ли: «Глухие, немые, слепые также не возвращаются».

Но это я узнал много лет спустя. Тогда же, взяв у отца
бумажку со словами заклинания, я вызубрил их и решил
проверить действие этого заклинания на практике.

Я с нетерпением искал случая встретиться с какой-нибудь
собакой. И вот случай представился. Идя как-то по улице, я
заметил собаку, которая недалеко от чайханы возилась
с костью. Немедленно повторив три раза слова заклина-
ния, начал потихоньку приближаться к ней. Собака как-то
косо посмотрела на меня, но продолжала возиться с костью.
Тогда, повторив еще три раза слова заклинания, я начал
двигаться смелее. Не успел сделать и трех шагов, как соба-
ка с лаем набросилась на меня. К счастью моему, ей уда-
лось вырвать лишь лоскут рубашки. Разумеется, я страшно
испугался.

Горько заплакав и весь дрожа, я прибежал домой. У нас
в это время был друг отца Мулла Негмат.

— Что это опять случилось? — спросил отец.

— Собака укусила.

— А ну-ка покажи, где?

— Да вот вырвала лоскут рубашки.

— А на твоем теле нигде нет никаких следов укуса?

— Нет!

— А ну-ка, подойди сюда!

Я подошел к отцу, он осмотрел, но следов укуса не обна-
ружил,

— Скажи, а ты при виде собаки прочел три раза «Сум-
мун, бакмун»?

40
— Как же, конечно!

— Гм... по-видимому, ты струсил, а собака почуяла это:
собаки не любят трусливых!

Наконец, подумав немного, отец решил успокоить меня:

— Ничего, вреда нет. Бывает и так...

Мулла Негмат, который все время молчал, при послед-
них словах отца улыбнулся и, обращаясь к нему, заметил:

— Кари, ваши слова мне напоминают слова багдадского
казия '.

— Интересно, что же он сказал?

— Багдадский казий,— начал Мулла Негмат,—обычно
принимал посетителей у себя дома. Судебный разбор дел,
происходивший в одной из комнат этого дома, хорошо был
слышен в соседней комнате, где находилась жена казия. Од-
нажды казию пришлось разбирать претензию одного чело-
века к другому. Выслушав истца, казий заявил ему, что его
иск обоснован и что он прав Выслушав затем доводы ответ-
чика, возразившего против иска, казий заявил и ему, что он
также прав. В результате никакого решения не последо-
вало.

Вечером за чаем, вспомнив об этом случае, жена казия
высказала ему свое недоумение.

— Я крайне удивлена тем, как вы судите,— сказала она
мужу.

Казий внимательно выслушал ее замечания, а потом
сказал:

— О, жена моя! И ты права!

Мой отец, который также внимательно слушал рассказ
Муллы Негмата, заметил, улыбаясь:

— Э, Мулла Негмат, пожалуй, и вы правы!

Мулла Негмат расхохотался, а отец продолжал:

— Однако я слышал другой вариант этого рассказа,
а именно: однажды к казию явились двое: истец и ответчик.
Выслушав обе стороны, казий не смог вынести справедливое
решение, и вот почему: во-первых, доводы истца точно соот-
ветствовали шариату1 2, так что следовало бы вынести решение
в его пользу. Но казий будто бы был святым человеком. Он
заглянул своим святым оком в душу истца и обнаружил, что
тот не прав. Таким образом, судить в пользу истца — грех,
ибо он на самом деле был не прав. Но с другой стороны, от-

1 Казий — судья у мусульман.

2 Шариат — мусульманское религиозное законоучение.

41
казать ему й иске — опять грех, потому что это было бы про-
тив шариата. Тогда казий обратился к богу, чтобы он лишил
его жизни.

— Э, Кари, какой вы наивный! Можете быть уверенным,
казий — домулла способен вынести любое решение: все зави-
сит от содержания вашего кармана!

— И это правильно! — согласился отец, улыбаясь.

УЛОВКИ ШАРИАТА

Среди имущего класса наибо-
лее широко были распространены различные ухищрения ша-
риата, открыто называемые «хиллайи шаръий», что значит
«уловки шариата». Сущность этого религиозного обмана, в
частности, заключалась в том, что если соблюдение тех или
иных религиозных догм ислама материально невыгодно му-
сульманину, то ухищрялись находить такое формальное ре-
лигиозное основание, в силу которого его обязанность счи-
талась выполненной. Как правило, в таких случаях соверша-
лась сделка, согласно которой формально все обстояло в
порядке.

Среди представителей духовенства существовали особые
специалисты, которые за соответствующее вознаграждение
сочиняли так называемый «ривоят» — юридическое «основа-
ние» по шариату. Например, мусульманин обязан ежегодно
сороковую часть стоимости своего состояния (движимого и
недвижимого имущества) раздавать бедным (закот). Факти-
чески это не выполнялось. При помощи ривоята находили
такую лазейку, в результате которой эта обязанность фор-
мально считалась выполненной. Мне не раз приходилось
быть свидетелем при таких сделках, в частности, у упомяну-
того богача Рахимбая при «выдаче» закота. Сделка происхо-
дила в мужской половине дома бая. Объектом сделки слу-
жила его лошадь, которую в качестве закота должен был
«получить» конюх бая. Церемонией руководил имам 1 квар-
тальной мечети. Вызвав конюха, он обратился к нему со сле-
дующими словами:

— Бай хочет помочь тебе. Он решил очень дешево про-
дать тебе свою лошадь. Что ты скажешь на это? 1

1 Имам — духовное лицо, которое возглавляет моленье в мечети.

42
Конюх удивлен: он не знает, что здесь происходит.

— Денег же у меня нету, откуда мне их взять?

Ничего, об этом ты не беспокойся,— замечает имам_

мы все сами устроим, только ты внимательно слушай мои
слова и скажи «согласен».

— Если так, тогда согласен.

Теперь, обращаясь к баю, имам говорит:

“ ®ай> вы согласны продать конюху вашу лошадь за
100 рублей?

— Таксыр', раз вы сочли это нужным, я, конечно со-
гласен.

А ты, обращается имам к конюху,— согласен купить
эту лошадь за 100 рублей?

— Да, таксыр, согласен.

— Хорошо. Значит, теперь ты должен баю 100 рублей.

Далее имам опять обращается к баю:

— Вы согласны эти 100 рублей дать конюху в виде за-
кота?

— Да, согласен! — отвечает бай.

Ты, конечно, мусульманин, не так ли? — спрашивает
имам конюха.

— Да, слава богу, я мусульманин.

— В таком случае, ты должен теперь эту лошадь обратно
продать баю за один рубль. Скажи: «согласен»!

— Ну что ж, если так требуется по шариату, согласен

— Молодец!

После этого торжественно давали конюху один рубль, и
«проданная» лошадь опять оказывалась у бая.

Таким образом, формально бай «выдал» своему конюху
закот в сумме 100 рублей, фактически же конюх получил
один рубль.

ПОДРАСТЕШЬ -
УЗНАЕШЬ

„ Культурный уровень совет-

ских людей настолько вырос, что даже полеты космических
кораблей ныне никого не удивляют: они стали обычными
явлениями. Совершенно иную, довольно контрастную кар-
тину, характерную для своего времени, мне приходилось 1

1 аксыр — почтенный, сударь, господин, уважаемый.

43
наблюдать в недалеком прошлом, а именно в 1907 году, когда
происходило одно из обычных небесных явлений — солнеч-
ное затмение.

Стоял ясный, солнечный зимний день. Мы, мальчишки,
играли на улице. Вдруг начало темнеть. Поднялся шум. Со
всех сторон слышались тревожные звуки, сопровождавшиеся
невнятными криками: люди били в барабаны, бубны, под-
носы, тазы, ведра, котлы; громко или шепотом произносили
слова молитвы. Наступление темноты среди ясного солнеч-
ного дня наводило ужас даже на животных — завыли собаки.
Взоры всех были направлены на потускневшее солнце. Со
всех сторон слышались слова раскаяния: «каюсь», «прости
раба своего», «ты милостивый, милосердный» и т. п.

Я прибежал домой, где застал аналогичную картину, про
износя слова молитвы, бабушка барабанила в поднос, а
мать _ в металлическое блюдо. По указанию бабушки, взяв
поднос, я тоже начал бить по нему. Таким образом, у нас по-
лучилось нечто вроде шумового оркестра, своеобразного
трио, которое вначале даже понравилось мне. Однако общее
смятение, шум и крики, смешанные с завыванием собак, до-
стигли наивысшей точки, становилось страшно. К счастью,
все это продолжалось недолго; вскоре опять стало светло.

— Слава богу,—с чувством облегчения сказала бабуш-
ка,— бог услышал жалобы своих рабов.

— А что случилось, бабушка? — спросил я ее.

— Гнев божий, гнев! — сказала она.

В это время пришел и отец.

— Дада, что это было? — спросил я его.

_____ Подрастешь — узнаешь! — сказал он серьезным то-
ном.

По утверждению духовенства, все это было божьим гне-
вом, предвестником конца мира. Несколько позже, как я
узнал об этом, весь шум, оказывается, был поднят для того,
чтобы напугать и выгнать дракона, пытавшегося якобы со-
жрать солнце.

Ученые выяснили, что солнечное затмение — это такое яв-
ление природы, которое происходит в определенные моменты
времени с тех пор, как существует наша Солнечная система,
и его можно предсказать.
В МИРЕ НОВЫХ ПОНЯТИЙ

Молодость счастлива тем, что у нее
есть будущее.

Н. Гоголь

Наш воспитатель — наша действи-
тельность.

М, Горький

«...НАМ ИХ ВЕЛИКАЯ
РОССИЯ ПРИНЕСЛА»

В 1899 году в Туркестане
оыла закончена постройка первой железной дороги Красно-
водск — Ташкент, а в 1905 году в строй вступила вторая —
Оренбург — Ташкент.

Появление^поезда произвело сильное впечатление на ме-
стных жителей. Поезд получил название «поп-поп арава»,
что значит арба, производящая звук «поп-поп». А когда по-
явился велосипед, он произвел еще более ошеломляющее
впечатление. Его назвали «шайтан арава», что значит «дья-
вольская арба».

Эти и им^ подобные штрихи весьма характерны для доре-
волюционной жизни Туркестана. С одной стороны, они сви-
детельствовали о крайней отсталости нашего народа, с дру-
гой — о том, что все более заметно начали сказываться ре-
зультаты присоединения Туркестана к России, осуществлен-
ного во второй половине XIX века. Хотя, как известно, это
присоединение произошло вследствие завоевательной поли-
тики царизма, весь дальнейший ход исторического развития
показал, что оно имело, вопреки воле царизма, чрезвычайно
важное, объективно прогрессивное значение для судеб наро-
дов Средней Азии.

Присоединение Туркестана к России положило конец
многовековым феодальным войнам, разрушавшим производи-
тельные силы страны; предотвратило опасность захвата
Туркестана английским империализмом; положило начало

45
развитию экономических и культурных связей между наро-
дами Туркестана и России. С постройкой железных дорог в
Средней Азии эти связи стали усиливаться и расширяться
особенно заметно.

Постепенно в крае стало расти число промышленных
предприятий по первичной обработке сельскохозяйственного
сырья. Возникали новые хлопкоочистительные и маслобой-
ные заводы. В 1913 году на территории современного Узбе-
кистана насчитывалось 208 хлопкоочистительных заводов и
22 маслобойных. Они давали 86,4 процента всей валовой про-
дукции цензовой промышленности. Строились также пред-
приятия полукустарного типа (кирпичные и кожевенные за-
воды, металлоремонтные мастерские). Шесть электростан-
ций имели общую мощность 3 тысячи киловатт. Начали
добывать уголь и нефть (действовал один нефтепромы-
сел и был построен один небольшой нефтеперегонный
завод).

С развитием промышленности начал формироваться ра-
бочий класс. В 1913 году на территории Узбекистана насчи-
тывалось 17 959 промышленных рабочих, из них 22,8 про-
цента — русские, и 77,2 процента — представители местных
национальностей.

Таким образом, присоединение Туркестана к России свя-
зало судьбы народов Средней Азии, в том числе узбекского
народа, с судьбой великого русского народа, с его революци-
онной борьбой. В результате усилились классовая дифферен-
циация и классовые противоречия в Туркестане, что способ-
ствовало выявлению единства интересов его народов и рус-
ского народа. „ _ „

С установлением экономических связей с Россией в Тур-
кестане начали развиваться капиталистические товарно-де-
нежные отношения, подрывались отсталые средневековые
формы хозяйства. Российский капитализм втягивал Турке-
стан в мировой товарообмен.

Однако капитализм в Туркестане развивался очень мед-
ленно. Удельный вес промышленных рабочих был незначите-
лен, в народном хозяйстве преобладали докапиталистические
формы, сохранились феодальные пережитки. Объясняется
это тем, что проникновение капитализма и происходившее
разложение феодальных отношений в Туркестане развива-
лись в условиях колониальной политики царизма. Преобла-
дание в крае докапиталистических форм эксплуатации сдер-
живало развитие производительных сил Туркестана.

46
Народные массы оказались под двойным гнетом — поме-
щиков, баев и других местных угнетателей, с одной стороны
и царских сатрапов и русских капиталистов — с другой. Тру-
дящиеся страдали и от капитализма, и от его недостаточного
развития. Как и раньше, они были лишены элементарных

царизмНСКИХ ПРаВ’ ЧТ° ВЫТекало из самого существа природы

Но кроме царской России — тюрьмы народов, была и дру-
гая, революционная Россия - Россия Радищевых и Черны-
шевских, Желябовых и Ульяновых. Передовая русская мысль
на протяжении почти всего XIX века вела борьбу за освобож-
дение народов России, воспитывала в русском обществе гу-
манизм сочувствие ко всем угнетенным народам и ненависть
к поработителям! Представители русской передовой мысли
находились в постоянной непримиримой вражде с царизмом
и подвергались жестоким преследованиям. Творчество дея-
телей русской передовой культуры всегда было пронизано
духом уважения к правам и свободам других народов. Так,
еще Добролюбов утверждал, что «настоящий патриотизм как
частное проявление любви к человечеству не уживается с
неприязнью к отдельным народностям» *.

Еще до присоединения Туркестанского края к России от-
дельными русскими учеными проводилась научная работа по
изучению его природы, истории и быта местного населения
После присоединения эта работа получила дальнейшее раз-
витие. Ьыл организован, например, ряд добровольных науч-
ных и просветительных обществ: отделение Московского об-
щества любителей естествознания, антропологии и этногра-
фии; обеление Русского Географического Общества и
друше. Этими обществами проделана значительная работа в
области естественноисторического изучения края, в частно-
сти, его крупнейших водоемов, ледников, флоры, фауны,
климата. Среди работ, проведенных отделением Русского
еографического Общества, видное место занимают исследо-
вания Л. С. Берга. В течение 1899—1903 годов он обследовал
крупнейшие водоемы Средней Азии - Аральское море и
Балхаш. В опубликованных отделением одиннадцати вы-
пусках «Научных результатов Аральской экспедиции», пред-
ставляющих собой по существу обработку различных кол-
лекций Берга, принимали участие видные русские натура-
листы. J к

Н. А. Добролюбов. Собрание сочинений, т. VI. М., 1937, стр. 241.

47
Вся работа, проведенная по исследованию Аральского
моря, завершена монументальной монографией Л. С. Берга
«Аральское море», в которой изложены результаты всесто-
роннего изучения этого крупнейшего озера.

Знаменитый русский географ П. П. Семенов-! яньшан-
ский (1824 — 1914 гг.) заложил прочные основы для географи-
ческого познания Средней Азии, в особенности горной си-
стемы Тянь-Шаня. На основании собранных им данных был
положительно разрешен вопрос о существовании на Тянь-
Шане альпийских ледников, опровергнуто утверждение не-
мецкого географа Гумбольдта о вулканических явлениях на
Тянь-Шане. Исследование Тянь-Шаня — одна из важнейших
заслуг русской географической науки.

Позволю себе ограничиться приведенными двумя приме-
рами, дающими некоторое общее представление о характере
деятельности общества, ибо освещение результатов работ,
проведенных всеми обществами, не входит в мою задачу. За-
мечу только, что русскими учеными и путешественниками,
особенно такими, как А. П. Федченко, И. В. Мушкетов,
Н. А. Северцев, В. Ф. Ошанин, проделана большая работа в
рассматриваемой области.

Следует отметить, что экспедиции русских ученых по
изучению Средней Азии проводились, как правило, без фи-
нансовой поддержки со стороны царского правительства, на
скудные средства различных научных обществ. А проходили
они в условиях бездорожья, по неизведанным местам, пол-
ным всяких неожиданностей, с лишениями и опасностями
для жизни, в знойных пустынях и песках, в горах, покрытых
вечными снегами и могучими ледниками. Только благодаря
энтузиазму благородных тружеников науки, упорству, тер-
пению и самоотверженности этих ученых, преодолевавших
зачастую невероятные по своей трудности препятствия,
могла быть проделана громадная работа, положившая начало
географическому, зоологическому, ботаническому, почвен-
ному и геологическому изучению Туркестана.

Русские ученые, исследовавшие Туркестанский край, от-
носились к местному населению с большим уважением и
искренней симпатией. Однажды генерал-губернатор Турке-
станского края Кауфман потребовал от Н. А. Северцева
записку о пригодности исследованных им мест для колони-
зации. Характерно, что одно из условий, поставленных Се-
верцевым в его записке, заключалось в том, чтобы проводи-

48
Домик в Ходженте, где я родился
и жил в детские годы.

Чугунный масляной светильник —
наша семейная реликвия.


Мешкобчи —
водонос.

В годы моего
детства

это был весьма
популярный человек
в городе.

Он снабжал
водой

харчевни, продавал ее
на улицах.

Каллиграфия по арабскому письму в мактабе.


мые мероприятия прошли без стеснения коренного населе-
ния

В конце XIX века происходит объединение работающих
в крае любителей-археологов в «Туркестанский кружок лю-
бителей археологии». Как и в других областях науки, орга-
низация исследований и здесь была лишена плановости, а
проведение их тормозилось недостатком квалифицирован-
ных кадров. Археологическая работа заключалась главным
образом в описании и изучении памятников древности по
письменным источникам, в разведке и рекогносцировке от-
дельных археологических объектов. Лишь иногда производи-
лись раскопки.

Из раскопок местных археологов заслуживают особого
внимания работы В. Л. Вяткина, открывшего в 1908 году
остатки знаменитой обсерватории Улугбека в Самарканде.
Несмотря на сравнительно низкий уровень техники и мето-
дики археологических изысканий и исследований, проведен-
ных в дооктябрьском Узбекистане, в результате их был со-
бран в совокупности довольно значительный первичный
материал, который показал, что недра таких древних горо-
дов Средней Азии, как Самарканд, таят в себе большие на-
учные ценности.

В области истории заслуживают особого внимания труды
академика В. В. Бартольда, изучавшего историю народов
Туркестана. Перу этого ученого принадлежат многочислен-
ные исследования по истории народов средневекового Во-
стока. Из его трудов отметим такие капитальные исследова-
ния, как: «Туркестан в эпоху монгольского нашествия»,
«К истории орошения Туркестана», «Улугбек и его время».

В соответствии с задачами, поставленными перед Таш-
кентской обсерваторией, ее деятельность была направлена на
картографическое изучение края, главным образом опреде-
ление географических координат различных пунктов. Эти
определения выполнялись как методом перевозки хрономет-
ров, так и по телеграфу. Несмотря на трудные условия (без-
дорожье), в этой области были достигнуты значительные ре-
зультаты. Сотрудниками обсерватории было определено
около 870 астрономических пунктов на территории совре-
менных республик Средней Азии. Аналогично проводи-
лась большая работа по определению гравиметрических пунк-
тов.

1 См. Н. Северцев. Путешествия по Туркестанскому краю и исследо-
вания горной страны Тянь-Шаня. Спб., 1873, стр. 93.

4 Т. Н. Кары-Ниязов

49
К сожалению, обсерватория была лишена возможности
по-настоящему развернуть научные исследования, во-первых,
вследствие недостатка кадров, во-вторых, из-за скудости ас-
сигнований. Поэтому научно-исследовательская работа ве-
лась эпизодически, по инициативе ее отдельных научных со-
трудников.

Последователи русских революционных демократов, со-
сланные царским правительством на далекие окраины Рос-
сии, в том числе и в Туркестан, внесли большой вклад в раз-
витие общественно-политической мысли и национально-
освободительного движения народов Туркестана против
царизма и национального угнетения. Подпольные социал-де-
мократические кружки сыграли большую организующую
роль в революционном движении народов Средней Азии.

Экономический кризис 1900—1903 годов усилил бедст-
вия трудящихся масс, а русско-японская война их еще более
обострила. Кровавое воскресенье 9 января всколыхнуло на-
родные массы всей России: под руководством большевиков
начался рост забастовочного движения среди рабочих — рус-
ских и узбеков; вспыхивали аграрные волнения среди рус-
ских переселенцев и восстания в воинских частях; все чаще
и чаще проводились митинги и демонстрации рабочих под
революционными лозунгами. Первая буржуазно-демократи-
ческая революция в России, потрясшая основы Российской
империи, охватила и самые глухие окраины ее, в том числе
и Среднюю Азию.

На всех этапах революционно-освободительной борьбы
передовые люди России стремились сблизиться с трудящи-
мися угнетенных наций и видели в них своих союзников в
борьбе с царизмом и капитализмом. В процессе совместной
революционной борьбы против самодержавия трудящиеся
Туркестана воочию убеждались в том, что русский пролета-
риат является их другом и союзником. Так были заложены
основы дружбы великого русского народа в лице его револю-
ционного авангарда — рабочего класса с трудящимися узбек-
ского народа.

Несмотря на преграды, создаваемые царской администра-
цией и местными реакционными силами, передовая русская
культура оказывала благотворное влияние на развитие куль-
туры узбекского народа. Например, первые сведения о рус-
ских писателях на узбекском языке, в частности о В. А. Жу-
ковском и Н. В. Гоголе, появились в Узбекистане в начале
80-х годов XIX века. Первыми произведениями русской клас-

50
сической литературы, переведенными на узбекский язык,
были «Чем люди живы» Л. Н. Толстого, затем «Сказка о ры-
баке и рыбке», «Бахчисарайский фонтан» и «Поэт» А. С. Пуш-
кина. В дальнейшем число переведенных произведений рус-
ских поэтов и писателей увеличивалось.

Узбекские поэты Фуркат, Гурбат, Нодим и другие внима-
тельно изучали русскую литературу в подлиннике, еще до
появления переводов на узбекский язык. Им же принадлежат
первые переводы произведений русских поэтов и писателей
на узбекский язык.

Характерно, что Фуркат в своих стихотворениях воспевал
передовую русскую культуру. Пропагандируя великое значе-
ние русской науки и образованности, он писал:

О, юноши! Затмил преданья прошлых лет
Российской мудрости неоценимый свет,
Изобретениям науки нет числа,

Нам их великая Россия принесла.

Среди русских газет, издававшихся в Туркестане, заслу-
живают особого внимания две: «Русский Туркестан», выхо-
дившая в Ташкенте с 1898 года, и «Самарканд», печатавшаяся
в Самарканде с 1904 года. Прежде всего, необходимо под-
черкнуть, что эти газеты в различные периоды существова-
ния имели различные направления. Например, в 1905 году,
когда напуганное революционной волной царское правитель-
ство было вынуждено пойти, маневрируя, на некоторые
уступки, в частности допустить некоторую «свободу пе-
чати», руководство газетами «Русский Туркестан» и «Самар-
канд» перешло к редакторам-большевикам (редакторами
были М. В. Морозов, после его ареста — В. В. Быховский,
А. В. Худаш). Начиная с этого времени, большевики в Турке-
стане использовали эти газеты для пропаганды своих лозун-
гов и разоблачения политики царизма.

Такие газеты преследовались царской администрацией
края, а их руководство и работники подвергались репрес-
сиям. Несмотря на это, газеты продолжали выходить. Газета
«Русский Туркестан» после запрещения печаталась под на-
званием «Туркестан», а затем — «Вперед». Газета «Самар-
канд» несколько раз меняла свое название: она называлась
«Зеравшан», затем «Новый Самарканд» и «Русский Самар-
канд». В июле 1906 года Морозов, а затем Быховский и дру-
гие большевики были осуждены и посажены в тюрьму, а га-
зеты «Русский Туркестан» и «Самарканд» закрыты.

51
Появление первых узбекских газет в крае относится к
началу XX века и связано с революционными событиями
1905 года. Так, в 1906 году в Ташкенте появились частные
газеты: «Таракки» («Прогресс») и «Хуршед» («Солнце»),
в 1907 году — «Шухрат» («Слава»), в 1907 году «Азиё»
(«Азия») и «Туджор» («Торговец»). Редакторами всех этих
узбекских частных газет, как правило, были представители
эксплуататорских классов, богатые влиятельные лица. На-
пример, редактором и издателем газеты «Таракки» был сын
крупного татарского купца, редактором и издателем газеты
«Туджор» — крупный бай, узбек, имевший титул «потомст-
венный почетный гражданин». Естественно, что эти газеты
имели весьма ограниченный круг читателей. Они совершенно
не выражали ни чаяний, ни настроений трудящихся масс, а
потому и не находили никакой поддержки в народе. В ре-
зультате все эти газеты были обречены на неминуемую «есте-
ственную» смерть.

Пример героической борьбы русских рабочих и крестьян
центральной России против царя, помещиков и капитали-
стов вдохновил угнетенные народы Средней Азии на борьбу
с реакционными силами. «Сотни миллионов забитого, оди-
чавшего в средневековом застое, населения проснулись к но-
вой жизни и к борьбе за азбучные права человека, за демо-
кратию» *.

Отражая настроения широких масс трудящихся, поэт
Аваз Отар-оглы призывал народ к борьбе против угнетате-
лей. Он учил, что счастье народа заключено именно в этой
борьбе:

Когда народ познает счастье, избавясь от невзгод?

Когда он обретет свободу и двинется вперед?

Аваз, не отставай от лучших, от истинных борцов,

Иди путем борьбы — и станет счастливым твой народ.

Таким образом, культура народов Туркестана рассматри-
ваемого периода развивалась в условиях борьбы двух линий.
Одна линия — линия царизма, опиравшегося на помещиков,
баев и реакционное духовенство, которая выражалась в его
политике сохранения феодальных и патриархально-феодаль-
ных отношений в крае, в стремлении держать массы в тем-
ноте и невежестве. ДруЛ>й была линия передовой части об-

1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 23, стр. 146.

52
щества, стремившейся к развитию культуры, отражавшей
демократические тенденции, то есть направление, боров-
шееся против политики царизма, против средневековых пере-
житков, против националистических тенденций нарождав-
шейся буржуазии. Яркими представителями этого направле-
ния были такие деятели культуры, как Мукими, Фуркат,
Аваз Отар, Хамза Хаким — Заде Ниязи, Ахмад Дониш, Сад-
риддин Айни, Абай Кунанбаев.

В ходе нарастающей борьбы указанных двух направлений
и проявилось благотворное влияние передовой русской куль-
туры на развитие культуры народов Туркестана.

Наряду с демократическим движением за культуру суще-
ствовало также буржуазно-националистическое движение
нарождавшейся буржуазии — джадидизм, идеологи которого
(джадиды), ведя соглашательскую политику с царизмом, вы-
ступали под флагом реакционного пантюркизма и панисла-
мизма.

Джадидами порою называли и тех, кто, по существу, не
имел ничего общего с собственно джадидизмом в указанном
выше смысле, но благодаря общению с русским народом,
под влиянием передовой русской культуры боролся против
старых реакционных пережитков. И даже тех, кто, переняв
элементы русской культуры, брил бороду, носил калоши
(или ботинки), европейский костюм, курил папиросы, также
называли джадидами *.

В период реакции, наступившей после подавления рево-
люции 1905 года, царское правительство усилило полицей-
ский режим, встречало в штыки любую инициативу передо-
вой части общества, направленную на развитие культуры
народов Туркестана. Тем не менее борьба между развивав-
шейся демократической культурой трудовых масс Узбеки-
стана и клерикально-националистической культурой баев,
буржуазии и мулл продолжалась с новой силой в обстановке
резкого обострения классовых противоречий. Течение, отра-
жавшее настроение наиболее передовой части общества, за-
ключавшее в себе демократические идеи и стремившееся к
овладению передовой русской культурой, ломая преграды,
создаваемые царизмом и местными реакционными силами,
оказывало благотворное влияние на развитие культуры на-
родов Туркестана.

1 Слово «джадид» — арабское, оно означает «новый».

S3
СТРАДАНИЯ
МОЕГО ОТЦА

К ак говорилось выше, после
устроенного тоя, посвященного обряду обрезания, отец про-
должительное время не мог оправиться от долгов. Поэтому
он был вынужден принять предложение поступить на работу
продавцом фуража у торговца Казы-Ходжаева в Скобелеве,
куда он переехал осенью 1909 года, забрав меня с собою.
Наша семья оказалась разрозненной: мать и бабушка оста-
лись в Ходженте, а я с отцом стал жить в Скобелеве.

Скобелев резко отличался от древнего Ходжента тем, что
это был новый город, основанный в 1876 году после присое-
динения Туркестана к России. До 1907 года он назывался
Новым Маргиланом, а с 1907 до 1924 года — Скобелевом. Го-
род находится в южной части Ферганской долины, по сосед-
ству с Маргиланом; построен по типу европейских городов
с широкими взаимно перпендикулярными улицами, засажен-
ными вдоль тротуаров чинарами и пирамидальными топо-
лями. Здесь много разных древесных насаждений, так что го-
род утопает в зелени.

В начале XX века население города (около восьми ты-
сяч) состояло главным образом из узбеков и русских — мел-
ких торговцев, купцов, мелких служащих, крупных чиновни-
ков, военных и небольшого числа ремесленников. Здесь
находились хлопкоочистительные заводы Вадьяева и Потеля-
хова, водочный завод Иванова, пивоваренный завод Стефана,
шелководческая гренажная станция Евтихиды, магазины
братьев Иногамовых, Алимбаева, Мирахмедова, Зияутдинова,
Кокуева, Филатова, Каплана и других. Здесь же жили такие
крупные баи-помещики, как Отаханбай и Юлдашбай.

Скобелев являлся административным центром Ферган-
ской области, резиденцией областного губернатора. В городе
были окружной суд, православный собор, мужская и женская
гимназии, приходская школа, городское училище, русско-ту-
земная школа, мактаб, две мечети и одно небольшое медресе.
Я оказался в совершенно иной среде, чем в древнем Ход-
женте.

Отец в незнакомом городе, вдали от своей семьи, которую
был лишен возможности устроить здесь, чувствовал себя по-
давленным. Дни протекали однообразно и скучно. Понятно,
что это не могло не отразиться на мне. Я был лишен свойст-

54
венной моему возрасту детской шалости и радости, что осо-
бенно омрачало отца. Тогда я не мог судить о всей тяжести,
лежащей на душе отца, теперь же, вспоминая нашу тогдаш-
нюю жизнь и размышляя о ней, отчетливо представляю себе
его угнетенное состояние.

Бедный отец по-прежнему продолжал свои молитвы, со-
блюдал пост, читал Коран, в надежде, что аллах облегчит
нашу жизнь. Но, увы, положение становилось невыносимым.

Свои переживания отец пытался излить в стихах. В моем
архиве сохранилось 138 строк собственноручно написанных
им стихов, которые начинаются следующими строками:

По Ферганской скитаюсь земле; никто не спросит,

как живу я,

Делиться не с кем, что на сердце; никто не спросит,

как живу я '.

Следующие строки стихов отца вполне можно назвать
воплями его души:

Сердце полно горя, слезы на глазах, весь согнулся я,

Где же ты, моя защита7 Никто не спросит, как живу я.

В тот период своей жизни отец всегда находился в состоя-
нии раздумья и печали. Это нашло свое отражение в таких
стихах:

Жизнь проходит в печали, радости ее не вижу я.

Сколько так она продлится? — увы, не знаю я!

Несмотря на то, что расстояние между Ферганой и Ход-
жентом измерялось несколькими часами езды поездом, тем не
менее отец был лишен возможности съездить к своей матери,
так как мог потерять работу. Он писал:

Здесь я как странник одинокий, вкушаю

лишь жизнь горькую,

Вот уже восемнадцать месяцев, как не вижу

мать свою бедную!

Свое душевное состояние отец выразил еще в таких

стихах:

1 Здесь и дальше при переводе на русский язык я старался передать
главным образом смысл стихов, так что рифмы — на втором плане.

55
Сердце терзают сотни обид, нет больше терпенья!

От мучений, страданий, рыданий нет больше терпенья!

В ряде стихов отца нашли свое отражение разгульная
жизнь взбесившихся от жира богачей и их детей, несправед-
ливость и жестокость правителей.

К сожалению, бедный отец не знал, да и не мог знать
истинные причины, социальные корни как своего безвыход-
ного положения, так и положения других, ему подобных, на-
ходящихся под двойным гнетом.

В конце концов сама жизнь подсказала отцу, что он за-
блуждается. Это вытекает из следующих его стихов, обра-
щенных к «всемогущему»:

Раз ты не внемлешь моленьям моим, какая польза

от них?

От того, что столько слез проливаю, какая польза

от них?

Очевидно, отец начал понимать, почему у него, бедного
честного труженика, несмотря на молитвы, соблюдения по-
стов, рыдания и вопли, обращенные к «всемогущему»,—по-
чему у него «сердце полно горя, слезы на глазах», а сам «весь
согнулся»!

ТЫ ДОЛЖЕН

УЧИТЬСЯ...

В Скобелеве русского насе-
ления было гораздо больше, чем в Ходженте. Здесь общение
с простыми русскими людьми сильно влияло не только на
меня, но несколько позже и на моего отца, человека преклон-
ного возраста.

Отцу приходилось иметь дело главным образом с рус-
скими. Поэтому он научился говорить по-русски и вскоре по-
дружился с нашим соседом — русским юристом Любичанков-
ским. Этот добродушный старик с пышной седой бородой,
примерно лет 75-ти, вдовец, жил один. Его дочь была заму-
жем за нотариусом Рабизы в Коканде.

Любичанковский вел небольшую адвокатскую практику,
поэтому свободного времени у него было немало. По вече-
рам за чашкой чая происходила задушевная беседа между

56
двумя стариками, которая порою длилась до поздней ночи.
Несмотря на то, что Аюбичанковский не владел узбекским
языком, а мои отец говорил на ломаном русском языке, они
отлично понимали друг друга. Мне не раз приходилось при-
сутствовать при этих беседах, протекавших непринужденно,
сердечно. Короче говоря, между ними была трогательная,
искренняя дружба.

Под влиянием этой дружбы, по совету Любичанковского
отец решил устроить меня в так называемую русско-тузем-
ную школу. Эти школы были открыты по инициативе про-
грессивных деятелей русского общества в 80-х годах
XIX века с четырехгодичным курсом обучения. Потребность
в этих школах была огромной. Мировые судьи, служащие
нотариальных контор, уездных управлений, различных го-
родских и областных учреждений в своей деятельности
встречали большие затруднения из-за того, что большинство
местного населения не владело русским языком. Нужны
были переводчики.

За период с 1885 по 1909 год на территории Туркестан-
ского края открыли 98 русско-туземных школ. Была открыта
также русско-туземная школа для женщин. Однако это на-
чинание не нашло поддержки у царской администрации края,
и вскоре женская школа прекратила свое существование.

Вообще русско-туземные школы не находили должной
поддержки со стороны царской администрации. Об их неот-
ложных нуждах, об инертном отношении органов народного
образования к насущным запросам этих школ неоднократно
выступали на страницах местной печати передовые русские
педагоги, но безуспешно. Поддержку оказывала только про-
грессивная часть русского общества. На содержание русско-
туземных школ выделялись значительные общественные
средства.

Среди местного населения ходил слух, распространенный
реакционным духовенством, о том, что якобы окончивших
русско-туземные школы «будут брать в солдаты» и что их за-
ставляют креститься. Лица, верившие в подобного рода
слухи, с некоторой опаской относились к этим школам. Эти
слухи дошли и до моего отца, который, тем не менее, не из-
менил решения устроить меня в такую школу. Однажды отец
сказал мне об этом:

— Я хочу устроить тебя в русско-туземную школу,—
а потом, немного подумав, добавил,—только об этой школе
ходят разные слухи. Я посоветовался с разными людьми:

57
одни — за, а другие — против. Однако, подумав хорошенько,
я пришел к выводу, что ты должен учиться при всех усло-
виях. Время требует этого.

Это было весной 1911 года. Когда мы пришли в школу,
в классах шли занятия.

— Садитесь, скоро будет звонок, выйдет учитель, ска-
зал сторож школы Исмаил-ата.

Мы сидели на высокой веранде. Внизу раскинулся школь-
ный сад, недалеко от веранды — цветник. На краю сада про-
текала речка, а за ней рос густой кустарник. Недалеко от
цветника находился гимнастический городок, где имелись
наклонные и вертикальные лестницы, турник, так называе-
мые «гигантские шаги» и другие принадлежности для гимна-
стических игр.

В то время, когда в классах шел урок, здесь, на веранде,
завязалась непринужденная беседа между отцом и сторо-
жем Исмаил-ата.

— Скажите, вы давно работаете в этой школе? — спросил
он у сторожа.

— Да, около восьми лет, — ответил Исмаил-ата.

— Тогда, должно быть, вы хорошо знаете все стороны
жизни этой школы. Поэтому у меня к вам есть один вопрос.

— Задавайте.

— Откровенно говоря, — сказал отец, оглядываясь по сто-
ронам,— о вашей школе ходят разные слухи...

Исмаил-ата перебил его:

— Э, знаю, на что вы намекаете, — заметил он,
улыбаясь, — все это чепуха!

— То есть?

— То, что детей заставляют креститься и что после окон-
чания школы их будут брать в солдаты. Не так ли?

______ Совершенно правильно! Я слышал то же самое, но, по-
думав, не поверил, так как если бы это действительно было
так, то сюда никто не стал бы отдавать своих детей.

— Правильно говорите. С тех пор, как я начал здесь ра-
ботать, окончило школу немало детей. Но никого из них не
заставляли креститься и ни одного не забрали в солдаты.

В это время прозвенел звонок: из классов стали выхо-
дить ученики. Вскоре появился человек, лет пятидесяти, вьп-
сокий, худощавый, с козлиной бородкой. На нем был белый
бешмет, опоясанный белбагом, а на голове тюбетейка. Это
был учитель мусульманской грамоты Садриддинходжаев.

Исмаил-ата, кивая на отца, сказал Садриддинходжаеву;

58
— Вот ата 1 привел своего сына к нам в шкблӯ.

— Очень хорошо поступили, — сказал домулла, поздоро-
вавшись с моим отцом.

Как раз в это время подошел русский учитель, лет три-
дцати пяти, среднего роста, с голубыми глазами, гладко
выбритый, с пышными черными усами. На нем был белый
китель с петлицами, белые брюки.

Садриддинходжаев, слегка кивая в сторону отца и обра-
щаясь к русскому учителю, сказал:

— Ата привел своего сына в нашу школу.

— Очень хорошо поступили, ата, — заметил русский учи-
тель на чистейшем узбекском языке, поздоровавшись с
отцом.

А Садриддинходжаев, обращаясь к отцу, продолжал:

— Это заведующий школой, господин Андреев Григорий
Владимирович.

— Очень хорошо! — сказал отец с легким поклоном.

— Вот это и есть наша школа, — сказал Андреев, кивая
головой, а потом, улыбаясь, спросил: — Ну как, нравится
вам?

— Да, хорошо здесь, прямо-таки душа радуется; хорошие
цветы у вас. Я в молодости немного занимался садоводством,
поэтому особенно люблю цветы.

— Я тоже люблю цветы, но, откровенно говоря, больше
люблю детей. Мы, учителя, также являемся своего рода са-
довниками. Наш сад — школа, а цветы — дети. Это молодые,
здоровые ростки. Наша задача заключается в том, чтобы эти
ростки получили правильное развитие.

— Очень хорошо, таксыр!

Андреев все время говорил на чистом узбекском языке, и
отец слушал его с нескрываемым восхищением.

— Спасибо, будьте здоровы, живите тысячу лет,—сказал
отец.

Прозвенел звонок на урок. Простившись с учителями,
отец ушел, а Андреев взял меня за руку, и мы направились
в класс.

— Вот ваш новый товарищ, — сказал Андреев, войдя в
класс и обращаясь к ученикам,—будет учиться с вами вме-
сте.— Затем он спросил меня:

— Как тебя зовут?

— Ташмухамед.

1 Ата — отец, папаша.

59
— А нельзя звать просто: Ташмат?

— И так можно, — сказал я.

— Хорошо, Ташмат, вот твое место,— показал он на сво-
бодную парту, — будешь сидеть здесь.

С этого дня в школе меня звали Ташматом.

В классе стояли 8 — 10 парт в два ряда, часть из них была
свободна, так как учеников было всего 10. На стенах висели
красочные картины для наглядного обучения, над классной
доской на стене висел в большой позолоченной раме портрет
царя Николая второго. Посредине класса стоял письменный
стол, а на нем — географический глобус. Все ученики были
примерно моего возраста. Оказалось, что они перешли сюда
из городского мактаба.

— Ты умеешь читать и писать по-мусульмански? — спро-
сил меня Андреев.

— Да, немного.

В первый же день Андреев познакомил меня с несколь-
кими буквами русского алфавита, а также словами, состав-
ленными из них.

В РУССКОЙ ШКОЛЕ

В первом классе русско-ту-
земной школы, в которой я учился, было 10 учеников, а во
всей школе — примерно 25. Это число всегда менялось, даже
в течение года, то увеличиваясь, то уменьшаясь, но не пре-
вышало 30. Штат школы был также небольшой: он состоял
из заведующего школой Г. В. Андреева, учителя мусульман-
ской грамоты С. Садриддинходжаева и сторожа-уборщика.
Несколько позже прибавился еще один преподаватель рус-
ского языка.

Г. В. Андреев в свое время окончил Ташкентскую учитель-
скую семинарию, прекрасно бладел узбекским языком, был
отличным методистом, хорошо знал специфику преподава-
ния русского языка узбекам. Как один из активных деятелей
в области народного образования, он систематически высту-
пал на страницах местной русской печати, нередко нахо-
дился в конфликте с инспектором «народных училии}» Фер-
ганской области Егоровым.

С. Садриддинходжаев в молодости немного учился в мед-
ресе, а потом самостоятельно изучал русский язык. По-рус-
ски говорил слабо, но писал хорошо. Он любил и хорошо

60
классическУю поэзию народов Туркестана, часто бесе-

2коо^нНый ч? ТСМУ С АндРеевым- Это был обаятельный и
скромный человек.

раз\ичныр°прп преподавания в русско-туземных школах в
J“bI периоды их существования была различная. Ра-

языка опь^Н°ГОе 3аВИсело от степени знания узбекского
В начала YY “ педаг01'ического мастерства преподавателей.

™,але ХХ столетия уже накопился достаточный опыт. По-
этому в период моей учебы постановка преподавания нахо-
дилась на сравнительно высоком уровне.

И ап, Русско-тУземных школах преподавались русский язык

числа^Гуч™ В Пределах пеРвых четырех действий с целыми
' аЩпмся сообщались элементарные сведения по
истории, географии (главным образом России) и природове-
дению; наряду с этими предметами изучались также «тузем-
ная грамота» и основы мусульманской религии

В учебных пособиях - «Книгах для чтения», составлен-

жмтпаГГ0 АЛЯ РУсско-туземных школ, содержались эле-
рные сведения из жизни природы, людей, животных,
птиц, а также короткие рассказы и стихи классиков русской
литературы - Пушкина, Лермонтова, Крылова. РУ
Наиболее удачными в методическом отношении посо-
биями считались первая, вторая и третья «Книги для чтения»
составленные С. Граменицким. Например, третья книга1’
предназначенная для третьего года обучения, состояла из
етырех отделов. В первом были помещены: «Ветер и солнце
из «Детского мира»» Ушинского, рассказ о смышленом кре-
вел^ИНдЛ' Толстого- басни Крылова «Трудолюбивый мед-
едь», «Демьянова уха», «Осел и соловей», «Ворона и ли-
сица», «Тришкин кафтан», отрывок из поэмы «Мороз —
Красный Нос» Некрасова, «Сказка о рыбаке и рыбке» Пуш-
кина. Второй отдел в основном был посвящен различным

^°РТСКИМ сведениям ° России. Третий отдел содержал
географические сведения о Европейской России, Сибири и
уркестане, четвертый - элементарные сведения по естест-
вознанию, в частности «О каменном угле», «Где и как добы-
вают соль» «Ядовитые растения», «Полезные растения и
животные Туркестана». Таким образом, в основном, за не-
большими исключениями, эта «Книга для чтения» содер-
жала в себе полезный общеобразовательный материал.

*С- ГрамениЧкий. Третья книга для чтения. Пособие для обучения
русскому языку в инородческих училищах. Ташкент, 1899. У

61
Ясно что русско-туземная школа rio сравнению с макта-
бом, где приходилось механически вызубривать непонятные
арабские слова из религиозных книг «Хафтьяка» и «Чорки-
тоба» для меня оказалась миром новых и важных понятии,
необходимых в жизни и расширяющих кругозор молодого

жаждущего ума. „

Пособием по «туземной», или «мусульманской», грамоте
служил «Устоди аввал», то есть «Первый учитель» С. Саид-
Азизова, изданный в 1900 году. Впоследствии он выдержал
несколько изданий. Этим пособием руководствовались при
обучении детей азбучной грамоте на основе арабского алфа-
вита. Поэтому Садриддинходжаев - домулла, проверив меня
в чтении текста, написанного на арабском алфавите,
сразу же освободил от посещения уроков мусульманской гра-

М°ТПо сравнению с арабской письменностью русская
письменность оказалась настолько легкой, что не тре ова
лось особых способностей для того, чтобы, зная буквы алфа-
вита, научиться читать. И действительно, овладев за^три дня
русским алфавитом, я научился читать текст «Первой книги»
для чтения Граменицкого, хотя, разумеется, не понимал
смысла прочитанного.

Я никогда не забуду той радости, которую почувствовал
на третий день пребывания в школе, когда, возвращаясь до-
мой из школы, прочитал афишу цирка Юпатова, хотя опять-
таки не понимал смысл прочитанного текста.

Учитывая неудержимую тягу к чтению, начиная со вто-
рого класса Г. В. Андреев стал рекомендовать мне книги для
внеклассного чтения. Например, сказки о русских богатырях
Илье Муромце, Добрыне Никитиче, Алеше Поповиче. И я

читал их с большим удовольствием.

Думаю, не лишне отметить, что среди учащихся как дан-
ной так и других русско-туземных школ процент детей за-
житочных людей был весьма незначителен. Многие не хо-
тели, чтобы их дети были переводчиками, которые считались
самыми низшими служащими, получали мизерные оклады.
А те из них, которые учились в этих школах, не всегда завер-
шали учебу. Их отцы думали, что для ведения торгового дела
вполне достаточно уметь лишь читать и писать адреса на кон-
вертах.

62
«БОЖЕ,

ЦАРЯ ХОРОНИ!»

Передовые русские учителя
всегда находились под подозрением царской администрации
края. Особенно во время реакции, наступившей после подав-
ления революции 1905—1907 годов. В те годы царское пра-
вительство усилило полицейский режим. В период разгула
столыпинщины любая инициатива передовой части обще-
ства во главе с лучшими представителями русского народа,
направленная на развитие культуры народов Туркестана,
встречалась правительством в штыки. Характерно, что
К. К. Пален в материалах по ревизии Туркестана с досадой
утверждал, что учителя «очень часто заражены революцион-
ным духом»'.

Время от времени русско-туземную школу посещал ин-
спектор народных училищ Ферганской области Ф. Егоров —
типичный чинуша, формалист. Он присутствовал на уроках,
просматривал записи в тетрадках, иногда задавал ученикам
вопросы.

Однажды Егоров, листая мою тетрадку, вдруг задал мне
вопрос:

— Как тебя звать?

Я вскочил с места и, держа руки по швам, бойко отве-
тил:

— Ташмат!

— Скажи, чей это портрет? — спросил инспектор, указы-
вая на портрет Николая второго.

Полагалось ответить так: «Это портрет его император-
ского величества». Но я растерялся и не мог ответить. Про-
должая смотреть на портрет, я беспомощно лепетал:

— Это, это...

— Отвечай! — закричал инспектор.

Я стоял, опустив глаза.

— А гимн ты знаешь? — вдруг свирепо сверкнул глазами
Егоров.

— 3-знаю.

— А ну-ка, спой!

Дрожа от страха, я робко запел:

1 К. К. Пален. О недостатках управления Туркестанского края,
стр. 13. Оригинал, напечатанный на машинке, находится в Государствен-
ной публичной библиотеке имени Навои в Ташкенте.

63
— Боже, царя хорони...

— Что-о, что-о?! Повтори-ка еще раз! — заорал инспек-
тор.

Я подумал, что невнятно произнес слова гимна, чем, быть
может, и заслужил гнев инспектора. Поэтому, собравшись с
силами, я запел громко, отчеканивая каждое слово:

— Бо-о-же, ца-ря хо-ро-ни!..

— Молчать, болван! — завопил взбесившийся инспектор.

Я задрожал, заплакал, а Егоров выскочил из класса, хлоп-
нув дверью. За ним вышел Андреев.

Разумеется, слово «хорони» вместо «храни» я произнес не
нарочно. Это была обычная ошибка, присущая узбекским де-
тям. Описываемый случай произошел во втором классе. Мы
еще плохо понимали разницу в произношении слов «храни»
и «хорони». Больше того, не каждый узбек может правильно
сказать слово «книга». Он произносит это слово как «ки-
нига», то есть между двумя согласными «к» и «н» появляется
гласная «и». То же самое получилось при моем произноше-
нии слова «храни» — между согласными «х» и «р» появилась
соответствующая гласная, получилось «хорони».

После ухода инспектора Егорова и Андреева ученики
окружили меня и с удивлением спрашивали: «Что случи-
лось?» То есть не обратили внимания на допущенную мной
ошибку.

Через некоторое время Андреев вернулся из учительской.
Видимо, ему пришлось выслушать нотации инспектора Его-
рова. Он был бледный. Однако он не сделал мне никаких
замечаний, а ограничился тем, что многозначительно на уз-
бекском языке сказал, улыбаясь:

— Ничего, не горюй! Должно быть, в тот момент, когда
ты спел гимн, около тебя стоял ангел...

Мы, ученики, не придали значения словам Андреева, так
как не понимали их смысла. В частности, до меня они до-
шли гораздо позже...

Взаимоотношения между инспекторами и учителями
русско-туземных школ из года в год обострялись. Учителя
этих школ вели борьбу против бездушной казенщины, вы-
ступали на страницах печати, использовали каждый предста-
вившийся случай, чтобы отплатить инспекторам за незаслу-
женные придирки.

Вот эпизод, о котором мне рассказал один из бывших
учителей русско-туземной школы. Однажды войдя в класс,
инспектор решил проверить запас русских слов у учащихся.

64
Он вынул мз своего кармана носовой платок и, показывая
его одному ученику, спросил:

— Это что?

— Тряпка,— бойко ответил ученик.

По-своему ученик был прав, так как учился во втором
классе и еще мало знал русских слов. Очевидно, для инспек-
тора такой ответ показался обидным. Еле сдерживая себя,
он процедил:

— Ка-ак? Кто тебя так учил?

В это время на помощь ученику пришел учитель.

— Ваше высокоблагородие,—многозначительно улыбаясь,
сказал он,— ученик, конечно, знает, что это платок, но он у
вас, простите, несвежий, поэтому и назвал его тряпкой.

Учитель дорого поплатился за это. Вскоре после этого
эпизода он был отстранен от работы.

- КАЖДЫЙ РАЗ ВЫ
ЧТО-ТО ЗАПИСЫВАЕТЕ,
НО НИЧЕГО
НЕ ПОКУПАЕТЕ

В Фергане при входе на ба-
зар один высокий бородатый старик в очках торговал кни-
гами и репродукциями картин разных художников. Все это
находилось под открытым небом, картины висели, а книги ле-
жали тут же на столах. Я часто заходил туда, любовался
картинами, книгами, среди которых меня особенно привле-
кали богато иллюстрированные книги. К сожалению, они
были дорогие и купить их я не имел возможности. Поэтому
я брал на заметку понравившуюся мне книгу, а потом пы-
тался найти ее в библиотеке. Конечно, продавец не мог не
обратить внимания на то, что я делал каждый раз.

— Что это вы делаете, молодой человек,—заметил од-
нажды продавец, улыбаясь,—каждый раз вы листаете книги,
что-то записываете, но ничего не покупаете!

Пришлось признаться, в чем дело.

— Ваши книги очень дорогие,— ответил я продавцу,—
у меня нет таких денег, но когда будут, обязательно куплю.

— В таком случае, — сказал продавец, вскрывая упаковку
пачки книг, — рекомендую вам одну книжку! Стоит она всего

б Т. Н. Кары-Нняэов

65
пять копеек, — с этими словами он подал мне небольшую

брошюру. , г

На обложке брошюры, состоящей всего из lb страниц,

я прочитал набранные крупным шрифтом слова: «Приклю-
чения знаменитого сыщика Шерлока Холмса», а ниже
«Пять зернышек апельсина» - мелким шрифтом, Это было
сочинение известного английского писателя Конан-Доиля.

Купив брошюру, я вернулся домой и^в тот же день прочи-
тал ее. Она предназначалась для детей старшего возраста,
написана на простом, доходчивом языке, а^ самое главное —
оказалась очень интересной, захватывающей. На другой день
я опять пошел к продавцу книг.

— Ну как, понравилась книжка? — спросил он.

— Да, очень. Я ее вчера же прочитал. Нет ли у вас еще
чего-нибудь в этом роде?

— Как же, есть, конечно, но только не здесь, принесу
завтра,—сказал продавец.

Когда я пришел к нему на другой день,^ он предложил
мне брошюрку из той же серии Конан-Дойля «Человек с
рассеченной губой». Постепенно мне удалось прочитать все,
что было в этой серии Конан-Доиля. _ ,,

Эти мелкие приключенческие рассказы Конан-Доиля ока-
зывали мне значительную помощь, во-первых, в изучении
русского языка, во-вторых, в известной мере приучали к ло-
гическому мышлению и наблюдательности.

Выше было упомянуто о нашем соседе, русском юристе
Любичанковском. К нему, как адвокату, обращались главным
образом местные жители. Когда я стал более или менее
сносно говорить по-русски, он стал приглашать меня к себе,
и я в меру своих знаний выступал в роли переводчика. Это
значительно повлияло на дальнейшее мое развитие. ^

Любичанковский кроме специальной юридической лите-
ратуры получал газету «Ферганские областные ведомости»
и журнал «Нива». В этом богато иллюстрированном жур-
нале печатались разные рассказы и очерки, помещались ре-
продукции картин лучших художников, а также, в виде при-
ложения к журналу, он получал произведения классиков
русской литературы, в том числе Л. Н. Толстого, И. С. Тур-
генева, Ф. М. Достоевского, А. С. Грибоедова, В. Г. Коро-
ленко, И. А. Гончарова, Д. Н. Мамина-Сибиряка и др. И я,
по мере возможности, пользовался этой литературой.

Я пытался «пожирать» все, что попадалось мне в руки,
независимо от содержания и степени трудности книги.
Однажды достал «Веселую книгу» Ф. Ницше. Очевидно, Моё
внимание было привлечено ее названием. Сидя верхом на
скамье в саду школы, начал читать ее. Разумеется, ничего
не понимал, ибо, как известно, это книга по философии.
Я был так сильно поглощен книгой, что не заметил, как по-
дошел ко мне Г. В. Андреев.

— Что это ты читаешь, Ташмат? — вдруг спросил он.

Я поднял голову, вскочил с места и, показывая книгу,
сказал:

— Первый раз мне попалась такая трудная книга. Ничего
не понимаю, Григорий Владимирович!

Андреев взял книгу в руки и расхохотался.

— Вот, оказывается, в чем дело! Нет, голубчик, тебе еще
рановато читать такие вещи.

«БЕДНЫЙ ОСЕЛ...

ОН ДОСТОИН УВАЖЕ-
НИЯ»

П о соседству с нашим жиль-
ем находилась большая чайхана, где всегда бывало много на-
роду. Как-то к ней подъехал на осле старик-дехканин. При-
вязав ослика к дереву, он вошел в чайхану, заказал себе чаю
и уселся в ожидании на кошму. Вдруг осел закричал, а затем
сделал лужицу.

— Чей это осел? — громко спросил полицейский, прохо-
дивший в это время мимо чайханы.

Но ему никто не мог ответить, потому что хозяин осла
сидел в чайхане. Тогда полицейский подошел к ослу и дал
ему сильный пинок. Произошло нечто неожиданное: осел
так лягнул полицейского, что тот с криком опрокинулся
навзничь, а фуражка его отлетела в сторону. В чайхане рас-
хохотались.

Придя в себя, полицейский поднялся. Вид у него был
взъерошенный, китель, брюки, лицо, руки запачканы. Посе-
тители чайханы продолжали хохотать. Послышался чей-то
голос: «Так тебе и надо!»

Но вдруг люди, как по команде, перестали смеяться. Они
увидели, что с ослика свалилась поклажа — узелок с яйцами.
Несколько яиц разбилось, а уцелевшие с бранью начал топ-
тать сапогами полицейский. Старик-дехканин, выбежавший

67
из чайханы, лепетал: «Эй, эй... бу хайвон, эшак ахир»1. Ре-
шив, что слово «эшак» — осел относится к нему, полицей-
ский окончательно взбесился. «Ах ты мерзавец! Ты еще
смеешь обзывать меня ослом!» С этими словами полицей-
ский стал избивать старика. Поднялся шум, раздались крики,
возгласы возмущения присутствующих.

Выскочив из чайханы, трое русских рабочих вырвали ста-
рика из лап полицейского.

— Ты что, с ума сошел?! — с возмущением обратился к
полицейскому один из рабочих,— старик-то не виноват.

— Не твое дело! Чего суешь нос, куда не следует?! —
заорал полицейский.

— Да ты не ори. Посмотри лучше на себя. На кого ты
похож? — заметил другой рабочий.

— Молчать! — гаркнул полицейский.

Но, видимо, он струсил, так как поспешил ретироваться.

— До чего же сволочи эти полицейские, — с возмущением
говорил первый рабочий, — даже осел их не терпит!

— Ты, брат, напрасно обижаешь осла,— возразил вто-
рой,— Во-первых, это невинное животное, а во-вторых, корм
себе он зарабатывает честным трудом.

Действительно, как говорил Саади: «Бедный о сел, хотя
и считается ничтожеством, однако он лучше деспота, а когда
несет кладь свою — достоин уважения».

— Ну и молодец твой эшак, бабай! — говорили рабочие
старику-дехканину.

— Прими наше рабочее спасибо, — сострил другой, обра-
щаясь к ослику.

— Смотри, он улыбается, — вставил кто-то.

— А как же, он знает, с кем имеет дело. Вон как спо-
койно стоит, а ведь полицейскому задал трепку.

— Карим-ака! — обратился рабочий к знакомому, не спе-
ша потягивавшему чай,— о чем это вы грустите?

— Искренне жалею, что я не ослик! — ответил тот со
вздохом.

— Почему же?

— С удовольствием стал бы лягать каждого встречного
полицейского!

Чайхана задрожала от дружного хохота.

В течение нескольких дней эпизод с осликом старика
стоял в центре внимания всех тех, кто был его свидетелями.

1 Эй, эй, ведь это же животное, осел.

68
ДВЕ КАРТИНЫ,
ДВЕ ЦЕЛИ

Слева от дома, где жил я с
отцом, находилась кузница, а справа — базарная площадь.
Мы часто наблюдали, как трудились кузнецы — старик-ма-
стер и его помощник — атлетического сложения юноша. Их
головы, как обручем, туго стягивали скрученные платки. Ма-
стер длинными щипцами держал раскаленное железо, пово-
рачивая его то одной, то другой стороной, и бил по нему
небольшим молотком, а его помощник ударял по железу тя-
желой кувалдой.

Время от времени кузнецы прерывали работу на две-
три минуты, привычным движением вытирали пот со лба и,
сделав глоток горячего чаю, опять принимались за работу.
И так каждый день с утра до вечера.

Однажды, когда я наблюдал эту картину, на площади на-
чал выступать маддох — проповедник. Его окружила толпа.
Подойдя к толпе и протиснувшись в первый ряд, я увидел
чернобородого человека лет сорока в пестром халате и ку-
лохе Это был маддох. В руке он держал тарелку и, проха-
живаясь, то говорил, то протяжно распевал, прикладывая при
этом тарелку к щеке или мерно приближая и удаляя ее от
рта. Помощник маддоха сидел на земле и поддакивал ему,
время от времени протяжно произнося утвердительные и
одобряющие возгласы, вроде: «верно!», «со-вер-шен-но пра-
виль-но!», «это ис-ти-на!»

— В день воскресения, всеобщего суда и разделения,—
говорил маддох, — вы услышите оглушительный трубный
звук, содрогнется земля, горы сдвинутся с места, затмится
луна, звезды померкнут, небо расколется, ад разгорится, по-
мрачится у людей зрение. Чтобы быть в раю, вы должны пе-
рейти мост через ад. Но этот мост по воле всемогущего
аллаха сделан тоньше волоска и острее лезвия шашмира1 2.
Все благочестивые мусульмане по нему проходят свободно,
как по земле, и, очутившись в раю, вечно блаженствуют,
а грешники, рассеченные на две части, попадают в ад, где
царствует вечный огонь...

В это время из толпы послышалась ироническая реплика:

1 Кулох — конусообразный головной убор дервиша.

2 Шашмир — клинок.

69
*- Пой, пой. Уж если на то пошло, ты сам первый попа-
дешь в ад.

Все повернулись в ту сторону, откуда донесся этот голос.
И я заметил, как кто-то в лохмотьях, без головного убора,
спокойно зашагал из толпы.

— Да ведь это Пирмат,— раздался возглас.

И действительно, это был Пирмат, всем хорошо извест-
ный своим острым словом. Он работал в чайхане подручным
чайханщика. Зная его как острослова, люди обычно обра-
щались к нему: «А ну-ка, Пирмат, скажи что-нибудь по этому
поводу». И всякий раз его меткие слова вызывали дружный
хохот.

А маддох продолжал проповедь.

— В аду,— говорил он, — грешник испытывает страшные
муки, пока его тело перестает ощущать невообразимый жар.
Тогда его перебрасывают в вечный холод, где он испытывает
еще большие мучения. Когда же тело настолько промерзнет,
что перестает ощущать холод, грешника опять возвращают в
вечный жар...

Маддох так искусно рассказывал, что слушавшая его
толпа стояла, словно загипнотизированная. Некоторые пла-
кали, даже рыдали.

— В день страшного суда, — распевал далее проповед-
ник, — солнце так низко опустится к земле, что она нака-
лится, как медь на огне. Языки у всех высунутся наружу,
глаза вылезут из орбит. Ноги человека прилипнут к земле.
Поднимешь ногу — кожа с нее сдерется. Но, по воле всемо-
гущего, пока ты обратно ставишь ногу, на ней образуется но-
вая кожа... И в этот страшный день над головами некоторых
людей вы увидите густые тени, которые спасают от неверо-
ятной жары. Эти тени —та садака1, которую пожертвовали
добрые люди на этом преходящем свете. Мусульмане! Да
будет ваша садака в де’нь страшного суда тенью спасения над
вашими головами!

Со всех сторон посыпались монеты, лепешки в тарелку
маддоха.

Так, одурманивая головы простых темных людей расска-
зами о загробной жизни, о страшном суде, о мучениях ада
и блаженствах рая, маддохи призывали их к покорности
судьбе, якобы предначертанной богом, к повиновению, как
велит Коран. А 62-й стих IV суры Корана так и гласит: «По-

1 Садака — милостыня.

70
винуйтесь аллаху, повинуйтесь посланнику и обладателям
власти среди вас». Подобные положения служили идеологи-
ческой основой охраны существующего строя, господства
обладателей власти, эксплуатации человека человеком, раб-
ского положения трудящихся.

Одной из центральных, исходных догм всякой религии
вообще, ислама в частности, является «божья воля», то есть
все, что случается в жизни человека, общества и в природе,
совершается по воле бога. В таком случае и преступления,
например кража, убийства, также происходят по воле бога.

Получается так, что по воле бога человек совершает пре-
ступление, а затем богом же наказывается. Иначе говоря, бог
заставляет человека совершать преступления, а потом за эти
же преступления наказывает его!

14-й стих II суры Корана о «неверующих» утверждает,
что «аллах издевается над ними (то есть неверующими) и
усилит их заблуждение, в котором они скатываются слепо».
Спрашивается: так как все в мире «совершается по его воле»,
то почему он не направляет «неверующих» на путь истины,
а, наоборот, «усиливает их заблуждение»? И что это за бог,
который «усиливает их заблуждение», а затем «издевается
над ними»?

Согласно утверждению богословов, якобы всякие грехи
и преступления совершаются кознями сатаны. А Коран ут-
верждает, что бог обладает неограниченным могуществом.
В таком случае, «всемогущий» бог должен был бы уничто-
жить своего врага. В самом деле, зачем сохранять такого
соблазнителя, провокатора, как сатана?

Далее, если бог справедливый, как об этом неоднократно
свидетельствует Коран, то почему он одних делает богатыми,
а других — бедными? Одних умными, а других — глупыми?
Одних — счастливыми, а других — несчастными? Ведь «все
совершается по его воле»! Что это за вопиющий произвол?

Я знал немало людей, которые, находясь в безвыходном
положении от^нужды, совершали так называемые «чилля»,
то есть 40 дней, сидя на корточках, в одиночестве молились
богу, прося его о помощи. Но, увы, никогда этой помощи
они не получали и продолжали влачить жалкое существо-
вание.

Эти наивные люди жаловались на судьбу, рассматривая ее
как божественную волю, предопределяющую все, что проис-
ходит в жизни; они надеялись на искупление своих проступ-
ков («грехов») на «том свете». Между тем, по весьма

71
меткому выражению Шопенгауэра, такая «судьба в сущности
является совокупностью учиненных людьми глупостей» и что
«если дурные поступки искупаются на «том свете», то за
глупые — придется заплатить на этом».

«СЛОВА МОИ
ВЫСЛУШАЙ,

СЫН ДОРОГОЙ!»

Ежегодно в месяц рамазана
в городах и селах Туркестана днем почти замирала жизнь,
так как мусульмане соблюдали пост (ураза). Чайханы, столо-
вые и другие заведения, большинство лавок обычно закрыва-
лись днем. Постившиеся мусульмане, изнуренные голодом,
убивали время сном. Но с наступлением темноты (когда
ислам разрешал есть и пить) начиналось оживление: откры-
вались лавки, чайханы, столовые и т. п. Бозоршаб (ночной
базар) обычно продолжался до самой поздней ночи.

В чайхане, находившейся по соседству с нами, во время
таких ночных базаров сказители распевали дастаны — поэмы,
отрывки из народного эпоса «Алпамыш», «Гор-оглы», «Та-
хир и Зухра» и другие под аккомпанемент дутара или
домбры, или особые чтецы громко, нараспев, читали произ-
ведения классиков поэзии народов Средней Азии.

Народ очень любил эти чтения, чайхана переполнялась
людьми, порою негде было сесть, так что многим прихо-
дилось стоять на ногах. Вот сидит благообразный старец с
пышной Седой бородой, в очках. Перед ним большая, высо-
кая подушка, а на ней — раскрытый фолиант. Он читает
громко, приятным голосом, с прекрасной дикцией, с пау-
зами, расстановками.

Во время этих по существу художественных чтений мно-
голюдная чайхана обычно притихала. Нередко слушал эти
чтения и я, затаив дыхание, хотя порою не все было для меня
понятно. И сегодня, когда я обращаюсь к этой сокровищнице
древней культуры среднеазиатских народов, мне становится
ясным стремление простых тружеников к этим чтениям, й в
самом деле, вот, например, небольшой фрагмент из «Шах-
намэ» Фирдоуси («Слово о разуме»).

72
Лишь в разуме — счастье, беда без него,

Лишь разум — богатство, нужда без него.

Доколе рассудок во мраке, вовек
Отрады дугие не найдет человек.

Так учит мыслитель, что знаньем богат,

Чье слово для жаждущих истины — клад;

Коль разум вожатым не станет тебе,

Дела твои сердце изранят тебе;

Разумный тебя одержимым сочтет,

Родной, как чужого, тебя отметет.

Науку все глубже постигнуть стремись,

Познания вечною жаждой томись.

Лишь первых познаний блеснет тебе свет.

Узнаешь: предела для знания нет.

Вот другой фрагмент из той же «Шахнамэ»:

Все в мире покроется пылью забвенья,

Лишь двое не знают ни смерти, ни тленъя:

Лишь дело героя да речь мудреца
Проходят столетья, не зная конца.

Или фрагмент из поэзии Амир-Хисрова Дехлеви («На-
зидание сыну»):

Слова мои выслушай, сын дорогой, —

Их жемчуг рассыпать хочу пред тобой.

К моим наставлениям слух преклони,

Тебя от ошибок избавят они.

Порог обивать не ходи к богачам,

Трудом медяки зарабатывай сам.

На шее чужой, словно груз, не лежи,

Себя самоличным трудом содержи.

Не строй себе счастья на горе людском,

Отрада непрочная в счастье таком.

73
Блажен, кто имеет хороших друзей,—

Что в мире подлунном милей и ценней1

Но ты различай скорлупу и ядро, —

Представиться другом не так уж хитро.

Эти и им подобные строки, несмотря на свою глубокую
древность, тем не менее не утратили своего значения и в
наши дни, ибо они отражают многовековую народную му-
дрость.

Благодаря чтениям и поэтической наклонности моего
отца, который хорошо знал классическую поэзию средне-
азиатских народов, постепенно и у меня развивался вкус к
ней. Я особенно полюбил произведенияу таких поэтов, как
Мукими, Фурката, Хайяма, Саади, Хафиза, Навои, возможно
потому, что именно эти произведения оказались под рукой.
Отец никогда не расставался с ними, в частности, как я обра-
тил на это внимание несколько позже, при переезде в Фер-
гану он брал с собою именно эти произведения, а все другие
его книги остались в Ходженте.

«ЭТО СООТВЕТСТВУЕТ
ПОЛИТИКЕ ЕГО
ИМПЕРАТОРСКОГО
ВЕЛИЧЕСТВА»

В медресе, находящемся при
Большой ферганской мечети, насчитывалось всего 10-
12 слушателей, некоторые проживали тут же, в худжрах
(кельях). Вообще в начале XX века многие медресе Турке-
стана оставались без учащихся, ибо сама жизнь показала не
только бесплодность, но и вредность их существования.

В Ферганском медресе учился покойный народный артист
Узбекской ССР Кары-Якубов. Образование, полученное им в
этом медресе, «пригодилось» лишь для того, чтобы^быть рас-
сыльным «Шурой Ислама» в период Февральской револю-
ции. Что касается его таланта в области театрального искус-
ства, то он, как известно, проявился и получил свое разви-
тие только после Октябрьской революции.

Я сам никогда не учился в медресе, но интересовался
его жизнью. Мне не раз приходилось бывать в указанном

74
медресе, которое находилось от нас весьма близко, на рас-
стоянии нескольких минут ходьбы, беседовать с его слушате-
лями. И по мере ознакомления с ним выявлялись все новые
и новые отрицательные черты этого духовного училища.

Срок обучения в медресе не был точно установлен: одни
слушатели находились в его стенах 10 лет, другие пребывали
там 12, 15 лет и более. Обычно выучивались одни и те же
книги многовековой давности, например: «Акоид» — догма-
тическое учение о бытии, о боге, о загробной жизни; «Хик-
мат-ул-айн» — метафизика; «Мулла-джалял» — богословие;
«Мухтасар-ул-викоя» — краткий курс религиозного права;
«Шарх-ул-викон» — комментарий к предыдущей книге;
«Фикхи кайдони» — о деяниях запрещенных, обязательных,
одобрительных и неодобрительных. Один этот перечень мо-
жет дать отчетливое представление о содержании курса обу-
чения в медресе.

Преподавание в этих учебных заведениях, как правило,
сводилось к комментированию, которое осуществлялось по
написанному тем или иным видным богословом коммента-
рию к какому-нибудь произведению. Эта традиция установи-
лась на Востоке еще в средние века (не только в области бо-
гословия, но и в научной литературе): одни сочиняли, а дру-
гие комментировали. Например, «Шарх-ул-викоя» является
комментариями к «Мухтасар-ул-викоя» — краткому курсу ре-
лигиозного права, «Шархи зиджи Гурагони» — коммента-
риями к астрономическим таблицам Улугбека.

Учение в медресе велось без какого-либо плана и про-
граммы. Курс определялся либо выбором слушателя, либо
наличием преподавателя того или иного профиля. Так, на-
пример, если имелся соответствующий преподаватель, зани-
мались по такой книге, как «Тавзех» — решение сложных бо-
гословских и юридических вопросов; «Фариоз» — арифме-
тика с элементами своеобразной планиметрии. Весь курс
арифметики состоял из первых четырех действий над целыми
числами. Изучение планиметрии сводилось к механической
зубрежке правил определения площадей фигур (треуголь-
ника и многоугольника). Необходимость преподавания этих
элементарных знаний вызывалась практической потребно-
стью измерять площади земель при покупке, продаже или
при разделе между наследниками.

Случалось, что отдельные слушатели медресе по своей
инициативе изучали некоторые литературные произведения,
главным образом стихи классиков литературы Востока.

75
Пожалуй, это единственный положительный штрих на мрач-
ном фоне медресе рассматриваемого времени, так как иногда
некоторые учащиеся, продолжая и углубляя самостоятельное
изучение поэзии, добивались определенных успехов в этой
области.

Таким образом, в результате упадка высокой для своего
времени средневековой культуры в медресе Туркестанского
края XIX-XX веков в отличие от медресе более раннего
времени, в которых изучались и светские науки (например,
при Улугбеке), установилось безраздельное господство бого-
словской схоластики.

Так как Коран полон противоречий, то мударрис — книж-
ник и учащиеся изощрялись в толковании различных его
«положений» путем схоластических словопрений. Поэтому
успешность завершения курса медресе определялась главным
образом тем, насколько умело и искусно учащийся мог да-
вать «обоснованные» толкования самым запутанным «поло-
жениям» Корана. Мударрисы неизменно твердили,^ что «все-
объемлющий Коран» — это вершина всех знаний, единст-
венно верное учение, что оно не подлежит критике, ибо, со-
гласно тому же Корану, малейшее сомнение в нем является
тягчайщим грехом со всеми вытекающими отсюда суровыми
последствиями.

Покорно признавая власть «милосердного» аллаха и нахо-
дясь в плену фанатизма, книжники цеплялись за букву Ко-
рана, а учащиеся медресе, за редкими исключениями, превра-
щались в последователей и апологетов ветхозаветного уклада
жизни. Не умея научно объяснить явления природы или об-
щества, наставники и воспитанники медресе неизменно по-
вторяли: «Аллах всемогущ! Все зависит от аллаха!»

Однажды мне пришлось посетить медресе в сопровожде-
нии упомянутого Кары-Якубова, который учился jraM. При
этом я застал такую картину: двое из слушателей медресе
прорабатывали свои уроки на террасе мечети, причем один
из них громко читал Коран, а другой упражнялся в произно-
шении таких звуков арабского алфавита, как «айн», «сот»,
«зот» и т. п. Пройдя мимо террасы, мы очутились в одной из
худжр, где застали еще двух слушателей,^ прорабатывавших
«Мулла Джалял». Вскоре появился третий слушатель, и за
традиционным кок-чаем завязалась оживленная беседа, меня
интересовало медресе, а моих собеседников русская, осо-
бенно русско-туземная, школа. Надо сказать, что слушатели
медресе довольно почтительно относились к нам, учащимся

76
русско-туземных школ, считая нас людьми «по-европейски
образованными».

Постепенно, в процессе беседы выявлялись силы и слабо-
сти обеих сторон: мои собеседники выражались очень вы-
сокопарно, вычурным языком, так, что отдельные слова для
меня совершенно были непонятны. Зато они сами оказыва-
лись элементарно неграмотными в области географии, при-
родоведения и других наук.

Мои собеседники оказались искусными полемистами в
своей области — богословии. Но полемика базировалась не
на логике, а на Коране и шариате, то есть основывалась на
слепой вере. Следующий диалог может дать некоторое пред-
ставление о сказанном.

Скажите, пожалуйста,— спросил я,— кто платит за за-
нимаемую вами худжру: вы сами или медресе?

Худжра принадлежит вакуфу. Поэтому нельзя платить
за нее, однако нам приходится платить.

— Почему нельзя платить?

— Это было бы против шариата.

Непонятно: шариат запрещает, а вы все-таки платите.
Значит, вы сознательно идете против шариата?

Да что вы, боже упаси, мы ничего не совершали про-
тив шариата!

Ведь вы же сами сказали: по шариату, платить нельзя,
но вам приходится платить!

Вы не поняли нас! Деньги мы платим не за худжру а
за имущество, находящееся в ней.

— И все-таки непонятно!

— Дело в том, что в этой худжре до нас жил один слуша-
тель медресе. При передаче нам худжры мы заплатили ему
Ь5 рублей. Но это не за худжру, а за оставленное нашим
предшественником имущество.

— Интересно, из чего состоит это имущество?

— Вот оно, — собеседник показал казан (котел) и блюдо.

— И это все имущество, за которое вы заплатили 65 руб-
лей?

Да, все, а остальное, что вы видите здесь, мы купили
на базаре.

Скажите, пожалуйста, сколько, примерно, стоит казан
и блюдо?

— Рубля три.

— Значит, за вещи стоимостью в три рубля вам пришлось
платить 65 рублей?

77
— Да, 65 рублей.

— В таком случае выходит, что 62 рубля вам пришлось

платить за худжру, не так ли?

— Нет, нет! Так нельзя сказать, это против шариата!

— Почему же?

— Да потому, что худжра принадлежит вакуфу, поэтому,
по шариату, платить за нее нельзя!

__ Но ведь стоимость котла и блюда, как вы сказали, три

рубля, а вы заплатили 65 рублей, отсюда ясно, что на долю
самой худжры остается 62 рубля.

— Нет, стоимость имущества, то есть котла и блюда, по
обоюдному согласию была оценена в 65 рублей.

— Вы же получили от него худжру! „

— Худжру мы получили от него бесплатно, а 65 рублей

платили за казан и блюдо.

— Тогда выходит, что за имущество, состоящее из казана
и блюда стоимостью в три рубля, вам пришлось платить
65 рублей. Верно?

— Верно, 65 рублей.

Таким образом, в данном случае сущность уловки ша-
риата заключается в том, что формально 65 рублей упла-
чено не за худжру, продажа которой запрещена, а за иму-
щество, в ней находившееся. По этой религиозной логике,
например, если надо было платить за худжру, скажем,
100 рублей, то казан и блюдо, находящиеся в ней, оценили
бы в 100 рублей.

— В таком случае, — заметил я, продолжая нашу беседу
и улыбаясь,—столь высоко оцененный казан должен быть
священным, а приготовленный в нем плов — особенным.

__ Да! Бог даст, в следующий раз, когда вы удостоите нас

своим посещением, убедитесь в этом!

— А если бог не даст, не захочет?

— Ой, так не говорите, только иблис1 лишен надежды.

— Кстати говоря, — заметил я, улыбаясь, — иблису нечего
делать здесь!

— Конечно, там, где происходит служение богу, иблису
нечего делать!

Вообще, умение в соответствующих случаях цитировать
и толковать отдельные фрагменты Корана считалось призна-
ком хорошего тона. Однако слушатели медресе сами не ве-
рили в то, что утверждали, а религия постепенно превраща-

1 Иблис — сатана.

78
лась в формальный кодекс внешних приличий. С этой точки
зрения характерен следующий случай, имевший место в
жизни медресе. Учащиеся часто цитировали известное рели-
гиозное изречение о том, что «бог всемогущ, он умерщвляет
и оживляет — это истинная правда». И вот однажды один из
слушателей медресе истратился так, что у него ничего не
осталось: ни провизии, ни денег на пропитание. Проголодав-
шись, он поймал горлинку и приготовил из нее суп. Так как
хлеба у него не было, то, накрыв котел крышкой, он пошел
искать лепешку. В это время по какому-то делу в худжру за-
шел его друг. Обнаружив в котле суп из горлинки, недолго
думая, он съел его. Затем, очистив котел, он спрятал в него
живую горлинку, закрыл его крышкой, а сам ушел.

Вернулся хозяин супа. Когда он подошел к котлу и под-
нял крышку, оттуда выпорхнула горлинка. Будущий бого-
слов, пораженный случившимся, воскликнул: «О, конечно,
аллах всемогущ! Он умерщвляет и оживляет, это истинная
правда. Но не до такой же степени!»

После Октябрьской революции, в бытность мою препода-
вателем в Фергане, я подружился с замечательным русским
педагогом-математиком, заведующим русской школой второй
ступени А. В. Яхонтовым. Он рассказал мне об одном ха-
рактерном факте, происшедшем незадолго до Октябрьской
революции. Однажды, ознакомившись с положением в мед-
ресе соседнего с Ферганой города Маргилана, Яхонтов на-
писал губернатору области Гиппиусу о вопиющем состоянии
дел. Губернатор вызвал Яхонтова, прочел ему строгую нота-
цию и сказал: «Так и должно быть, потому что это соответ-
ствует политике его императорского величества».

Как во всякой другой области, реакционная политика
царского правительства в области народного образования
была довольно последовательной. Согласно этой политике,
старая магометанская школа должна быть предоставлена себе,
что соответствовало стремлению царизма сохранять фео-
дальные и патриархальные пережитки в крае, держать тру-
дящиеся массы в темноте и невежестве.

Прогрессивные люди Туркестана все более убеждались
в том, что без знания русского языка невозможно ознако-
миться с передовой культурой русского народа. Местная об-
щественность настойчиво ставила вопрос о введении рус-
ского языка даже в таком консервативном, схоластически-
религиозном учреждении, как медресе, о чем свидетельствует
дореволюционная печать Туркестана. Например, «наше

79

I
общество,-писали жители Кувы,-с нетерпением ожидает
результата своего ходатайства об открытии при местном ме-
дресе классов русского языка. Источником для покрытия рас-
ходов на этот предмет должны быть доходы с вакуфов той
мечети, при которой находится медресе. До настоящего вре-
мени имуществом этим пользовались мутавалли и, конечно,
менее всего заботились о каких-либо других целях, кроме
собственного кармана, за счет доверия к их благочестивому

красноречию»1. „ _

Неотразимое влияние передовой русской культуры было
настолько велико, что даже сами учащиеся медресе настой-
чиво ставили перед начальством вопрос о введении русского
языка в программу. Например, 27 ноября 1904 года на засе-
дании Ташкентского отделения Общества востоковедения
был рассмотрен вопрос «о новой попытке введения русскою
языка в медресе»2. Речь шла о ходатайстве учащихся двух
медресе в Ташкенте.

Однако царская администрация края, верная своей поли-
тике «народного затемнения», всячески тормозила стремле-
ние местного населения овладевать передовой русской куль-
турой, а медресе продолжали существовать в своих обветша-
лых, застывших формах.

ЗА СЧЕТ СНА

С переходом в последний,
четвертый класс русско-туземной школы у меня появилась
забота о дальнейшем продолжении учебы. Но, увы. Задача
эта оказалась весьма сложной, даже неразрешимой.

Дело в том, что русско-туземная школа, как указывалось,
готовила главным образом переводчиков. Поэтому она ока-
залась своего рода «аппендиксом», другими словами, после
ее окончания для продолжения учебы не существовало сле-
дующей ступени.

Общественность не раз поднимала вопрос об открытии
такого учебного заведения, куда могли бы поступать окончив-

1 Письмо в редакцию из Кувы (Маргиланский уезд). «Русский Тур-

КРГТЯНЛ 1900 № Я

2 Протокол № 23 Ташкентского отделения Общества востоковедения
от 27 ноября 1904 года.

80
Фрагмент стиха моего
отца.

Таким я был в
1915 году.
ПОЧТОВАЯ КАРТОЧКА

шт.

Ktpm

шя . р* — — ■ | ^ мг^ л A#—

КУрв% vrwrfifii.

ҚЦ*»

«•?*«

CJUB Тааш.КАРП-НЕЯЭОВУ

J62*StS22M3kttS

ф-

г «СИРВЕДЕРЪ

Drmp»r*4x, 26 Января /9/5»

М.Г .

V

ОТЛИЧИ
в

Ваши otbVbm при

одиоврвмвмн о

npoBtpKi оквзал
о» сив» Ввв»

совврт.по ит•

ис

Ответ заочных курсов на мою контрольную работу.
Почтовая открытка (обе стороны), 1915 год.
шие русско-туземные школы для продолжения своего обра-
зования. Оказывается, этот вопрос в свое время дошел даже
до туркестанского генерал-губернатора, о чем мне довелось
узнать позже, в советское время. Как это видно из протокола
Ташкентского отделения Общества востоковедения, на его
заседании от 27 ноября 1904 года был обсужден этот вопрос.
При этом на заявление одного из членов правления Обще-
ства о том, что «в настоящее время имеется уже много тузем-
ных мальчиков, изучающих русский язык в туземных школах,
но не имеется ни одного учебного заведения, где бы они
могли продолжать свое образование» *, председательствую-
щий на данном заседании туркестанский генерал-губернатор
Н. Н. Тавяшев заметил, что «пока надо довольствоваться тем,
что сделано для образования детей туземцев»1 2.

Однако не только «образование детей туземцев», но во-
обще положение в области народного образования в крае
было весьма плачевным. Это видно хотя бы из того, что в
рассматриваемом 1915 году на народное образование всего
Туркестанского края царским правительством было ассигно-
вано 1 084 082 рубля, что составило лишь 2,4 процента общего
бюджета края. Другими словами, в среднем на одного чело-
века тратилось на образование лишь 22 копейки в год, что со-
ответствовало, по меткому выражению В. И. Ленина, «поли-
тике народного затемнения».

Для меня вопрос еще осложнялся тем, что я был лишен
материальной возможности учиться. Вследствие частых бо-
лезней и преклонного возраста моего отца приходилось ду-
мать о будущем матери и бабушки. Жизнь сложилась так,
что, находясь в последнем классе русско-туземной школы,
я одновременно работал. Эта работа заключалась в том, что
в свободное время я посещал различные учреждения (глав-
ным образом казначейство), где для неграмотных и не вла-
девших русским языком посетителей заполнял различные
бланки. Это давало возможность зарабатывать на прожиточ-
ный минимум.

Однако стремление к знанию было неудержимо. К сча-
стью, мне стало известно о существовании заочных общеоб-
разовательных курсов при издательстве «Круг самообразо-
вания» в Петербурге. Недолго думая, я послал на эти курсы

1 Протокол № 13 Ташкентского отделения Общества востоковедения
от 27 ноября 1904 года.

2 Там же.

6

Т. Н. Кары-Нияюв

81
заявление и скоро стал заочником системы самообразования
по циклу естествознания. Днем учился в последнем классе
русско-туземной школы, в свободное от учебы время зани-
мался упомянутым заполнением бланков в учреждениях,
а ночью, разумеется, за счет сна, прорабатывал задания по
заочному курсу самообразования.

Конечно, нелегко было заниматься самостоятельно, осо-
бенно первое время. Ведь никаких консультаций, как это
практикуется теперь, или периодических очных занятий не
было. Преодолевать трудности удавалось только упорным
трудом, настойчивостью. Порою приходилось каждое пред-
ложение внимательно читать по нескольку раз, чтобы понять
смысл прочитанного. Вскоре в результате систематических
занятий у меня выработалась методика самообразования и я
стал успешно двигаться вперед. В моем архиве сохранилась
первая открытка, полученная мною от издательства курсов
«Круг самообразования», в которой дана оценка моим отве-
там на вопросы, относящиеся к первым урокам.

Во всем Скобелеве я был единственным заочником, так
как эта система еще не была популярной. Поэтому среди уз-
беков, которые никогда не слышали о подобной системе,
распространился слух о том, что «сын Кары учится по почте».
Немало было и таких людей, которые никак не могли пред-
ставить себе подобную систему заочного самообразования:
как так, рассуждали они, живя в Скобелеве, можно учиться
в Петербурге!

ВОПРОС ИМАМУ

По всей вероятности, это
было в 1914 году, когда мой лексикон впервые обогатился
новым значением узбекского слова «синди», которое бук-
вально означало «сломалось». Однажды во время беседы с
нашим соседом Любичанковским мой отец употребил это
слово применительно к человеку. Сосед долго не понимал
этого. Мне пришлось, выслушав объяснение отца, вмешаться
в разговор в роли переводчика-комментатора.

Оказалось, что узбекское слово «синди» кроме своего
прямого значения еще означало банкротство среди купцов,
то есть неспособность должника платить по своим обязатель-
ствам из-за отсутствия средств. В этом нет ничего удивитель-
ного. Это неизбежное следствие капиталистической системы

82
хозяйства с ее анархией производства. Во время экономиче-
ских кризисов банкротство капиталистов приобретает мас-
совый характер. И действительно, вскоре слово «синди» все
чаще и чаще стало слышаться среди широких масс трудя-
щихся в указанном смысле. Банкротство купцов стало обыч-
ным явлением.

Несколько лет тому назад, в целях изучения этого явле-
ния в условиях тогдашней Ферганы, мне пришлось полистать
подшивку газеты «Ферганские областные ведомости» за ука-
занный год. Результаты моих поисков оказались небезуспеш-
ными. В номере от 23 июня 1914 года эта газета писала о том,
что «Фергана в настоящее время переживает тот момент,
когда начинает здесь обосновываться полная монополизация
края отдельными капиталистами. Так, например, «Вадьяевы»,
«Андреевское товарищество», Потеляхов и другие многомил-
лионные фирмы, опираясь на свой громадный складочный ка-
питал, а также на широкий многомиллионный кредит в бан-
ках, настолько широко раскинули свои хорошо организован-
ные операции, что рынок им стал тесен, поэтому мелкие
капиталисты в настоящее время не в силах бороться с хо-
рошо и широко поставленной организацией монополистов —
они лопаются».

Да, они «лопались» в результате капиталистической кон-
куренции, а трудящиеся массы голодали.

Среди купцов нередко практиковалось злонамеренное
банкротство с целью легкой наживы. В таких случаях обычно
должник каким-нибудь образом скрывал большую часть сво-
его состояния, а оставшаяся часть по решению суда распре-
делялась между кредиторами пропорционально размерам
долгов. В результате он наживал крупную сумму и через не-
которое время его фирма опять появлялась на горизонте, но
под другим названием.

Вскоре кризис усугубился тем, что началась первая миро-
вая империалистическая война. Изо дня в день росло недо-
вольство трудящихся масс. Реакционное духовенство пыта-
лось объяснить создавшееся положение «божьим гневом».

Для этой цели оно использовало солнечное затмение, ко-
торое было в том же году 21 августа.

На другой день после затмения, проходя мимо мечети, я
обратил внимание на большое скопление людей. Оказалось,
что после молитвы имам мечети произносил проповедь. Опи-
раясь на длинный посох, он стоял на крыльце.

83
— Каждому из вас, — говорил имам, — хорошо известно
всемогущество бога и его безграничная воля. Все на этом
преходящем свете свершается по его воле. Богу угодно,
чтобы вы выполняли все его предписания, как это сказано в
священном Коране. Несоблюдение божьей воли вызывает
его гнев, порою страшное кровопролитие, неисчислимые
бедствия. Наглядными поучительными примерами являются,
во-первых, недавно начавшаяся война, во-вторых, то, что
вчера случилось с солнцем...

Проповедь кончилась, люди разошлись. Имам, после
«трудов праведных», видимо, решил отдохнуть. Спустив-
шись с крыльца мечети, он направился к скамейке, которая
стояла недалеко под деревом, где и сел, опираясь на свой
посох.

Я подошел к имаму и поклонился:

— Ассалом — алейкум!

— Ваалейкум — ассалом! — ответил имам, внимательно
осматривая меня с головы до ног.

— Я только что слушал вашу проповедь,— начал я,— и у
меня возник один вопрос...

Я не успел еще кончить, как имам перебил меня:

— О, это очень похвально, молодой человек. Скажите,
что это за вопрос, который возник у вас?

— Вы сказали, что все совершается по воле бога. Это
верно, таксыр?

— Верно!

— Значит, если правильно я вас понял, и преступление,
которое совершает человек, и последующее за это наказа-
ние совершается также по воле бога. Верно я говорю, так-
сыр?

— Баракалла!1 Все, все совершается по воле аллаха!

— Тогда, таксыр, непонятно, почему богу надо сначала
заставить человека совершить преступление, а потом его же
наказать за это?

— Такова его воля! — твердил имам.

— Все-таки непонятно, таксыр.

— Что же тут непонятного? Сказано яснее ясного: по
воле аллаха! Или вы сомневаетесь в этом?

Тон последних слов имама резко отличался от первых.
Он стал мрачным. Наконец он воскликнул:

— Как же после этого не разгневаться аллаху!

1 Баракалла — молодец, молодчина.

84
С этими словами имам демонстративно встал, а мне оста-
валось повернуться и удалиться.

Этот инцидент с имамом быстро распространился по го-
роду, особенно среди верующих, некоторые из них стали
смотреть на меня косо. На другой же день после случивше-
гося Г. В. Андреев спросил меня:

— Что ты сделал вчера в мечети?

Я ему подробно рассказал все то, что произошло между
мною и имамом. Выслушав меня внимательно, он улыбнулся,
а потом сказал:

— Вообще, нет смысла спорить с такими людьми. Это со-
вершенно бесполезно. Держи себя подальше от них.

«НЕ ТОТ ЛИ ЭТО
УЧЕНИК?..»

О начале 1915 года я окончил
русско-туземную школу. Со мною вместе окончили школу
еще четыре или пять человек. Состоялась торжественная це-
ремония выпуска, на которой присутствовали преподаватели
школы, инспектор Егоров, отцы окончивших школу, некото-
рые преподаватели соседних русских школ, а также город-
ские деятели просвещения.

Стоял яркий, солнечный день. Все преподаватели были в
белых кителях с темно-синими петлицами, а отцы окончив-
ших школу — в халатах и белых чалмах.

За огромным письменным столом, покрытым зеленым
сукном, сидели Егоров, Андреев и Садриддинходжаев. На
столе стоял большой географический глобус, лежали
письменные работы окончивших, книги, а на стене висели
географические карты.

Г. В. Андреев огласил список оканчивающих школу. На-
чался экзамен. Первым был вызван я:

— Ну-ка, Ташмат,—обратился ко мне Андреев,—прочти
нам басню Крылова «Ворона и лисица»!

Я хорошо знал эту басню наизусть, так как еще до экза-
мена при распределении темы между оканчивающими она
выпала на мою долю. Поэтому я начал уверенно декламиро-
вать:

85
Уж сколько раз твердили миру,

Что лесть гнусна, вредна;

Но только все не впрок,

И в сердце льстец всегда отыщет уголок...

Басня была прочитана. Вдруг инспектор, сняв свои очки,
стал присматриваться ко мне. Было видно, что он пытается
что-то вспомнить. Наконец, наклонившись к Андрееву, инс-
пектор что-то спросил его шепотом.

— Так точно, ваше высокоблагородие, он самый,—тихо
ответил Андреев.

По лицу инспектора пробежала еле уловимая ирониче-
ская улыбка. И вдруг пристально глядя в мои глаза, он стал
постукивать карандашом по столу. Было видно по всему, он
готовился задать мне вопрос.

— Будут ли какие-нибудь вопросы, господа? — обратился
Андреев к присутствующим.

— Скажи, Ташмат,— обратился ко мне инспектор, — ка-
кие самые большие реки в Туркестане, откуда берут свое
начало и куда впадают?

— Их две,—ответил я,—Сыр-Дарья и Аму-Дарья. Пер-
вая берет начало в Нарыне, а вторая — на Малом Памире.
Обе впадают в Аральское море.

Продолжая постукивать карандашом, инспектор вновь
обратился ко мне:

— Можешь ты все это показать на карте?

— Могу.

— А ну-ка, покажи!

Я подошел к висевшей на стене карте Туркестана,
показал реки, их начало и Аральское море, куда они впа-
дают.

— А какая длина Сыр-Дарьи? — не унимался инспектор.

— 2370 верст с Нарыном.

— Ты не ошибся?

— Нет!

— А как проверить?

— Можно по масштабу.

— Каким образом?

Я вынул из кармана карандаш и, приложив его к мас-
штабу карты, сделал на нем отметку ногтем, а затем начал
откладывать отрезки по длине Сыр-Дарьи, но инспектор
остановил меня взмахом руки:

— Ладно, хватит,—буркнул он.

86
— Нет других вопросов? — обратился Андреев к присут-
ствующим.

— Хватит, — сказал кто-то.

После меня один за другим вызывались и остальные вы-
пускники. Наконец, экзамены кончились. Особо отличив-
шимся были вручены награды. На мою долю выпали похваль-
ный лист и географический атлас с автографом Г. В. Анд-
реева.

После экзамена, когда все разошлись, Андреев вызвал
меня к себе и сказал, улыбаясь:

— Должно быть, ты понял, почему инспектор оказал тебе
такое внимание?

— Конечно, наверное, он вспомнил случай с гимном,—
сказал я, тоже улыбаясь.

— Верно,—заметил Андреев,—если ты обратил внима-
ние, во время экзамена он пристально стал смотреть на тебя,
а потом шепотом обратился ко мне с вопросом.

— Да, на это я обратил внимание и боялся, как бы чего
не вышло.

— Тогда он спросил меня, не тот ли это ученик, который
в свое время путал слова гимна, и я, конечно, сказал, что это
ты. Я думал, что он провалит тебя. Однако ты хорошо отве-
тил, и все кончилось благополучно.

ЧТО ГОТОВИТ
ДЕНЬ ГРЯДУЩИЙ?

Итак, курс русско-туземной
школы окончен — четырехлетняя учеба, сопровождавшаяся
мечтой молодости о будущем, завершена. Для меня, разу-
меется, это было радостным событием. Но увы! Вскоре ра-
дость сменилась горечью. Мне уже было 18 лет. Это та пора
жизни, когда надо серьезно подумать о «линии жизни». Од-
нако определенной перспективы я не видел. Жизнь сложи-
лась так, что мое неизменное стремление к духовной пище
сопровождалось сложной борьбой за существование.

Как говорилось выше, возможности для дальнейшего
продолжения учебы у меня не было. Надо было обязательно
работать. Я рассчитывал поступить куда-нибудь переводчи-
ком, но свободного места не оказалось. Об устройстве на ка-
кую-нибудь другую должность в казенных учреждениях и

87
мечтать не приходилось, ибо такая возможность была исклю-
чена в силу колониальной политики царизма. Можно бы по-
ступить на работу в качестве продавца или «приказчика» к
какому-либо купцу, но такая работа не только не привлекала
меня, но я питал к ней неприязнь. Приходилось жить на слу-
чайные заработки в ожидании того, что готовит день гря-
дущий.

Чтобы понять всю тяжесть такого положения, надо пере-
жить его, ибо невозможно передать словами состояние мо-
лодого человека, начинающего кое-что понимать, мыслить и
рассуждать. В самом деле, ты возмужал, полон сил, энергии,
но в тоже время лишен возможности проявить свои способ-
ности!

Наконец, в 1916 году мне удалось устроиться на работу к
мировому судье переводчиком. Но «счастье» длилось недоли-
то — не прошло и двух месяцев, как я был уволен. Причиной
увольнения послужил следующий случай.

На суде разбиралось исковое заявление: одним подряд-
чиком был предъявлен иск дехканину на основе нескольких
расписок, в которых имелись оттиски большого пальца
должника (так как он был неграмотный). Но ответчик оспа-
ривал сумму долгов по распискам. На вопросы суда он давал
ответы не по существу дела. Он говорил, например, что в
жизни никогда не врал и не крал, что у него семья, дети.
А истец, напротив, был опытный, искушенный в судебных
делах.

Мне было искренне жаль старика, который производил
впечатление честного человека, и во время разбора дела у
меня невольно вырвалось:

— Отец, был ли кто-нибудь при выдаче вами расписок?

— Как же,— воскликнул старик, — последний раз был
мой сосед!

В дело вмешался истец:

— Какое вам до этого дело, это дело судьи, — заметил он.

Судья, который в это время что-то записывал, поднял го-
лову и спросил меня, нахмурив брови:

— О чем вы говорите?

Я объяснил, в чем дело.

— Это мое дело, а твое — переводить и только! — сухо и
резко заметил судья.

— Старик производит впечатление честного человека,
пытался я убедить судью.

— О честности судят не по впечатлениям,— сердито воз-

88
разил судья, — а на основании документов и веских аргу-
ментов!

В тот же день я был уволен с работы.

Опять пришлось жить на случайные заработки. Я начал
увлекаться юриспруденцией. Наш сосед, юрист Любичан-
ковский, кроме периодической, выписывал много и другой,
особенно юридической литературы, и я читал эту литера-
туру. Меня особенно интересовали речи русских юристов.
Глубокое и всестороннее исследование явления, убедитель-
ная и целенаправленная аргументация, эрудиция и красноре-
чие, основанное на железной логике, — вот что привлекало
меня в этой области.

НИ В ПУНКТЕ А,

НИ В ПУНКТЕ Б

Однажды я застал соседа Лю-
бичанковского медленно ходившим около своего дома. Оче-
видно, он о чем-нибудь думал.

— Извините, — сказал я ему, — кажется, я помешал вам,—
и хотел было вернуться назад, но он приостановил меня.

— Ничего, садитесь, — сказал сосед и, продолжая ша-
гать, добавил, — в последнее время шел большой разговор об
открытии высшей школы в крае, к сожалению, вопреки об-
щественному мнению, вопрос решен отрицательно.

— Почему? — спросил я.

— Да очень просто, — ответил он, — начальство не разре-
шило.

Тогда я, быть может, в силу своей молодости не углуб-
лялся в существо затронутого вопроса. Но вот в сороковых
годах в процессе работы над одной темой, обнаружив посвя-
щенные этой проблеме документы, обстоятельно ознако-
мился с ними.

В 1916 году вопрос о необходимости открытия в Таш-
кенте высшего учебного заведения широко освещался в мест-
ной печати. Под давлением общественности Ташкентская го-
родская дума была вынуждена обратиться в местные научные
общества с просьбой высказать свои соображения по этому
вопросу. Вскоре все запрошенные общества дружно выска-
зались за создание такого учебного заведения. «Пушкинское
общество» заявило, например, что оно, «как просветитель-
ное, ближе всего чувствует потребность общего просвещения

89
края и потому существование высшего учебного и ученого
учреждения в крае считает необходимым залогом его раз-
вития и процветания: только тогда, когда таковое будет, в нем
начнется постоянное и всестороннее его изучение»1.

Примерно в том же духе дало ответ и Туркестанское об-
щество сельского хозяйства. По вопросу о типе высшего
учебного заведения это общество высказывалось за жела-
тельность открытия высшего учебного заведения по типу
университета — как научного центра, вокруг которого в бу-
дущем могут возникнуть учреждения научно-прикладного
характера.

Туркестанский отдел Русского географического обще-
ства, обсудив рассматриваемый вопрос на заседании правле-
ния Общества, также принял положительное решение. При-
веду выдержку из доклада члена Общества на этом заседа-
нии: «Исходя из формулы «сила в знании»,— говорил

докладчик, — каждый раз, лишь только является возможность
зажечь новый светоч, построить новый храм науки в преде-
лах нашей обширной родины, Общество неизменно должно
прилагать все свои силы, чтобы раздуть неожиданно затлев-
шую искру, чтобы приумножить неожиданно появившийся
материал. И даже споры о том, строить ли храм науки в
пункте А или лучше его построить в пункте Б, должно зате-
вать с крайней осторожностью, неизменно помня, что в ре-
зультате таких споров может явиться то, что новое высшее
учебное заведение не будет открыто ни в А, ни в Б»2.

Докладчик опасался не зря. Вот как был решен вопрос о
создании высшего учебного заведения в Ташкенте. Главный
инспектор училищ Туркестанского края писал: «Если рас-
сматривать вопрос в зависимости от того, насколько нуж-
дается в данный момент Туркестанский край в учреждении
высшего учебного заведения (будет ли это университет или
какое-либо специальное высшее учебное заведение — все
равно), то мне кажется, что для Туркестанского края, а в
частности для г. Ташкента, прежде всего необходимо откры-
тие достаточного количества средних учебных заведений,
низших начальных школ и профессиональных училищ. На-
глядным доказательством этого является масса детей, каж-
догодно остающихся за бортом школы». Исходя из этого,

1 «Известия Ташкентской городской думы», 1916, № 48.

2 «Известия Туркестанского отдела Русского географического обще-
ства», т. XIII, вып. I. Ташкент, 1916.

90
Начальство далб следующее заключение: «...Учреждение в
Туркестанском крае высшего учебного заведения было бы
преждевременным»'.

Однако давление общественности было настолько ве-
лико и необходимость открытия в крае высшего очага куль-
туры была настолько очевидной, что даже газета «Известия
Ташкентской городской думы» не согласилась с мнением на-
чальства. «Недостаточность среднего и низшего в крае обра-
зования,—писала газета, — должна, казалось бы, не исклю-
чать возможности учреждения в крае высшей школы, а лишь
усугублять заботы о расширении низших и средних школ»2.

Приведенные документы весьма характерны для царского
управления Туркестаном. Они свидетельствуют о следую-
щем: а) вопрос об открытии в крае высшего учебного заве-
дения был вполне своевременно поднят русской научной об-
щественностью; б) царская администрация края, как и всегда
верная своей реакционной колониальной политике, всячески
препятствовала положительному решению этого важнейшего
вопроса; в) «каждогодно» масса детей оставалась за бортом
школы. Так захирел и зачах росток общественной инициа-
тивы, и высшее учебное заведение в крае так и не было от-
крыто до Великой Октябрьской социалистической револю-
ции ни в пункте А, ни в пункте Б.

«МИР НАДО ЗАНОВО
СОЗДАТЬ -
ИНАЧЕ ЭТО АД»

П ередовые люди всегда вьп
ступали против старого мира — мира эксплуатации человека
человеком со всеми вытекающими отсюда его пороками.
В Средней Азии чувства и чаяния народа находили свое от-
ражение главным образом в поэзии. В ней мы находим самые
смелые, революционные мысли. Так, например, Хайям писал:

О небо, к подлецам щедра твоя рука:

Им — бани, мельницы и влага родника;

А кто душою чист, тому лишь корки хлеба?

Такое небо, тьфу, не стоит и плевка!

1 «Известия Ташкентской городской думы», 1916, № 48.

2 Там же.

91
Какая концентрация мысли в этих четырех строках, какое
безграничное презрение к старому миру!

А вот стихи другого крупнейшего поэта и мыслителя —
Хафиза:

Нет! Я считаю, что пора людей переродить,

Мир надо заново создать — иначе это ад!

Но вечны ль эти времена? Поверь, настанет час
И мир опомнится! И в рай преобразится ад!

И здесь поражает нас революционная смелость мысли-
теля. Первое высказывание относится к XII, а второе —
к XIV векам. Это тогда, когда фанатизм реакционного духо-
венства достигал своего апогея! По существу подобные
мысли, то есть вопрос о том, что «мир надо заново создать»,
ставился неоднократно. Однако весь вопрос заключается в
том, как его создать. И только основоположниками мар-
ксизма впервые в истории человечества был дан научно обо-
снованный ответ на этот вопрос вопросов, волновавший свет-
лые умы человечества.

Любичанковский любил напевать:

Заяц нас топчет, и буря нас бьет...

Где же наш пахарь? Чего еще ждет?

Тогда я не только не знал, откуда это, но и не понимал
глубокого значения этих строк. Однажды, набравшись сме-
лости, я спросил Любичанковского, что это означает. В от-
вет он достал с книжной полки какую-то книгу, нашел нуж-
ную страницу, а потом начал читать с глубоким чувством:

Поздняя осень. Грачи улетели,

Лес обнажился, поля опустели,

Только не сжата полоска одна...

Грустную думу наводит она.

Кажется, шепчут колосья друг другу:

«Скучно нам слушать осеннюю вьюгу,

Скучно склоняться до самой земли,

Тучные зерна купая в пыли!

Нас, что ни ночь, разоряют станицы,

Всякой пролетной прожорливой птицы.

Заяц нас топчет, и буря нас бьет...

Где же наги пахарь? Чего еще ждет?»

92
Закончив чтение, Любичанковский сказал:

— Это замечательная вещь! Я ее очень люблю. Она на-
писана Н. А. Некрасовым, называется «Несжатая полоса».

После этого он довольно обстоятельно прокомментиро-
вал ее.

Несколько позже, в связи с революционным движением
в центре и восстанием 1916 года в Туркестане, Любичанков-
ский с радостью восклицал:

— Пора, пора!

Первая мировая империалистическая война привела
страну к хозяйственной разрухе; остановились фабрики, за-
воды; вследствие недостатка рабочей силы резко сократилась
посевная площадь.

Свирепствовал голод. На улицах Ферганы лежали опух-
шие, умершие от голода. Об этом в 1916 году поэт Завки в
своем стихотворении писал:

Голод бродит по нашей Фергане,

Не найти куска хлеба в этой развалине.

Некому хоронить от голода умерших.

Положение такое, что не до умерших!

А купцы, пользуясь обстановкой военного времени, на-
живали крупные прибыли; богачи вели разгульную жизнь.
Все это вызывало гнев и возмущение трудящихся масс. Изо
дня в день переполнялась чаша народного терпения.

КАК БЫЛО,

ТАК И ОСТАЛОСЬ

Эхо революционных собы-
тий, происходивших в Петрограде и Москве, быстро прока-
тилось по всей России, в том числе и по Туркестанскому
краю. В нашей чайхане, являвшейся своего рода живой газе-
той, с жадностью обсуждали известия о февральском пере-
вороте, о низвержении самодержавия. В центре внимания
группы рабочих завода Потеляхова был приказ туркестан-
ского генерал-губернатора Куропаткина от 8 марта 1917 года,
в котором им было предписано всем чиновникам царских уч-
реждений края оставаться на занимаемых ими должностях.

На чей-то вопрос: «Что же теперь будет?» — кто-то отве-
тил:

93
— Это значит, что в крае будут по-прежнему орудовать
те же губернаторы, те же уездные начальники, те же волост-
ные управители, те же приставы, те же полицейские.

— Как же так?

— Вот так!

— Не понимаю!

— Напрасно, понимать надо!

Обсуждение приказа шло довольно бурно, с возмуще-
нием говорили все, за исключением пожилого рабочего-уз-
бека, который, поглаживая бороду, молча внимательно слу-
шал, на что я невольно обратил внимание.

— А как вы смотрите на эти дела, ата? — спросил я его.

— Э-э, разговоров очень много,—ответил тот,—один го-
ворит так, другой эдак. Но если хорошенько подумать, то
получается, как в поговорке: «Как было, так и осталось».

— Совершенно правильно! — воскликнули хором осталь-
ные рабочие.

Ответ простого рабочего, выразившего в основном истин-
ное положение вещей, так врезался в мою память, что порою,
когда мне вспоминается названный выше приказ, перед
моими глазами встает образ этого рабочего.

Однако борьба продолжалась. По примеру Ташкента и в
остальных городах Туркестана под руководством большеви-
ков образовались Советы рабочих и солдатских депутатов,
несколько позднее — Советы крестьянских депутатов. Воз-
никли также Советы мусульманских рабочих депутатов,
союзы трудящихся мусульман. 31 марта 1917 года было упра-
зднено туркестанское генерал-губернаторство.

Но буржуазно-помещичьи круги Туркестана, как и во
всей России, создавали собственные органы управления с
целью захватить власть в свои руки. Был учрежден Ташкент-
ский исполнительный комитет. Подобного рода исполнитель-
ные комитеты образовались и в других городах края. 7 ап-
реля 1917 года был создан Туркестанский комитет Времен-
ного правительства, который поставил в областях и уездах
своих комиссаров. Этот комитет — орган буржуазной вла-
сти — принимал все меры к сохранению в крае старой госу-
дарственной машины, а его органы на местах стремились осу-
ществить политику Временного правительства. Таким обра-
зом, в Туркестане, как и во всей стране, установилось
двоевластие: власть Советов — органов революционно-демо-
кратической диктатуры рабочих и крестьян и власть органов
буржуазно-помещичьего Временного правительства.

94
Понятно, что свержение царизма и появление у власти
империалистической буржуазии не уничтожило националь-
ного гнета. Национальная буржуазия, вступившая в блок с
захватившей власть русской буржуазией, стремилась исполь-
зовать в своих интересах подъем национально-освободитель-
ного настроения трудящихся. С этой целью она создала сеть
организаций местных буржуазных националистов «Шуро
и Исломия» и реакционного духовенства — «Улема».

В Фергане была создана «Шуро и Исломия», в состав
которой входили такие крупнейшие богачи, как Миродил-
бай, Олимбай, Шохайдарбай, а также мударрис (преподава-
тель) медресе Мажидчан, считавшийся блюстителем ислама.
Они проводили митинги, которые, как правило, проходили
под флагом панисламизма и пантюркизма. Впоследствии Ми-
родилбай был одним из активных участников контрреволю-
ционной буржуазно-националистической организации «Ко-
кандская автономия».

Туркестанский комитет буржуазного Временного прави-
тельства, опираясь на меньшевиков, эсеров, а также на на-
ционалистические организации узбекской буржуазии, про-
должал проводить политику угнетения и закабаления тру-
дящихся масс. Как и при царизме, сохранялись старые аграр-
ные отношения: земля и вода оставались у баев, купцов и
бывших царских чиновников. В подавляющем большинстве
печать на местных языках находилась в руках буржуазных
националистов.

Антинародная идеология пантюркизма и панисламизма,
пропагандируемая буржуазными националистами, ставила
под угрозу само существование узбекской национальной
культуры. Защитить и развить далее эту культуру можно
было только при условии разрыва с империализмом, низвер-
жения «своей» национальной буржуазии и взятия власти тру-
дящимися. Для этого надо было перейти от первого этапа
революции, давшего власть буржуазии, ко второму ее этапу,
который должен был передать власть в руки пролетариата и
беднейших слоев крестьянства — подлинных создателей ма-
териальных и культурных ценностей.
СТРОИМ НОВУЮ жизнь

Нужно верить в свои собственные
силы.

В. И. Ленин

Воспитание не только должно раз-
вить разум человека и дать ему изве-
стный объем сведений, но должно
зажечь в нем жажду серьезного тру-
да, без которой жизнь его не может
быть ни достойною, ни счастливою.

К. Д. Ушинский

СВЕРШИЛОСЬ!

Ноябрь 1917 года. Над Фер-
ганой сияло чистое голубое небо. Город давно уже про-
снулся: караульщики подметали улицы, лавочники откры-
вали свои лавки, чайханщики возились у огромных самова-
ров, рабочие и служащие спешили на работу. И вдруг по го-
роду ураганом пронеслась весть: «Временное правительство
низложено, образовано Советское правительство во главе с
Лениным».

Люди вышли на улицы и вскоре непрерывным потоком с
красными знаменами направились к городской площади. Со-
стоялся грандиозный митинг. Произносились пламенные
речи. Выступал и я. Это было мое первое публичное выступ-
ление перед столь многолюдной аудиторией, и при том без
всякой подготовки. Я затрудняюсь передать содержание
моей речи, однако позволю себе лишь заметить, что она была
пламенной, свойственной моему юношескому возрасту (мне
тогда было 20 лет).

В мою память врезались слова из речи рабочего-узбека,
который, приводя народное изречение о том, что «истина пе-
регибается, но не ломается», сказал: «Она перегибалась в
период Февральской революции, а теперь выпрямилась».
Коротко, но ясно, по-рабочему.

Напряженная борьба большевиков за социалистическую
революцию завершилась победой. Под руководством Комму-
нистической партии рабочий класс в союзе с крестьянской

%
беднотой свергнул власть капиталистов и помещиков и уста-
новил диктатуру пролетариата. Социалистическая револю-
ция, начатая в центре, быстро распространилась по всей
стране.

Старый мир на одной шестой части нашей планеты был
побежден раз и навсегда! На его развалинах началось гран-
диозное строительство нового, светлого мира, со свойствен-
ной ему неисчерпаемой энергией, бодростью, дерзанием, мо-
гучей созидательной силой. Однако старый мир не мог мирить-
ся с постигшей его участью, хотя и находился в предсмерт-
ной агонии. Обращаясь к новому миру, он злобно шипел:

— Ты еще вспомнишь меня, и не раз, ведь некоторые мои
корни-то остались, они сидят слишком глубоко!

— Знаю,—спокойно отвечал новый мир,—это свойст-
венно паразитам. Зато я и являюсь тем, который призван
выкорчевывать их. Не успокоюсь до тех пор, пока не рас-
чищу почву от мерзости.

— И что же ты собираешься делать?

— Я приступаю,—ответил новый мир,—к строительству
новой жизни, о которой мечтали, ради которой не щадили и
своих сил и энергии лучшие люди земли! Я приступаю к
строительству новой жизни, где будут царствовать разум,
справедливость, свободный, созидательный труд; где все до-
стижения науки, техники и искусства будут достоянием
всех членов общества; где отношения людей будут базиро-
ваться на равных правах, взаимном уважении и искренней,
братской дружбе!

— Я этому не верю, это невозможно, — послышался голос
старого мира.

— Веришь или не веришь,—заметил новый мир,—хо-
чешь или не хочешь, однако сие от тебя не зависит: таков
неумолимый закон развития человеческого общества! Нет
в мире такой силы, которая могла бы повернуть вспять ко-
лесо истории!

«УСТРАИВАЙТЕ ВАШУ
НАЦИОНАЛЬНУЮ ЖИЗНЬ
СВОБОДНО

И БЕСПРЕПЯТСТВЕННО»

Великая Октябрьская социа-
листическая революция открыла широкий путь для всесто-
роннего экономического и культурного развития народов

7

Т. Н. Кары-Ниязов

97
России, уничтожила эксплуатацию человека человеком, ча-
стную собственность на средства производства в нашей
стране.

Марксизм-ленинизм учит, что основным условием форми-
рования и успешного развития социалистической культуры
является диктатура пролетариата, советская демократия.
Пролетариат использует завоеванную им политическую
власть для строительства социалистической экономики и
культуры. Предоставляя трудящимся все политические и
гражданские права и свободы, советская демократия создает
неограниченные возможности для развития инициативы и
творческой деятельности широчайших масс.

Меньшевики и другие противники революционного мар-
ксизма отрицали историческую роль диктатуры пролета-
риата в строительстве социалистической культуры. С их
точки зрения, рабочий класс сначала должен был в условиях
буржуазного общества достигнуть определенного уровня
культуры и лишь затем брать власть в свои руки и думать
о строительстве социализма. Разоблачая оппортунистов,
В. И. Ленин писал: «Если для создания социализма требуется
определенный уровень культуры... то почему нам нельзя на-
чать сначала с завоевания революционным путем предпосы-
лок для этого определенного уровня, а потом уже, на основе
рабоче-крестьянской власти и советского строя, двинуться
догонять другие народы»1. Опыт победоносного социалисти-
ческого строительства в СССР, в частности, в ранее отста-
лых районах царской России, в том числе и в Узбекистане,
блестяще подтвердил гениальное положение В. И. Ле-
нина.

2 (15) ноября 1917 года Советом Народных Комиссаров
была издана «Декларация прав народов России», в которой
провозглашались равенство и суверенность народов России;
право народов на свободное самоопределение, вплоть до от-
деления и образования самостоятельного государства; отмена
всех и всяких национальных и национально-религиозных
привилегий и ограничений; свободное развитие националь-
ных меньшинств и этнографических групп, населяющих тер-
риторию России. Этим историческим документом было устра-
нено национальное неравенство в нашей стране, следова-
тельно, положено начало практическому разрешению нацио-
нального вопроса.

1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 45, стр. 381.

98
Советское правительство обратилось к трудящимся Му-
сульманам Советской России с призывом. В нем говорилось:
«Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и
культурные учреждения объявляются свободными и непри-
косновенными. Устраивайте вашу национальную жизнь сво-
бодно и беспрепятственно. Вы имеете право на это. Знайте,
что ваши права, как и права всех народов России, охраняются
всей мощью революции и ее органов, Советом рабочих, сол-
датских и крестьянских депутатов»

Приведенные исторические документы сыграли важней-
шую роль в развитии экономической, политической и куль-
турной жизни народов России вообще, ранее отсталых — в
особенности.

В. И. Ленин не раз подчеркивал интернациональный ха-
рактер социалистической культуры. В то же время Владимир
Ильич указывал, что эта культура не безнациональна. Социа-
листическая культура принимает различные формы у раз-
личных народов в зависимости от их языка, национальных
особенностей, исторически сложившихся традиций, быта
и т. д.

Культура народов СССР, единая по своему социалистиче-
скому содержанию, многообразна по своей национальной
форме; каждая нация Советского Союза вносит свой вклад
в общее дело построения социалистической культуры.

Узбекский народ, как и все другие народы Советского
Союза, строит и развивает свою культуру, национальную по
форме, социалистическую по содержанию, используя все
лучшее из наследия прошлого. К такому наследию прежде
всего относятся элементы демократической и социалистиче-
ской культуры, которые, как писал В. И. Ленин, есть, хотя и
не развитые, в каждой национальной культуре: «...в каждой
нации есть трудящаяся и эксплуатируемая масса, условия
жизни которой неизбежно порождают идеологию демократи-
ческую и социалистическую. Но в каждой нации есть также
культура буржуазная (а в большинстве еще черносотенная
и клерикальная) — притом не в виде только «элементов», а
в виде господствующей культуры»1 2. Элементы демократиче-
ской и социалистической культуры, на которые указывал
В. И. Ленин, с ликвидацией старого базиса получили новое

1 «Политика Советской власти по национальным делам за три года».
М„ 1920, стр. 78.

2 В. И. Ленин. Полк. собр. соч., т. 24, стр. 120—121.

99
развитие и, как показала история социалистической куль-
туры в нашей стране, стали служить в новую эпоху передо-
вым силам общества.

Хотя в дореволюционном Туркестане и имелись социа-
листические и демократические элементы культуры, но они
в условиях царского режима не могли быть развиты. Эти
элементы получили полное развитие только в условиях дик-
татуры пролетариата, когда они перестали быть элементами,
а стали господствующей культурой, «...класс, который пред-
ставляет собой господствующую материальную силу обще-
ства, есть в то же время и его господствующая духовная
сила» *.

СОВЕТСКИЙ
ЭКСПЕРИМЕНТ
ИЛИ ЧУДО?

После Октября перед каж-
дым честным тружеником открылись неограниченные воз-
можности применения своих сил и способностей. Автору
этих строк выпало счастье принять посильное участие в
строительстве новой, социалистической культуры и науки
узбекского народа с первых дней установления Советской
власти.

Дело это оказалось чрезвычайно трудным, особенно вна-
чале, ввиду тяжелого наследия царизма — исторически сло-
жившейся экономической и культурной отсталости. Кроме
того, после первой мировой империалистической войны ца-
рила хозяйственная разруха, большинство фабрик и заводов
стояло, рудники и шахты были разрушены, продолжал сви-
репствовать голод. Трудности усугублялись еще и тем, что
зачинателям социалистического строительства приходилось
идти по совершенно новому, неизведанному пути.

В первые же дни после установления Советской власти,
9 ноября 1917 года, В. И. Ленин подписал декрет «Об учреж-
дении Государственной комиссии по просвещению». Во-
просы воспитания и образования рассматривались теперь в
их развитии в связи с изменением экономической и полити-
ческой структуры общества и классовой борьбы пролета-
риата.

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., изд. 2, т. 3, стр. 45.

100
Партия поставила грандиозную задачу: превратить школу,
находившуюся ранее в руках имущих классов, в орудие ком-
мунистического воспитания. Советской школе было пору-
чено воспитывать сознательных борцов против старого экс-
плуататорского общества, борцов за дело партии рабочего
класса, за коммунизм.

Для осуществления этой задачи в Туркестанском крае
потребовалось коренным образом перестраивать русские
школы. Конфессиональные же школы перестраивать не было
никакого смысла. Преподавателей мактабов, за редкими
исключениями, нельзя было использовать в советской школе,
во-первых, по идейно-политическим соображениям, а во-вто-
рых, потому, что многие из них были малограмотными: не-
которые могли только читать, а писать не умели совсем. Дело
организации школы осложнялось еще тем, что не было учеб-
ных пособий на узбекском языке.

В таких условиях создавалась первая узбекская советская
школа в Фергане. Для нее было использовано помещение
бывшей русско-туземной школы, упраздненной после Ок-
тябрьской революции. Самым сложным оказалось укомплек-
тование школы преподавателями. В числе первых преподава-
телей была единственная узбечка — Айшахан Уразаева, окон-
чившая незадолго до Октябрьской революции Ферганскую
женскую гимназию. Позже она стала моей женой.

Отец Айшахан был казахом по национальности, работал
переводчиком, а мать ее — узбечка из кишлака Ауваля под
Ферганой. Язык в семье был материнский. Еще во время
учебы в гимназии Айшахан лишилась своего отца, а мать
осталась с пятью детьми. В 1914 году по окончании гимна-
зии дочь не смогла устроиться на работу в Фергане. Ей при-
шлось уехать в Андижан. Здесь она стала учительницей рус-
ского класса в русско-туземной школе.

Узбечка без паранджи и притом в качестве педагога рус-
ского класса! В условиях фанатизма реакционного духовен-
ства царского Туркестана это было поистине подвигом, ибо
мы знаем немало зверств, учиненных фанатиками по отно-
шению к женщинам-узбечкам, снявшим паранджи в первые
годы после Октябрьской революции. Ведь тогда даже жен-
ские роли на сценах наших театров исполнялись мужчи-
нами!

В «Ученых записках Андижанского педагогического ин-
ститута» А. Ф. Ардаширов приводит описание экзамена в
андижанской русско-туземной школе, взятое им из статьи

101
Русского педагога Д. К. Назарова, опубликованной в
1914 году в «Туркестанских ведомостях»: «Впервые на экза-
менах андижанской школы присутствовала местная женщина
Айшахан Уразаева. Она, скромно одетая по-европейски, про-
изводила особенное впечатление на почтенных стариков...
В переполненном учениками и ассистентами классе царила
тишина, когда звучал голос пионерки, говорившей на чистом
русском языке, впервые экзаменующей своих соплеменни-
ков» '.

По-видимому, автор статьи не мог писать открыто в усло-
виях тех времен, кого он имел в виду под почтенными ста-
риками, поэтому сделал многоточие. Несомненно, это были
главным образом представители духовенства, в глазах кото-
рых происходившее считалось ересью, ибо перед ними стояла
узбечка без паранджи, одетая по-европейски, да еще говоря-
щая по-русски, на языке «кафиров», то есть «неверных».

Открытию советской школы в Фергане предшествовала
большая разъяснительная работа среди населения, и на тор-
жественное собрание, посвященное этому событию, пришло
много народу.

Мне запомнились два вопроса, которые были заданы
после моего небольшого доклада о целях и задачах открывае-
мой школы.

— Скажите, не противоречит ли обучение в этой школе
нашей, мусульманской религии? — спросил один из присут-
ствующих.

— Быть грамотным, — ответил я, — не противоречит ни од-
ной, в том числе и мусульманской, религии.

Далее я рассказал собравшимся о призыве Советского
правительства ко всем трудящимся мусульманам нашей
страны, в котором верования и обычаи, национальные и куль-
турные учреждения объявлялись свободными и неприкосно-
венными, трудящимся предоставлялось право устраивать на-
циональную жизнь свободно и беспрепятственно.

— А что будет с мактабами? — задали другой вопрос.

— Ответ на ваш вопрос вытекает из только что оглашен-
ного мною Обращения Советской власти к трудящимся му-
сульманам. Разумеется, никто не собирается закрывать мак-
табы. Но время покажет, которая из этих двух школ будет
более жизнеспособна.

1 «Ученые записки Андижанского государственного педагогического
института», т. VI, Андижан, 1957, стр. 126.

102
В первую советскую школу поступило тогда около 40 де-
тей.

Первые четыре месяца (конец 1917 и начало 1918 года)
школе пришлось работать зимою в исключительно тяжелых
условиях: занятия проходили в холодных, нетопленных
классах. Ученики сидели в ватниках. Окоченевшие пальцы
не держали карандаш.

В 1918 году в школу пришел преподавателем Хамза Ха-
ким-Заде Ниязи, ставший основоположником узбекской
советской литературы. Он приехал в Фергану из Коканда.
Коллектив школы при деятельном участии Хамзы еще шире
развернул разъяснительную, массово-политическую работу
среди населения города. В результате число учащихся в
школе стало расти изо дня в день.

В организации школы большую помощь оказали Уездно-
городской революционный комитет, а также русские педа-
гоги А. В. Яхонтов и А. П. Сутягин. Так, несмотря на все
трудности, закладывались основы новой советской узбекской
школы. Узбекские дети были освобождены от палок муллы,
от механической зубрежки «Хафтьяка» и сур (глав) Корана
на непонятном арабском языке. Из мрачной, беспросветной
обстановки они перенеслись в совершенно новый мир. Перед
ними открылся безграничный простор для проявления и раз-
вития их сил и способностей. Узбекский народ впервые в
своей истории начал обучать своих детей на родном языке,
и это имело огромное значение для развития узбекской на-
циональной культуры.

ЭКСПЕРИМЕНТ
ПРОДОЛЖАЛСЯ
С ОРУЖИЕМ В РУКАХ

.Детом 1918 года началась
военная интервенция империалистов. Туркестан оказался на
положении осажденной крепости, окруженной кольцом фрон-
тов со стороны Оренбурга, Ашхабада и Семиречья. В Фер-
гане орудовали басмаческие банды, организованные буржу-
азными националистами и русскими белогвардейцами при
поддержке иностранных империалистов. Новая школа созда-
валась в обстановке острой классовой борьбы.

103
Продолжал свирепствовать голод. Питание состояло,
в основном, из 150 граммов черного хлеба, который выда-
вался по карточкам Насколько остро стояла проблема про-
довольствия, можно судить хотя бы по тому, что выдача пре-
подавателям по нескольку штук воблы рассматривалась как
большое событие. Многие употребляли в пищу жмых и корни
растений.

Банды басмачей часто нападали на город. Подстрекаемые
реакционным духовенством, они преследовали советских
учителей, убивали их, а школы поджигали. Ежедневно на
витрине типографии Уездно-городского революционного ко-
митета выставлялись фотоснимки зверств басмаческих банд.
Поэтому по ночам школу приходилось охранять с оружием в
руках.

Для охраны города от басмачей большевики организовали
несколько отрядов, вооруженных винтовками. В составе од-
ного из таких отрядов находился и автор этих строк. Коман-
диром нашего отряда был рабочий Классовский. Мне было
поручено охранять школу по ночам. Несколько позже Хамза
тоже получил оружие. На случай тревоги мы должны были
занять оборону в угольном сарае, оттуда можно было обстре-
ливать улицу, ведущую к школе.

Однажды поздним вечером, когда мы вместе с Хамзой
находились в учительской, составляя расписание уроков,
послышалась ружейная стрельба, а затем орудийные выст-
релы из крепости. На город напали басмачи. Мы с Хамзой
схватили свои винтовки и бросились на условленное место,
однако нам не пришлось сделать ни одного выстрела: бас-
мачи были выбиты из города силами гарнизона, и через неко-
торое время мы возвратились в учительскую.

Взглянув на Хамзу, я увидел, что его лицо испачкано са-
жей и не мог удержаться от смеха.

— Прямо как в театре! — сказал я Хамзе.

Поняв причину моего смеха, он ответил:

— Да, настоящий театр именно тот, который отражает
жизнь. Сколько было унижений, страданий и бесправия в
жизни узбекского народа до Октябрьской революции и ка-
кие сейчас открываются перед ним просторы новой, свобод-
ной, светлой жизни! Какая почетная задача, какое удовольст-
вие отразить в художественной форме эти две контрастные
картины! Вы представляете, какое это получится полотно?!

1 Норма хлеба часто менялась, но не превышала 400 граммов.

104
Слова Хамзы произвели на меня большое впечатление.

— А почему бы вам не взяться за это? — вырвалось у
меня.

— Как же,— отвечал он, — я все время думаю и размыш-
ляю об этом.

Вспоминая эти слова Хамзы, я думаю, что хотя в ту пору
он имел еще неясное представление о марксистских взгля-
дах на искусство, однако уже тогда у него под воздействием
революции вырабатывалось правильное понимание роли те-
атра.

Хамза неустанно работал над собой. Он изучал произведе-
ния классиков узбекской литературы, произведения русских
писателей-драматургов, знакомился с русской музыкаль-
ной культурой, регулярно посещал русские концерты и спек-
такли, изучал приемы русского театрального искусства. Под
благотворным влиянием передовой русской культуры проис-
ходило идейное и художественное развитие его творчества.
Октябрьская революция помогла ему разобраться в явлениях
общественной жизни, понять, в чем кроются истинные при-
чины социальной несправедливости.

Несмотря на трудности времени, мы ввели в нашей школе
элементы политехнизации: организовали столярные и пере-
плетные мастерские. В 1918 году в школу был приглашен
преподавателем Дадамат-домулла. До этого он работал в
старой городской школе, был весьма начитанным и способ-
ным. До последних дней своей жизни он оставался совет-
ским педагогом (умер в шестидесятых годах в Ташкенте).
Таким образом, в условиях того времени в нашей школе об-
разовался замечательный коллектив. Школа росла, развива-
лась и среди населения стала пользоваться заслуженным по-
четом.

В 1918 году в Фергане была открыта консерватория. Пол-
ный сил и энергии, в свободные от школьных дел часы я стал
учиться музыке по классу скрипки.

Новая школа росла, развивалась, несмотря ни на какие
трудности и угрозы басмаческих банд. Организующая и
вдохновляющая роль ленинской партии, бурное проявление
веками накопленной потенциальной энергии трудящихся
масс, непоколебимая вера в счастливое будущее, революци-
онный пафос строительства новой жизни создавали ту могу-
чую силу, которая преодолевала встречающиеся на нашем
пути препятствия.

105
Нередко в минуты раздумья перед моими глазами, как на
экране, проходят эти годы великого похода за народное сча-
стье. Нынешнему поколению, снимающему обильную жатву
с нивы, возделанной его отцами и матерями, может быть, не
всегда легко понять, каким тяжелым и тернистым был наш
путь.

ИШАН -

В ЗАБЛУЖДЕНИИ,

А СОВЕТСКИЙ ТЕАТР -
НА ВЕРНОМ ПУТИ

По инициативе Хамзы в
1918 году в Фергане был создан Любительский музыкально-
драматический кружок, в котором я также принимал участие.
Занятия в кружке проводились раз в неделю, по вечерам. Му-
зыку преподавал замечательный русский музыкант, помощ-
ник дирижера военного духового оркестра по имени Григор,
или Григорий. К сожалению, я не помню его фамилии, ибо
нам, участникам кружка, не приходилось к нему обращаться
ни по имени и отчеству, ни называть по фамилии. Мы про-
сто величали его «Григор-домулла», или даже просто «до-
мулла».

В кружке занимались: Мухитдин Кары-Якубов (кларнет),
Салахитдин Исаметдинов (баритон), Хасан Садыков (альт),
Ташмухамед Кары-Ниязов (кларнет), Улмас Курбанов (те-
нор), Исмаилджан Мухамеджанов (бас), Кабул Сахибов
(альт), Исраилходжа Рустамов (барабан) и другие. По суще-
ству, в условиях тех времен этот кружок играл роль музы-
кально-драматической студии, ибо здесь, кроме регулярных
занятий по музыке, обсуждались некоторые вопросы теат-
рального искусства.

Рассматриваемое явление в условиях хозяйственной раз-
рухи и голода, ружейных перестрелок и канонад артилле-
рии кажется невероятным. На самом же деле оно вполне
закономерно, если учесть неудержимый порыв энергии осво-
божденного революцией молодого поколения.

Хамза был рожден для большой узбекской советской ли-
тературы и действительно стал ее основоположником. И все
же мне всегда казалось, что особую страсть он питал к теат-
ральному искусству. Это было, по-видимому, не случайно.

106
Его кипучая натура нуждалась в более широкой, массовой
аудитории, непосредственном общении с -народом. Подав-
ляющая часть населения тогда еще не умела читать. Но все
могли смотреть и слушать!

Вскоре появился цикл пьес Хамзы «Ферганские траге-
дии». Хамза поставил перед собой задачу — показать в этих
произведениях борьбу узбекского народа с басмачами. Все
шире развертывалась творческая деятельность Хамзы в обла-
сти театра и драматургии. Проводимые партией и правитель-
ством мероприятия, новые общественные отношения, кипу-
чая советская действительность были тем могучим источни-
ком, который питал его творчество.

Хамза прекрасно знал жизнь узбекского народа, веками
находившегося под игом жестоких эксплуататоров. Он видел
страдания народа, опутанного ложью и лицемерием поли-
тики царизма и местных эксплуататоров. Все это нашло свое
отражение в его художественных произведениях.

Однажды мне пришлось принять участие в любительском
спектакле, который шел на сцене городского театра по пьесе
Хамзы «Отравленная жизнь». Я играл роль ишана — реакци-
онного духовного лица. Все шло нормально, согласно пьесе.
По ходу действия спектакля в определенный момент мне
надо было выйти из комнаты, и вот вместо того, чтобы напра-
виться к двери, я по ошибке шмыгнул в боковой проход. В это
время кто-то из первого ряда крикнул:

— Ишан заблудился!

Зрители в зале реагировали на эту реплику дружным хо-
хотом.

На другой день после спектакля мои друзья встречали
меня с улыбками:

— Роль ишана вы сыграли хорошо, но конец получился
неудачный.

Делая вид, что не понимаю, в чем дело, я спраши-
вал:

— Почему вы так думаете?

— Да ведь вы заблудились! Вместо того, чтобы выйти в
двери...

— Ах вот вы о чем! — перебивал я своих друзей. — Наобо-
рот, это вполне естественно. Заблуждение свойственно
ишану. Если бы он шел по правильному пути, он не был бы
ишаном!

— С этой точки зрения вы, конечно, правы,— смеялись
Друзья.

107
— Но в данном случае, — заметил я, — заблуждение ишана
не имеет существенного значения. Важно, чтобы наш новый,
советский театр находился на верном пути!

— Совершенно правильно! — согласились со мной.

Узбекское театральное искусство развивалось главным об-
разом под благотворным влиянием передовой русской теат-
ральной культуры. В то время, когда узбекский театр еще
делал свои первые шаги, русское сценическое искусство вы-
двинулось на первое место в мировой театральной культуре,
возвышаясь над декадансом, пессимизмом и мистикой запад-
ноевропейского буржуазного театра.

Молодое узбекское сценическое искусство быстро росло
и развивалось, воспринимало лучшие традиции русского те-
атра, отметая всякого рода тенденции, чуждые советскому
театру. В то же время, перерабатывая литературное наследие
своего прошлого, используя его демократические элементы,
узбекский народ развивал свою театральную культуру, на-
циональную по форме, социалистическую по содержанию.

Конечно, в первые годы существования узбекского театра
уровень сценической культуры в нем был еще невысоким, не
хватало опыта театрального искусства, не было подготовлен-
ных актеров, хороших костюмов и декораций. Порою игра
актеров не была свободна от элементов натурализма (напри-
мер, они кричали, сильно жестикулировали, иногда даже дра-
лись на сцене ит.д.).

О степени и характере трудностей, встречавшихся на
пути создания узбекского театра, можно составить представ-
ление уже хотя бы по тому, что в первые годы после рево-
люции, когда культурный уровень широких масс был еще
низок, религиозные предрассудки были настолько сильны,
что тем немногим женщинам, которые решались выступать
на сцене, постоянно грозила опасность смерти от руки изу-
веров. После спектакля им приходилось, возвращаясь домой,
рисковать своей жизнью, скрываться от убийц под па-
ранджой. Надо было суметь выйти из здания театра неза-
метно, через служебный ход или через окно. Женские роли
поэтому в большинстве случаев (за редкими исключениями)
исполняли мужчины.

Вскоре, увлеченный искусством, Хамза оставил препода-
вание и целиком посвятил себя драматургии и театру. В том
же 1918 году он организовал в Фергане краевую разъездную
драматическую группу, основная часть которой, начиная с
1919 года, гастролировала на Закаспийском фронте.

108
Мне было суждено идти по другому, твердо избранному
мною пути. Я по-прежнему упорно продолжал свои экспери-
менты, искания, всеми силами старался повышать свои зна-
ния, выполнять задачу, которую поставил перед советской
молодежью В. И. Ленин,—«учиться, учиться и учиться».

РАДОСТИ

И МУКИ ИСКАНИЙ

Мое положение было нелег-
ким не только в силу выше описанной тяжелой обстановки,
в которой протекала моя педагогическая деятельность. Ведь
у меня были скудные, в объеме начальной школы, знания
плюс то, что я успел изучить в течение нескольких месяцев
на заочных курсах самообразования по циклу «естествозна-
ние». Специальной, хотя бы минимальной педагогической
подготовки у меня также не было. Положение усугублялось
еще тем, что скромный запас знаний молодого педагога, ко-
торый он мог передать жадно тянувшимся к свету ученикам,
начал иссякать.

Не скрою, был момент, когда я стоял перед дилеммой:
или бросить преподавание и самому устроиться на учебу,
или продолжить начатое дело. Однако идти по первому пути
я никак не мог, ибо страстно полюбил школу, детей. Более
того, скажу прямо: я уже превратился в фанатика в этом от-
ношении, жил, дышал своими экспериментами, исканиями.
Поэтому решил идти по второму пути.

Сама суровая жизнь слишком рано научила меня доро-
жить временем. И я буквально каждую свободную минуту
использовал для пополнения знаний. Замечу, что в этом мне
очень хорошо помогло знание русского языка: я широко
пользовался русскими учебниками.

Приходилось читать очень много учебной и педагогиче-
ской литературы, которая подчас оказывалась и не по зубам.
Но всегда крупинка, извлеченная из прочитанных страниц,
с лихвой вознаграждала бессонные ночи, проведенные над
книгой.

Я начал с того, что приступил к самостоятельному изу-
чению математики. Дело в том, что во время учебы в русско-
туземной школе я изучал только арифметику, и то лишь
в пределах четырех арифметических действий с целыми

109
числами, а о дробях не имел никакого представления, не
говоря уже об алгебре и геометрии.

В течение первых трех лет мне удалось самостоятельно
проработать простые и десятичные дроби, пропорции и про-
центы по учебнику Маленина и Буренина; курс алгебры —
по учебнику Киселева, а также Шапошникова и Вальцева;
курс геометрии — по учебнику Давыдова. Все эти учебники,
по десятку раз издававшиеся, в свое время были рекомендо-
ваны для бывших гимназий. Некоторое затруднение я встре-
тил при самостоятельном изучении тригонометрии. Однако
нескольких индивидуальных уроков у упомянутого выше пе-
дагога А. В. Яхонтова оказалось вполне достаточно для того,
чтобы самостоятельно проработать и курс тригонометрии по
учебнику Слетова «Прямолинейная тригонометрия», а также
Эмиля Бореля «Тригонометрия».

Таким образом, мне удалось самостоятельно изучить весь
курс математики в объеме программы бывших гимназий.
А несколько позже путем самообразования мною были про-
работаны математические дисциплины первого курса физи-
ко-математического факультета Среднеазиатского государст-
венного университета, куда я поступил в 1926 году.

Я вовсе не хочу дать понять читателю о наличии у меня
какой-то особой математической способности. Нет, я очень
далек от этой мысли. Это результат упорного систематиче-
ского труда. Для самостоятельного изучения школьного
курса математики, а при помощи учителя тем более, вовсе
не требуется особых математических способностей. Для этого
необходима лишь нормальная способность логически мы-
слить, без чего вообще невозможно усвоение любой другой
науки.

Однако, как это известно, о школьной математике распро-
странено мнение не только среди широких масс, но даже
и среди некоторой части интеллигенции, что это самая труд-
ная дисциплина. Я лично считаю это просто недоразуме-
нием.

Дело в том, что некоторые пытаются изучать математику
путем зубрежки ее формул, правил. Это, конечно, бесполез-
ная затея, и в этом случае можно утверждать, что, действи-
тельно, математика «самая трудная наука». Но если изучать
ее методом логического, познавательного мышления, не нару-
шая последовательности, то есть без «разрыва» цепи элемен-
тов, ее составляющих, то ее, на мой взгляд, нельзя назвать
«самой трудной» дисциплиной.

ПО
Мною были самостоятельно проработаны также курсы по
истории, географии, природоведению и физике в объеме
средней школы. Остановлюсь на физике, которую мне при-
шлось изучать по «Основному курсу физики» Краевича,
также предназначенному для бывших гимназий. Им пользова-
лись еще и в первые годы после Октябрьской революции.

Изучение этой дисциплины отличалось от других, пере-
численных выше, тем, что оно было связано с опытами. Для
этой цели с любезного разрешения А. В. Яхонтова я пользо-
вался (главным образом по вечерам и выходным дням) фи-
зическим кабинетом руководимой им русской школы второй
ступени, а иногда — его консультациями.

Большую помощь мне оказал также «Сборник задач по
элементарной физике» Пономарева. Этот задачник с мето-
дической точки зрения, на мой взгляд, составлен весьма
удачно. Кроме того, перед каждым разделом задач поме-
щены все необходимые для этого физические законы и дру-
гие данные. В некоторых отделах помещены перед задачами
справочные таблицы (удельный вес, коэффициент теплового
расширения и т. д.), чтобы ученик сам разбирался, каких дан-
ных недостает для решения задачи, что взять из таблицы.

Отмечу один эпизод, имевший место при проведении
мною первого опыта. Был выходной день. Я занимался в фи-
зическом кабинете. Мне надо было идти куда-то в опреде-
ленный час. Во избежание опоздания я вынул из кармана
часы и, открыв их крышку, положил на стол с тем, чтобы
иногда поглядывать на них. Мне предстояло проверить тепло-
вое расширение твердых тел.

Кончив обычный опыт с металлическим шариком (в при-
боре Гравезанда), я начал нагревать на спиртовке шарик
ртутного термометра. Ртуть начала подниматься. Продолжая
нагревать, я о чем-то задумался. И вдруг произошел оглуши-
тельный взрыв. Сперва я не понял, что случилось, по-види-
мому, был оглушен взрывом. Но потом, несколько придя в
себя, я заметил, что держу в руке только трубку, а ее ко-
нец — шарик с ртутью — исчезли.

Оказывается, в раздумье я просто прозевал вовремя пре-
кратить нагревание и вследствие сильного перегрева произо-
шел взрыв. Наконец, когда я, собираясь покинуть кабинет,
протянул руку к часам, то моему удивлению не было пре-
дела: произошло какое-то «чудо» — часы как будто кто-то
подменил. Мои часы были позолоченные, а на месте их ока-
зались «серебряные».

ill
Оказалось, что в результате взрыва ртуть превратилась в
мельчайшие частицы, в пыль, и благодаря взаимодействию
с металлом вся поверхность часов оказалась серебристой.
Разумеется, после этого я стал более внимательно относиться
к своим опытам.

Вообще самостоятельное изучение основ науки — про-
цесс творческий. При этом оно становится осмысленным,
а следовательно, и прочным. Однако на этом пути приходи-
лось встречаться с такими трудностями, которые казались
непреодолимыми. Немало было таких случаев, когда над ре-
шением какой-нибудь задачи я бился не часами, а днями, по-
стоянно размышляя о ней. Порою они напоминали мне о
себе и во сне. В конце концов настойчивый, упорный и целе-
устремленный труд выходил победителем: бессонные ночи,
пережитые мучения вознаграждались неописуемой радо-
стью, вдохновляя на новые дерзания. Таким образом, с одной
стороны, укреплялась уверенность в своих силах, с другой —
развивалась сила воли, которая является одним из важней-
ших условий любой победы.

Перехожу теперь к рассмотрению опыта преподавания
в Ферганской школе, а также к его результатам. Однажды,
кажется у Песталоцци, я обратил внимание на ту истину, что
успех преподавания зависит прежде всего от того, в какой
мере учитель смог заинтересовать учащихся, привить им лю-
бовь к преподаваемому предмету. И я попытался сделать
свои уроки содержательными и по мере возможности инте-
ресными, увлекательными.

Как говорится, нет худа без добра. Мне пришлось при-
ступить к учительской деятельности, не имея специального
образования, а это привело к тому, что я не был рабом фор-
мальной методики — готовых рецептов обучения, наоборот,
я занимался исканиями, что и превращало преподавание в
процесс творческий.

Мною был сконструирован и изготовлен целый ряд само-
дельных инструментов для различных практических измере-
ний на поверхности земли: вехи, рейки, эккер, астролябия,
высотомер и т. п. Опыт применения и конструкция этих
самодельных инструментов и решаемые при их помощи за-
дачи описаны в составленной мною брошюре на узбекском
языке под названием «Практические работы по геометрии
на вольном воздухе», которая впоследствии, в 1927 году, была
издана Узбекским государственным издательством.

Совершая экскурсии, ученики решали различные практи-

112
Первая узбекская
советская школа
в Фергане (1917—1918 гг.).

Хамза Хаким-Заде Ниязи, осново-
положник узбекской советской
литературы.
Титульный лист моей первой
работы «Кусочек природы» на
узбекском языке. Издана в
1919 году.
ческие задачи по геометрии: определяли высоту какого-ни-
будь объекта либо по высотомеру, либо по его тени; состав-
ляли план школьного участка; определяли расстояние между
двумя точками, к которым нельзя подойти, и т. д. По ариф-
метике и алгебре подбирались также интересные задачи. По-
добный метод занятий привел к тому, что вскоре многие уче-
ники горячо полюбили математику.

Я занимался со своими питомцами целые дни, сверх рас-
писания, круглый год, даже без каникул. Жил я при школе,
один. Ученики приходили в школу очень рано, до начала за-
нятий, и уходили поздно, по своей инициативе, без всякого
элемента принуждения. Быть может, с точки зрения фор-
мальной педагогики, это было не совсем правильно. Однако
дело в том, что подобное увлечение не только не было тя-
гостным, а, наоборот, доставляло огромное удовлетворение,
ибо учащиеся день ото дня делались неузнаваемыми, чув-
ствовали свой рост и развитие, занимались с творческим
вдохновением, небывалым энтузиазмом.

В результате уже к 1920 году ученики успешно прорабо-
тали весь курс арифметики, планиметрии и первую часть из-
вестного задачника по алгебре Шапошникова и Вальцева, что
в настоящее время соответствует примерно программе мате-
матики седьмого класса средней школы. Таков результат
эксперимента: меньше чем за три года успешно пройден се-
милетний путь по этой «очень трудной» науке! Такие же
были результаты и по другим предметам, преподаваемым
мною в этой школе, — истории, географии, природоведению.

Немало моих питомцев из этой школы ныне здравствуют,
являются крупными учеными, государственными и партий-
ными работниками. Более подробно о них расскажу не-
сколько позже.

Обучение в школе было тесно связано с воспитанием под-
растающего поколения. Мы, педагоги, каждым своим словом,
делом, наставлением и собственным отношением к жизни го-
товили учеников к активной борьбе за наше правое дело, ко-
торое ныне торжествует.

Воспоминания о своей работе в качестве школьного педа-
гога в первые годы Советской власти и по сей день трогают
меня до глубины души. И я не знаю, чем объяснить, когда в
такую минуту на мои глаза порой навертывается непроше-
ная слеза. Я от всего сердца хотел бы, чтобы мои молодые
коллеги, которые живут и трудятся сейчас, в совершенно
иных условиях, правильно поняли меня.

8

Т. Н. Кары-Ниязов

113
НЕВЕРОЯТНО,
НО... ФАКТ

III кола, о которой до сих пор
шла речь, официально считалась школой первой ступени. Но
мы видели, как она по существу превратилась в семилетку.
Эти успехи привели к тому, что уже в 1920 году на ее базе
была создана областная школа второй ступени. В организа-
ции ее я принимал также непосредственное участие. Школа
получила просторное здание, а для учащихся при школе был
создан интернат, где они содержались за счет государства,
бесплатно обеспечивались всем необходимым: общежитием,
питанием, обмундированием, учебными пособиями. А время,
время было какое! Хозяйственная разруха, продовольствен-
ный кризис, голод, гражданская война и иностранная воен-
ная интервенция... И в эти суровые годы молодая, еще неок-
репшая Советская власть, со всех сторон окруженная вра-
гами, уделяла огромное внимание воспитанию молодого,
подрастающего поколения. Это была трогательная забота о
детях, на которую, очевидно, была способна только партия
Ленина! Воодушевленный заботой Советской власти и сво-
ими успехами, коллектив школы широко развернул учебную
и воспитательную работу.

Созданная школа второй ступени, подобно своей предше-
ственнице, была первенцем, ибо среди узбекских школ еще
не было школ второй ступени. Поэтому она занимала осо-
бое место. Так, например, для оказания методической по-
мощи учителям города и уезда при школе был создан мето-
дический кружок, организованы краткосрочные курсы по
подготовке учителей.

Через некоторое время школа превратилась в педагогиче-
ский центр не только города и его уезда, но и всей области.
На мою долю выпала честь на общественных началах быть
руководителем школ города и его уезда. В моем архиве со-
хранился мандат, подписанный председателем Скобелевского
уездно-городского революционного комитета от 15 января
1920 года за № 122, в котором, в частности, сказано: «Всем
председателям Скобелевских уездно-городских мусульман-
ских школ предлагается всецело подчиняться преподанным
тов. Кары-Ниязовым инструкциям и его законным требова-
ниям».

К концу 1918 года последний мактаб в Фергане, остав-

114
шись без учащихся, перестал существовать. Победило новое,
передовое — советская школа.

26 декабря 1919 года В. И. Ленин подписал исторический
документ — декрет Совета Народных Комиссаров РСФСР о
ликвидации неграмотности. В нем говорилось о том, что:
«Все население Республики в возрасте от 8 до 50 лет, не
умеющее читать или писать, обязано обучаться грамоте на
родном или русском языке, по желанию»'. Придавая огром-
ное значение этому вопросу, В. Н. Ленин не раз возвращался
к нему. В частности, в своем докладе на II Всероссийском
съезде политпросветов Владимир Ильич говорил: «...пока у
нас есть в стране такое явление, как безграмотность, о поли-
тическом просвещении слишком трудно говорить. Это не
есть политическая задача, это есть условие, без которого о
политике говорить нельзя. Безграмотный человек стоит вне
политики, его сначала надо научить азбуке. Без этого не мо-
жет быть политики, без этого есть только слухи, сплетни,
сказки, предрассудки, но не политика»1 2.

В декабре 1920 года в Ташкенте была организована Крае-
вая Чрезвычайная комиссия по ликвидации неграмотности.
Постепенно начали создаваться подобные комиссии в обла-
стях, городах и уездах. Повсеместно открывались многочис-
ленные школы для взрослых — пункты ликвидации неграмот-
ности. Коллектив нашей школы также развернул большую
работу по ликвидации неграмотности среди взрослого насе-
ления. Занятия проходили по вечерам в учреждениях, на
предприятиях, в клубах и школах. Все эти школы по ликви-
дации неграмотности снабжались за счет государства учеб-
никами и письменными принадлежностями. Исторический
декрет Советского правительства положил начало подлинно
всенародному походу против неграмотности — позорного на-
следия царизма.

Мне вспоминается такой случай. Один слушатель школы
по ликвидации неграмотности взрослых, пожилой узбек, на-
учившись читать, заплакал.

— Да-а, до сих пор я был слепым, и только сегодня про-
зрел, слава богу, — говорил он, вытирая слезы радости.

— Скажите спасибо Ленину, благодаря которому вы на-
учились читать,—заметил я.

1 «Директивы ВКП(б) и постановления Советского правительства о
народном образовании за 1917—1947 гг.», вып. 2, 1947, стр. 118.

2 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 44, стр. 174.

115
— А ведь верно, дай бог ему здоровья, — сказал мой собе-
седник.

Задача, стоящая перед подрастающим поколением, с ис-
черпывающей полнотой была определена В. И. Лениным в
его речи, произнесенной 2 октября 1920 года на III съезде
комсомола. «Перед вами задача строительства, и вы ее мо-
жете решить, только овладев всем современным знанием,
умея превратить коммунизм из готовых заученных формул,
советов, рецептов, предписаний, программ в то живое, что
объединяет вашу непосредственную работу, превратить ком-
мунизм в руководство для вашей практической работы»'.

Эти указания В. И. Ленина стали путеводной звездой,
особенно для нас, молодых педагогов, в деле воспитания под-
растающего поколения.

Несмотря на указанные выше колоссальные трудности,
школьное строительство в первые годы существования Со-
ветской власти широко развивалось во всем Туркестанском
крае. Чтобы иметь представление об этом, приведу несколько
цифр. По данным «Однодневной переписи начальных школ
в империи, произведенной 18 января 1911 г.», в Туркестан-
ском крае насчитывалось 476 начальных школ, а в них —
29 944 учащихся, а по данным Народного Комиссариата Про-
свещения Туркестанской республики, к концу 1920 года
число начальных школ в крае достигло 2022, в которых было
165 122 учащихся.

Таким образом, мы видим, что почти за полвека господ-
ства русского царизма в Туркестане ежегодно здесь в сред-
нем открывалось по 9—10 школ, а Советской властью за пер-
вые три года, и притом тяжелые годы хозяйственной раз-
рухи, интервенции и басмачества, ежегодно в среднем откры-
валось по 674 школы. Невероятно, но факт, уже совершив-
шийся! Порою в часы размышлений о пройденном пути у
меня невольно вырывается: как это могло свершиться!

Изложенное характеризует политику нашей партии на
местах, о которой сказал В. И. Ленин 27 октября 1922 года
в интервью корреспонденту «Обсервер» и «Манчестер гар-
диан»: «Наш опыт создал в нас непреклонное убеждение,
что только громадная внимательность к интересам различ-
ных наций устраняет почву для конфликтов, устраняет вза-
имное недоверие, устраняет опасение каких-нибудь интриг,
создает то доверие, в особенности рабочих и крестьян, гово- 1

1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 41, стр. 308.

116
рящих на разных языках, без которого ни мирные отноше-
ния между народами, ни сколько-нибудь успешное развитие
всего того, что есть ценного в современной цивилизации,
абсолютно невозможны»1.

«КУСОЧЕК ПРИРОДЫ»

До Октябрьской революции
на территории, ныне занимаемой Узбекистаном, по существу,
не было полиграфической промышленности в полном смысле
слова. Насчитывалось всего 25 мелких типографий, крайне
слабо оснащенных технически. Из 574 человек типо-лито-
графских рабочих к местным национальностям принадле-
жало всего 72 человека. Квалифицированных полиграфистов
среди них не было. Поэтому литература на национальных
языках издавалась главным образом литографским способом.

В Фергане до Октябрьской революции была одна частная
типография Г. А. Порцева и одна казенная — Областного
управления ферганского губернатора. В этих типографиях
печатались главным образом афиши, объявления, визитные
карточки, бланки, квитанции и т. п. Кроме того, в казенной
типографии с 1907 года печаталась небольшая газета — «Фер-
ганские областные ведомости».

Поэтому в первые годы Советской власти создание книж-
ного дела в Узбекистане было сопряжено с большими труд-
ностями. Это можно показать на примере издания в 1919 году
в Фергане моей брошюры на узбекском языке под назва-
нием «Кусочек природы».

История создания этой брошюры такова. Поскольку необ-
ходимых учебных пособий на узбекском языке не было, мне
приходилось пользоваться русской литературой. После пред-
варительной проработки каждой темы по нескольким книгам
я обычно составлял конспект. Такой конспект у меня полу-
чился по природоведению, которым вскоре стали пользо-
ваться все преподаватели, не владевшие русским языком. Од-
нажды группа преподавателей обратилась ко мне с просьбой
издать этот конспект. Приведя свои записи в некоторую си-
стему, я решил опубликовать часть из них под названием
«Кусочек природы». 1

1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 45, стр. 240.

117
Эта брошюра, состоящая примерно из двух печатных ли-
стов, содержит в себе элементарные сведения о каменном
угле, нефти, соли, меди, железе, ртути, свинце; об удельном
весе физических тел; о температуре и ее измерении и т. п.
Брошюра была издана в Фергане в 1919 году. В то время в
Туркестане еще не было специального книжного издатель-
ства.

После набора текста брошюры в типографии мне дали
гранки для авторской корректуры. Разумеется, я не имел
никакого опыта в чтении корректуры, а в типографии мне
не объяснили, как это делается. И я провел несколько бес-
сонных ночей, чтобы все опечатки аккуратно подправить при
помощи бритвы.

Когда я пришел в типографию, один из наборщиков, при-
няв от меня гранки и бросив на них беглый взгляд, восклик-
нул с недоумением:

—■ Да вы ничего не исправили или, быть может, не ока-
залось опечаток?

Действительно, при беглом взгляде мои исправления не
бросались в глаза, так как все поля каждой гранки были чи-
стые, а опечатки — исправлены аккуратно, «ювелирным спо-
собом».

— Как же! — воскликнул я в свою очередь, — наоборот,
опечаток было очень много, и я замучился, пока исправ-
лял их.

В это время подошли другие наборщики. Когда я объяс-
нил им, как исправлял опечатки, они все расхохотались.

— Не понимаю, в чем дело? — спросил я.

— Действительно, мы замучили вас. Конечно, в этом ви-
новаты мы, — заметил один из наборщиков.

После этого, показав мне образцы некоторых прочитан-
ных корректур в гранках, они объяснили мне, в чем дело.
Пришлось второй раз читать корректуру. И все же брошюра,
состоящая из 28 страниц, вышла с 28 опечатками, причем в
таблицу опечаток вошли лишь некоторые.

Несколько позже, в Ташкенте и Самарканде, где издава-
лись мои работы по математике, мне пришлось встретиться
с трудностями другого характера. Дело в том, что техника
набора математических формул считается самой трудной.
И мне приходилось порою целые дни проводить в наборном
цехе, бегать от одной наборной кассы к другой, помогать на-
борщикам подбирать нужные литеры, так как сами они де-
лали очень много ошибок. Однако через некоторое время и

118
у нас выросли квалифицированные национальные кадры на-
борщиков. Мои работы, изданные в 1929 году и после, не-
смотря на сложность техники набора, были хорошо набраны.

Таким образом, хотя приведенные примеры свидетельст-
вуют о трудностях на пути развития издательского дела в
Узбекистане, вполне можно сказать, что книжная печать
неуклонно развивалась даже в первые годы после Октябрь-
ской революции. Так, в дооктябрьском Узбекистане,
в 1913 году, было издано всего 56 названий разной литера-
туры, а после Октября, даже в трудном 1920 году,— 118 на-
званий ’, то есть более чем в два раза. В дальнейшем книжно-
издательское дело развивалось еще более быстрыми темпами.
Только за период с 1921 по 1924 год было издано 1184 на-
звания (10 826 тысяч печатных листов) общим тиражом
свыше 3 миллионов экземпляров1 2. За годы Советской власти
в республике выпущено более 52 тысяч названий книг общим
тиражом около 600 миллионов экземпляров. В 1966 году вы-
шла 1701 книга общим тиражом в 25,9 миллиона экземпля-
ров 3.

ВЫДУМКИ «ПОТОМКОВ»
ХАЗРАТИ АЛИ

Однажды, чувствуя утомле-
ние, я решил совершить загородную прогулку. Был выход-
ной день. Стояла теплая весенняя погода. Ярко светило
солнце. Рано утром на велосипеде я отправился в Шахимар-
дан, в один из красивейших уголков Ферганской долины. Он
расположен к югу от города на расстоянии 52 километров в
долине реки Аксу, на высоте 1550 метров над уровнем моря,
на северном склоне Алайского хребта и с трех сторон окру-
жен высокими горами.

Узбеки, как и другие народы, с незапамятных времен при-
бегали к помощи различных целебных источников. Однако
места, где расположены открытые населением источники,
всегда, как правило, оказывались в руках духовенства,

1 «Книжные новости». М., изд-во КОГИЗ, 1937, № 20.

2 По данным книжной палаты Узбекской ССР.

3 Здесь и в дальнейшем автор пользовался официальными данными
Центрального статистического управления при Совете Министров Узбек-
ской ССР: «Народное хозяйство Узбекской ССР за 50 лет». Ташкент, 1967.

119
которое обирало лечащихся, требуя с них обильные приноше-
ния. Так получилось и в Шахимардане, который издавна из-
вестен как курортная местность.

Духовенство распространило слух, что в Шахимардане
якобы побывал хазрати Али (муж Фатьмы, дочери «пророка»
Мухаммеда). Поэтому якобы эти места являются «священ-
ными».

Здесь орудовали шейхи — «потомки» хазрати Али, кото-
рые наживались за счет трудящихся, забивая головы всякими
небылицами о «героических подвигах хазрати Али», о том,
что «бог любит тех, кто щедр на садаку» — приношения.

Летом сюда со всех концов Туркестана приезжали боль-
ные, которые часто тратили последние свои гроши на «са-
даку». После сравнительно непродолжительного пребывания
в Шахимардане больные, нуждавшиеся в горно-климатиче-
ском лечении, в особенности больные туберкулезом легких,
нередко возвращались излечившимися от недугов. Все эти
исцеления шейхи приписывали не влиянию климатических
особенностей Шахимардана, а «зиёрату», то есть посещению
«святой местности», паломничеству, «садаке» в честь хазрати
Али.

По мере приближения к Шахимардану передо мною
все шире раскрывалась живописная картина: на горизонте,
под голубым сводом величественно возвышались ослепи-
тельно-белые ледники Памиро-Алая. Чувствовалось благо-
ухание свежей растительности бескрайних полей; порхали
бабочки, расписанные чудными яркими красками; щебетали
птицы.

Было около 12 часов дня, когда я достиг Шахимардана. Се-
зон еще не начался, поэтому кроме местных жителей никого
не было. Царила тишина, нарушавшаяся лишь шумом бур-
ного Шахимардан-сая, который стекает с Алайских гор и
щедро орошает Ферганскую долину. Седобородые дехкане
говорят, что вода этой реки закаленная. В этом кроется мно-
говековая народная мудрость: ведь она пробивает себе путь
в постоянной борьбе с препятствиями; могучие потоки этой
горной реки то и дело с треском и грохотом швыряют огром-
ные валуны. Любуясь чарующей красотой раскрывающейся
картины, я невольно воскликнул: «Вот где, оказывается, уст-
роились «потомки» хазрати Али!»

Освежившись водой Шахимардан-сая, я направился в
ближайшую чайхану, где, закусив и выпив кок-чаю, решил
познакомиться с местными достопримечательностями.

120
— Вы, кажется, здесь впервые? — заметил один из сидя-
щих в чайхане — пожилой человек в чалме, как бы читая
мои мысли.

— Да, впервые, — сказал я и встал.

Человек в чалме тоже быстро встал и, не спрашивая мо-
его согласия, объявил:

— В таком случае я покажу вам достопримечательности
Шахимардана.

— Ну что ж, пойдемте, — сказал я, приняв предложение,
тем более что я нуждался в проводнике, хорошо знающем
эту местность.

— Скажите, чем вы занимаетесь здесь?

— Я занимаюсь богоугодными делами, служу шейхам.

— Очень хорошо, — сказал я, а сам подумал: значит, я
попал в ловушку; посмотрим, что будет дальше.

— Шахимардан знаменит тем, что здесь побывал хазрати
Али, муж Фатьмы, дочери нашего пророка Мухаммеда,—на-
чал мой проводник,— мы с вами поднимемся вон на ту гору,
там вы увидите мазар, священное место.

— Скажите, пожалуйста,— обратился я к нему, — зачем
хазрати Али приезжал сюда?

— Конечно, по воле аллаха, ведь все на свете совершается
по его воле.

— Интересно, что же делал здесь хазрати Али?

— Сражался с кафирами1! — последовал лаконичный от-
вет.

— И есть какое-нибудь доказательство его пребывания
здесь?

— О да, еще какое! Если хотите, могу показать вам.

— О, пожалуйста, прошу вас!

Начали подниматься по многочисленным ступенькам на
гору, где находился мазар.

— Вот это и есть мазар,— важно произнес мои провод-
ник.

На живописном месте, в тени огромных деревьев был по-
строен мазар, состоящий из ряда комнат, айванов и собствен-
но мавзолея якобы «потомков» хазрати Али. Здесь важно
восседали шейхи в чалмах, перебирая четки.

— Сначала вам надо навестить шейхов, преподнести им
подношение, а потом мы с вами пойдем дальше, — сказал
старик.

1 Кафиры, или гяуры,— иноверцы.

121
— Это мы сделаем потом, сначала покажите достоприме-
чательности.

У моего проводника сразу изменилось выражение лица.
Он бросил на меня быстрый взгляд, а потом заметил:

— Если подношение дадите сейчас, то вы сделаете бого-
угодное дело, а это откроет нам путь, и наше путешествие
будет удачным, без каких-либо происшествий.

Я сперва растерялся, а потом нашел выход из создавше-
гося положения:

— Но ведь не обязательно подношение давать шейхам,
я думаю, это можно дать и вам. Не так ли?

— Конечно, конечно, — сказал проводник скороговоркой.

Мы продолжали наш путь по горам. Весна в горах только

начиналась. Кое-где еще не растаял снег. Попадались под-
снежники, фиалки, зеленели травы. Я восхищался раскрыв-
шейся передо мною живописной панорамой. Вдруг мой про-
водник остановился и, показывая рукой на длинное и узкое
ущелье в горе, воскликнул:

— Вот, смотрите, это и есть то, что я обещал показать
вам, доказательство того, что здесь побывал хазрати Али!

— Ущелье, что ли?

— Да, ущелье!

— Извините, не понимаю!

— Хазрати Али, прибыв сюда на своем Дул-дуле*, разру-
бил гору зульфикаром1 2, отчего и образовалось это ущелье.

Высота ущелья, перед которым мы стояли, наверное, была
несколько сот метров. Делая вид, что я принял за чистую
монету болтовню моего проводника, воскликнул:

— Чудо!

После некоторого раздумья я спросил его:

— Интересно, какая высота этой горы?

— Аллах знает!

— Во всяком случае, должно быть, несколько сот метров.
Не так ли?

— Конечно, если не больше!

— Воображаю, какой огромный меч был у хазрати Али,
очевидно длиной в сотни метров!

— А как же!

— В таком случае меч, при помощи которого он разру-
бил эту гору, вероятно, весил также сотни пудов. Не так ли?

1 Дул-дул — легендарный конь хазрати Али.

2 Легендарный меч хазрати Али.

122
— Должно быть.

— Очевидно, для управления таким мечом рост хазрати
Али должен быть также сотни метров?

— Конечно, на то и хазрати Али!

— Да, поистине какой гигант и какая силища! — заме-
тил я.

— Значит, такова была воля аллаха, — твердил старик,—
ведь все на этом свете предопределено, записано на престоле
всевышнего!

С этими словами он двинулся дальше, сделав мне знак
следовать за ним. Но не успел он сделать нескольких шагов,
как споткнулся и упал. Я быстро поднял его: старик, охая,
еле стоял.

— Ничего, ничего,—успокоил я его,—очевидно, такова
воля аллаха!

— Верно, но ведь я же сказал вам, что если сначала дать
подношение, а потом идти, то откроется путь и ничего не
случится.

— В таком случае я должен был упасть, а не вы. Вы-то
причем здесь?

— Ничего не поделаешь: значит, на престоле всевышнего
было записано, что я упаду здесь!

— Значит, дело не в подношении?

— Э-э, пути аллаха неисповедимы.

У меня было весьма трудное, щекотливое положение,
мне стоило больших усилий, чтобы не расхохотаться. Взяв
старика под руку, я двинулся назад. Проводив его до дома и
уплатив ему за «труды», я вернулся обратно. Направляясь к
чайхане, я заметил группу людей под чинарой: один из них
сидел, двое стояли. Подойдя к ним, я увидел гадальщика, пе-
ред которым на развернутом большом платке лежала неболь-
шая куча камешков. Ему было лет шестьдесят; он был в по-
лосатом халате, в чалме, в очках.

С глубокомысленным видом гадальщик принялся раскла-
дывать свои камешки. Поглаживая бородку, он начал мед-
ленно говорить. «Да-а,—произнес он протяжно и многозна-
чительно,— ваш жизненный путь тяжел и тернист. Вы много
пережили. Не раз бывали серьезные препятствия на вашем
пути, но вы их преодолевали, правда с большими трудно-
стями. Вы давно вынашиваете какую-то мечту. Но она до сих
пор не сбылась, потому что такова была воля аллаха. Однако
вы не должны терять надежды, ибо только дьявол лишен
надежды. Аллах всемогущ и милосерден. Посмотрите на

123
расположение камешков,—указывал гадальщик пальцем,—
путь к счастью открыт. Ваша заветная мечта сбудется. Однако
всемогущему угодно еще испытать вас. Молитесь богу, не те-
ряйте надежды. Да осуществится ваша мечта, омин!»

Сидевший человек, видно по всему, был из бедных. Он
выслушал гадальщика очень внимательно, а потом задал ему
какой-то вопрос, но я, не дожидаясь ответа, ушел.

Возвращаясь домой по дороге, я невольно погрузился в
размышления. Громады гор, бурный поток Шахимардан-сая,
богатая горная растительность, живописная панорама мест-
ности — все это произвело на меня огромное впечатление.
С другой стороны, перед моими глазами мелькали важно
восседавшие шейхи, «потомки» хазрати Али и их прислуж-
ники вроде «обслуживавшего меня» проводника. Оказы-
вается, мазар был построен еще в XIII веке на собранные
шейхами народные деньги. Следовательно, по крайней мере
на протяжении шести веков самозванцы, именовавшие себя
«потомками» хазрати Али, спекулировали, морочили головы
труженикам всякими небылицами.

Наконец, я находился под впечатлением гадания. Легко
видеть «универсальность» той схемы, которая была поло-
жена гадальщиком в основу его гадания. В самом деле, кто
не согласится с тем, что его «жизненный путь тяжел и тер-
нист»? Или «много пережил»? Или кто не «вынашивает ка-
кую-то мечту»? Или кто не согласится с тем, что «она до
сих пор не сбылась»? Или кто не согласится с тем, что «не
раз бывали серьезные препятствия на его пути, но их он пре-
одолевал»? Прибавим ко всему сказанному, что в зависимо-
сти от пола, возраста и типа просителя гадальщик вносит
соответствующие поправки в схему своего гадания. Таким
образом, определенная часть из всего того, о чем говорит
гадальщик, рано или поздно встретится в жизни каждого че-
ловека, а наивные люди думают, что «сбылось предсказание»
гадальщика.

ПО ВЕЛЕНИЮ

СЕРДЦА И РАЗУМА

О ачиная с определенного
возраста, жизнь юноши или девушки во многом зависит от
выбора своего спутника. Это один из весьма сложных во-
просов в жизни каждого человека. В подтверждение этого

124
можно привести очень много положительных и отрицатель-
ных примеров: одни семьи живут счастливо, другие посто-
янно жалуются на свою горькую судьбу. Разумеется, и при-
чин такого явления бесчисленное множество.

На мой взгляд, одной из главных причин «неудачи» яв-
ляется, во-первых, эгоизм, «любовь» по расчету или несерь-
езная, легкомысленная любовь, во-вторых, недостаточное
знание личных качеств, характера и мироощущения молодых,
собирающихся связать свои судьбы.

Совместная работа с Айшахан Уразаевой на ниве народ-
ного просвещения способствовала нашему взаимопони-
манию: совпали наши вкусы, чувства, задачи, цели, мироощу-
щения. Поэтому и наше бракосочетание было вполне законо-
мерным явлением.

Долго я думал над тем, как мне объясниться Айшахан в
любви. Хотелось это сделать красиво, оригинально, а не по
шаблону (хотя наши взаимные чувства давно были известны
друг другу). Вынашивая эту мысль, я вспомнил одну легенду,
связанную со знаменитым поэтом Хафизом и Тимуром, ко-
торую рассказывал мой отец. На основе этой легенды я и
решил построить свое объяснение.

Однажды вечером, провожая Айшахан домой, я решил
осуществить свою идею. Была чудная пора весны. Идя вме-
сте, я все время думал о том, с чего начать. Вдруг Айшахан,
обращаясь ко мне, спросила:

— Что сегодня с вами, почему молчите?

Вопрос ее был весьма кстати.

— Сегодня я хочу сказать вам то, что до сих пор не было
мною сказано. Об этом я и думаю сейчас, — сказал я.

— Интересно, что же это такое?

— Я недавно читал стихи Хафиза и в связи с одним его
двустишьем вспомнил одну легенду.

— А какое это двустишье?

— А вот какое:

Когда та ширазская турчанка мое бы

сердце приняла,

За родинку на ее щечке я отдал бы

Самарканд и Бухару.

— О, да это знаменитое двустишье Хафиза, — заметила
Айшахан, так как хорошо знала стихи Хафиза, потом спро-
сила:

125
— Какую же легенду вы вспомнили?

— А вот какую. Однажды Тимур, прибыв в Шираз, потре-
бовал, чтобы к нему привели автора только что приведен-
ного мною двустишья. И немедленно к Тимуру привели зна-
менитого Хафиза, одетого в дервишское рубище. Тимур раз-
гневанно спросил его:

— Я покорил весь мир ради возвеличения Самарканда и
Бухары. Как же ты смеешь их раздаривать за какие-то ро-
динки!

— Повелитель мира,—отвечал поэт, поклонившись,—ты
сам видишь, до какой нищеты я дошел из-за такой расточи-
тельности!

Находчивость Хафиза заставила Тимура сменить свой
гнев на милость, и он отпустил поэта с подарками.

— Интересно,—сказала Айшахан,—я впервые слышу
эту легенду.

— Но дело в том,—заметил я, улыбаясь,—что я хочу
немного исправить двустишье Хафиза.

— Ну, знаете, я до сих пор была уверена в вашей скром-
ности, но...

— Нет, нет,—я перебил ее,—вы сначала выслушайте
меня, ведь сначала суд, а потом приговор, говорят.

— Ну ладно, пусть будет так!

— Спасибо! А теперь послушайте. Вот как я исправил
двустишье Хафиза:

Когда та ферганская узбечка мое бы

сердце приняла,

За родинку на ее щечке я отдал бы

все царство мира!

— Э-э, если уж щедрость Хафиза привела его к крайней
бедности, — заметила Айшахан, — то к чему может привести
ваша столь безграничная щедрость?

— В данном случае только к счастью, — сказал я.

Айшахан некоторое время шла, опустив глаза, наконец

подняла их и, посмотрев на меня, ответила улыбкой.

Вскоре после этого состоялось наше бракосочетание.

В заключение, имея в виду молодежь, я позволю себе за-
метить следующее. К сожалению, нередко при решении столь
важного жизненного вопроса молодые люди исходят из
внешней красоты. Однако внешность не всегда соответствует
внутреннему миру человека, а следовательно, может быть

126
обманчивой, что и бывает порою. Однако этим я вовсе не
хочу сказать, что игнорирую этот фактор. Наоборот, я очень
далек от этой мысли, ибо и внешность человека во всех от-
ношениях также играет немаловажную роль. Я хочу только
подчеркнуть, что одной внешности для решения столь слож-
ного вопроса, как супружество, далеко не достаточно.

Мне приходилось читать такие романы (фрагмент одной
такой повести был помещен, кажется, в 1965 году на стра-
ницах местной печати), в которых молодой человек, увидев
девушку, сразу влюбился в нее. Разумеется, такая «любовь»
целиком основана на внешности человека и, быть может, за
редкими исключениями, чревата нежелательными последст-
виями, ибо невозможно сразу, «с ходу», получить хотя бы
представление о внутреннем мире человека.

ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ

ЦЕНТР В КОКАНДЕ

Бурное развитие народного
просвещения привело к тому, что уже к 1920 году число на-
чальных школ в Туркестанской республике достигло более
2000. Однако у большинства преподавателей этих школ не
было даже среднего образования, ибо они в спешном по-
рядке были подготовлены на краткосрочных педагогических
курсах. Поэтому в области народного просвещения возникла
необходимость, хотя бы на первое время, обеспечения школ
учителями, имеющими специальное среднее образование.
Наряду с краткосрочными курсами по подготовке и перепод-
готовке учителей начали создаваться специальные трех-
четырехгодичные педагогические техникумы (или училища)
и так называемые Инпросы (институты просвещения), по
существу мало отличающиеся от техникумов.

Первый такой техникум был создан в Коканде. Это было
единственно правильное решение рассматриваемого вопроса
при сложившихся условиях на данном этапе развития народ-
ного образования. Оно явилось закономерным развитием
предыдущих экспериментов и, как показала жизнь, оказа-
лось весьма удачным. Дело в том, что в 1920 году центр Фер-
ганской области был перенесен в Коканд. В связи с этим
ферганская областная школа второй ступени со всем своим
имуществом и коллективом учащихся специальным эшелоном

127
была перевезена в новый областной центр. На базе этой
школы и местных учительских курсов был создан Коканд-
ский областной педагогический техникум. Вскоре я был на-
значен его директором.

В техникуме преподавали: А. Захиди — узбекский язык
и литературу; Т. Кары-Ниязов — математику, а несколько
позже и физику; А. Кары-Ниязова — русский язык и гео-
графию; В. Илларионов (несколько позже) — русский язык;
П. Баранов — естествознание; А. Кудреватов — химию и
физику.

При техникуме была создана «намуна мактаби» — образ-
цовая школа, а также интернат, в котором учащиеся техни-
кума и образцовой школы содержались на средства государ-
ства: им предоставлялось питание, обмундирование, учеб-
ные пособия, письменные принадлежности и т. п. Были
созданы лаборатории и кабинеты по математике, естество-
знанию, химии, физике, языку и литературе; столярные,
переплетные, скульптурные, слесарные мастерские; девочки
обучались в специальных мастерских кройки и шитья. В об-
разцовой школе работали П. Каюмов, М. Халиков и другие.

При техникуме ежегодно открывались курсы по подго-
товке и переподготовке учителей для Ферганской области.
Кроме того, была организована консультация для учителей
города и периферии; читались лекции и доклады на методи-
ческие, педагогические и общенаучные темы; издавались три
стенные газеты: общая, литературная и математическая. Та-
ким образом, техникум превратился в центр методической и
педагогической мысли Ферганской области.

По-прежнему, как и в ферганской школе, я всячески пы-
тался сделать свои занятия не только содержательными, но
и увлекательными. Так, если в Фергане я применял скон-
струированные мною самодельные приборы для практиче-
ских работ по геометрии, то здесь, в техникуме, я уже поль-
зовался настоящим теодолитом, что давало возможность рас-
ширить круг решаемых при его помощи задач и увеличить
точность производимых измерений. Далее, я пользовался
каждым подходящим случаем, чтобы рассказать учащимся
интересные эпизоды из жизни великих людей, доступные
примеры из истории науки и т. д. Словом, по-прежнему обу-
чение и воспитание были неразрывно связаны между собой.

Техникуму оказывал большую помощь председатель Фер-
ганского облисполкома Шомансур Алиходжаев. Я его хорошо
знал еще по Фергане, когда он занимал посты заместителя

128
председателя Ферганского горревкома, затем председателя
Маргеланского уездного городского ревкома, позднее —
председателя Ферганского городского ревкома. Член КПСС
с 1918 года, Алиходжаев был весьма скромный, честный,
обаятельный человек, всецело преданный делу партии Ле-
нина. В качестве члена реввоенсовета Ферганского фронта
он принимал активное участие в борьбе с басмачеством.

Мне приходилось неоднократно обращаться к нему по
различным вопросам народного просвещения, и я всегда на-
ходил у него помощь и поддержку. В самые тяжелые дни
Ферганской области, несмотря на свою перегруженность, он
всегда принимал меня вне очереди и, когда речь шла о меро-
приятиях по развитию народного просвещения, не жалел
средств.

Так, например, для создания указанных выше лабораторий
в техникуме потребовались довольно большие по тем време-
нам средства. Но бухгалтер пытался резко сократить запра-
шиваемую сумму.

Тогда Алиходжаев вызвал его и спросил:

— Почему вы так резко сокращаете сумму, ведь цифра
тов. Кары-Ниязова взята не с потолка, а обоснована сметой!

— Это верно, но у нас нет столько денег по этой статье,—
ответил бухгалтер.

— А деньги-то вообще имеются?

— Конечно,—сказал бухгалтер.

— Дать! — распорядился Алиходжаев тоном, не терпя-
щим возражений, а затем добавил: — А потом как-нибудь раз-
беремся.

Бухгалтеру пришлось подчиниться, и просьба была удо-
влетворена полностью согласно смете.

ЕЩЕ ОБ ОДНОМ
ЭКСПЕРИМЕНТЕ

Октябрьская революция уни-
чтожила частную собственность на землю. Земля поме-
щиков и баев подлежала изъятию и передаче в государствен-
ный земельный фонд для наделения безземельных и малозе-
мельных дехкан. В связи с этим предстояла огромная работа
по землеустройству и землепользованию. Но землемеров у
нас было ничтожно мало. Для их подготовки обычным путем,

9

Т. Н. Кары-Ниязов

129
через вузы, потребовался бы довольно длительный срок.
А время не ждало. Как быть?

Этот вопрос всесторонне и обстоятельно обсуждался в
Ферганском областном исполнительном комитете. Решение
было такое: в 1922 году облисполком поручил мне и земле-
меру Писарчику организовать четырехмесячные курсы земле-
меров в Коканде. Слушателями курсов были приняты быв-
шие работники местных судей (казиев), которые занимались
по решению казиев делением наследства — движимого и не-
движимого, в том числе и земельного наследства. В свое
время эти люди учились в медресе и считались грамотными
людьми.

Хорошо помню, что этот эксперимент дал неплохие ре-
зультаты. В течение указанного срока было подготовлено
несколько десятков землемеров из узбеков.

Помнится, что курсанты больше всего любили матема-
тику. Каждый раз в конце занятий я им давал задачи на дом,
для самостоятельного решения. Однажды, проходя мимо чай-
ханы, находившейся вблизи от здания, где мы занимались, я
заметил группу курсантов, которые, увидев меня, попросили
выпить с ними чашку чаю. Приняв предложение, я обратил
внимание на лежавшие около них тетради, карандаши и рас-
крытый задачник.

— Кажется, — спросил я, — вы решаете задачи?

— Да, решаем задачи,— ответил один из курсантов.

— Со вчерашнего дня мы возимся с одной задачей, но ни-
как не удается ее решить,— заметил другой, улыбаясь.

Речь шла об одной из заданных мною задач на дом. При-
шлось помочь им.

— В казихане1 нам приходилось решать более трудные
задачи, однако с этой задачей мы не справились,— сказал
третий, также улыбаясь.

— Интересно, с какими задачами приходилось вам иметь
дело в казихане?

— Главным образом, по дележу наследства.

— Вот как! Значит, вы специализировались на решении
задач на дележ наследства. В таком случае, если хотите, я
предложу вам одну такую задачу.

— Пожалуйста, попробуем.

— Вот она: некто, умирая, оставил жене, ожидавшей ре-
бенка, такое завещание: в случае рождения сына отдать ему

1 Помещение, где казий проводил суд.

130
две трети имущества, а одна треть остается матери. В случае
же рождения дочери — она должна получить одну треть, а
мать — две трети. Но вдова завещателя родила близнецов:
мальчика и девочку. Спрашивается, как разделить имуще-
ство, чтобы удовлетворить условиям завещания?

Видно было, что курсанты не понимали задачу. После не-
которого молчания один из них спросил:

— Скажите, пожалуйста, это математическая или юриди-
ческая задача?

— Собственно говоря, задача юридическая, но очень про-
сто решается и математически.

Сказав это, я ушел. Обратно вернулся часа через два. Кур-
санты продолжали заниматься.

— Ну как, решили задачу?

— Нет, никак не получается, — хором ответили курсанты.

— Почему, ведь задача тоже на дележ наследства, а их,
вероятно, приходилось вам решать немало. Не так ли?

— Так-то так, но такой задачи нам не приходилось ре-
шать!

— Значит, вы можете решать только такие задачи, с ко-
торыми встречались раньше?

— Выходит, так.

Вот как! Во всякой науке, особенно в математике, важен
не рецепт, а метод, при помощи которого решается та или
иная задача, разумеется, если для этого вы располагаете не-
обходимым математическим аппаратом. Однако того матема-
тического аппарата, которым вы владеете в настоящее время,
вполне достаточно для того, чтобы решить эту задачу.

Прошло еще несколько дней. Курсантам так и не удалось
решить задачу. Пришлось подсказать им, как она решается.

Задача эта представляет из себя так называемый юриди-
ческий казус. В свое время она была решена римским юри-
стом Сальвианом Юлианом, исходя из юридических сообра-
жений.

ПО ДЕКРЕТУ
В. И. ЛЕНИНА

Систематическая работа над
повышением своего умственного кругозора обладает замеча-
тельной особенностью: по мере нашего духовного роста об-
наруживается ограниченность наших знаний, и, наоборот,

131
сознание ограниченности наших знаний подсказывает нам
необходимость дальнейшей работы над собою. Этот процесс
закономерный и бесконечный, в чем я очень рано убедился,
постоянно работая над собою.

Воспитание и обучение молодого подрастающего поко-
ления — чрезвычайно сложное, сугубо творческое и в высшей
степени ответственное дело. Для этого не только надо иметь
призвание, но быть еще фанатиком в самом лучшем смысле
этого слова.

Я внимательно следил за развитием народного образова-
ния в крае и каждую весть об этом встречал с радостью. Осо-
бенно обрадовало меня известие о создании государствен-
ного университета в Ташкенте. В сентябре 1919 года был
ликвидирован Оренбургский фронт, а в феврале 1920 года
по указанию В. И. Ленина из Москвы направлялись в Таш-
кент специальные эшелоны с оборудованием и учебными по-
собиями, а также преподаватели и профессора.

Как сообщалось в местной печати, «10 апреля вечером
пришел, наконец, в Ташкент долгожданный профессорский
поезд. Из 29 приехавших лиц большинство сотрудники фи-
зико-математического и медицинского факультетов... Всего,
по сведениям прибывших, должно приехать сюда свыше
150 научных работников. Цифра эта может увеличиться за
время после января. Прибывшие привезли с собой 20 тысяч
томов собранной в центре библиотеки. Всего собрано там
100 тысяч томов. Привезены предметы лабораторного обору-
дования, особенно богатого для медицинского факультета»'.
С августа по октябрь 1920 года в Ташкент прибыли еще пять
специальных эшелонов с преподавателями и 65 вагонов с
оборудованием и научной литературой.

Большую помощь в организации высшей школы в Турке-
стане оказал старейший университет нашей страны — Мос-
ковский государственный университет, который выделил
научные кадры и научное оборудование. Много внимания
уделяла университету Туркестанская комиссия ЦК партии.
Для университета были предоставлены лучшие здания го-
рода, профессорско-преподавательскому составу созданы
условия для работы.

Подготовительная работа по организации первого в Сред-
ней Азии высшего учебного заведения была успешно завер-

1 «Вестник просвещения и коммунистической культуры». Ташкент,
1920, № 2.

132
шена, и 7 сентября 1920 года В. И. Ленин подписал декрет
Совета Народных Комиссаров РСФСР об учреждении в
Ташкенте Туркестанского государственного университета,
названного впоследствии Среднеазиатским государственным
университетом. Таким образом, в Туркестане, где царила
почти сплошная неграмотность, был создан первый очаг пе-
редовой, советской науки.

Университет создавался в тяжелых условиях гражданской
войны, иностранной военной интервенции и хозяйственной
разрухи: большинство фабрик и заводов стояло. Вся страна
ощущала острый недостаток самого необходимого: хлеба,
мяса, жиров, керосина, мыла, спичек. Трудности, с которыми
пришлось встретиться при создании университета, ярко
иллюстрирует история создания медицинского факультета.

По предложению Наркомздрава Туркестанской респуб-
лики группа врачей-энтузиастов организовала в 1919 году
первый курс Высшей медицинской школы. Условия для учеб-
ного процесса были, конечно, очень тяжелые — не было
учебников и учебных пособий. Но трудности нисколько не
охладили энергию преподавателей и студентов. «Со всего
города сюда сносились старые учебники, лабораторные при-
надлежности, приборы, реактивы, а с кладбищ добывались
черепа и части скелетов. Из огромной массы студентов до-
пускались все желающие учиться без предварительной про-
верки подготовленности, — совершенно естественно выкри-
сталлизовалась основная группа в 150 человек, которая...
успешно закончила учебный год. Своеобразен и красочен
этот эпизод истории высшего медицинского образования в
Средней Азии — на обломках старого, отгнившего быта
сразу пошли бурные ростки новой жизни, на развалинах
царства невежества и насилия вырос фундамент огромного
культурного начинания» *.

В 1920 году из Москвы и Петрограда прибыли профессо-
ра-медики, а также лабораторное оборудование и специаль-
ная медицинская литература. В этом же году на базе Высшей
медицинской школы организовался медицинский факультет
при Туркестанском государственном университете. Благо-
даря помощи, оказанной факультету Московским универси-
тетом, факультет постепенно превратился в крупнейший в
Туркестанском университете.

1 «XX лет Ташкентского медицинского института». Изд-во Ташкент-
ского мед. ин-та, 1939, стр. 12.

133
История создания медицинского факультета универси-
тета отнюдь не является исключением. Другие факультеты
прошли не менее тернистый путь.

Создание университета в столь тяжелое время было од-
ним из смелых мероприятий молодой Советской власти, вы-
текавших из ленинской национальной политики большеви-
стской партии.

Перед университетом была поставлена задача готовить
кадры высококвалифицированных специалистов главным об-
разом из представителей местных национальностей. Подго-
товка узбекской молодежи для поступления в университет
осуществлялась в основном на Рабочем факультете, который
много сделал для воспитания местной интеллигенции из ра-
бочих и крестьян.

Я решил поступить на физико-математический факультет
университета. Но я настолько полюбил своих питомцев в
техникуме, что при всем своем желании не мог оставить их
на полдороге. Поэтому еще до окончания их учебы, а также
завершения ряда мероприятий по дальнейшему развитию тех-
никума начал самостоятельно заниматься по программе пер-
вого курса физико-математического факультета универси-
тета.

Очень трудно было найти университетские учебники,
особенно по циклу физико-математических наук, так как но-
вых учебных пособий для высшей школы, за редкими исклю-
чениями, еще не было, а тиражи старых оказались совер-
шенно недостаточными для удовлетворения растущих по-
требностей открываемых вузов. Поэтому мне приходилось
иметь дело исключительно с букинистами, особенно с «Экс-
курсантом» в Ленинграде, у которого я выписывал необхо-
димые книги.

Первая книга, которую мне удалось достать таким путем,
была «Функция» Н. Морозова, изданная в 1912 году. Это
объемистая книга большого формата, состоящая из 450 стра-
ниц. Основные понятия, лежащие в основе математического
анализа, в ней изложены популярно, доходчиво. Эта книга
открыла мне путь для дальнейших занятий в избранном
мною направлении.

По аналитической геометрии мне пришлось проработать
двухтомный «Курс аналитической геометрии» Дзиобека, из-
дания 1912 года (перевод с немецкого на русский язык); по
анализу «Курс дифференциального и интегральною исчисле-
ния» Поссе (4-е издание 1923 года); аналогичные курсы, со-

134
ставленные такими русскими математиками, как Млодзиев-
ский, Граве и другие.

Все эти курсы прорабатывались мною главным образом
по ночам, так как дни были заняты заботами по руковод-
ству техникумом, преподаванием, а также общественными
делами.

ПОЧЕМУ Я ПОЛЮБИЛ
МАТЕМАТИКУ

У читателя может возникнуть
вполне естественный вопрос, почему я увлекался математи-
кой. Как сказано выше, я начал свою преподавательскую
деятельность, имея лишь начальное образование. Поэтому
приходилось все время усиленно работать над повышением
своих знаний.

Самостоятельное изучение основ науки требовало в меру
моих способностей задумываться над теми или иными во-
просами, вникать в их сущность. Другими словами, этот труд
в известной мере носил творческий характер. Постепенно
начали выявляться сущность и специфика каждой изучаемой
дисциплины, и особенно математики, которая, в отличие от
других, прежде всего привлекала меня стройностью, после-
довательностью, безупречностью своих суждений, основан-
ных на железной логике.

Я всячески пытался сделать занятия с моими учениками
интересными, сочетая для этого теорию с практикой, с
жизнью, подбирая увлекательные примеры. В результате ма-
тематические соотношения, казавшиеся порою «сухими»,
«искусственными», со временем при ближайшем рассмотре-
нии их оказывались отображениями соответствующих фак-
тов окружающего нас мира.

Возьмем для примера задачу деления данной величины в
крайнем и среднем отношении, которая состоит в следую-
щем: разделить ее, то есть данную величину, на такие две
(неравные) части так, чтобы большая относилась к меньшей,
как вся величина относится к большей части. Решение этой
задачи 1 приводит нас к следующей бесконечной непериоди-
ческой дроби: 0,618034...

1 Если ограничиться положительным значением корня, получаемого
из квадратного уравнения,

135
Здесь характерно то, что как сама задача, так и получен-
ное решение носит слишком абстрактный характер, с пер-
вого взгляда весьма далекий от практического применения.
В действительности же дело обстоит как раз наоборот: оно
имеет важное значение и в искусстве, и в архитектуре, и в
антропологии, и в ботанике.

Рассмотрим это на самом простейшем примере — форме
прямоугольника, который встречается почти на каждом шагу
(книги, фотокарточки, столы, окна, двери и т. п.). Оказы-
вается, в тех случаях, когда отношение ширины прямоуголь-
ника к его длине соответствует рассматриваемому отноше-
нию (приблизительно 0,6, т. е. 3:5), то такая форма удовле-
творяет нашему вкусу. Таким образом, как квадратная, так
и слишком удлиненная прямоугольная форма представля-
ются нам некрасивыми — в этих случаях грубо нарушается
указанное соотношение.

В 60-х годах XIX века Рижским обществом естествоиспы-
тателей было предпринято следующее исследование: было
собрано несколько тысяч визитных карточек различных лиц,
а затем определено отношение длины неравных сторон. Ре-
зультат оказался поразительным: выведенная средняя до-
вольно точно соответствовала принципу деления в крайнем
и среднем отношении. Все это говорит о том, что вообще, вы-
бирая форму прямоугольника по своему вкусу, мы бессозна-
тельно руководствуемся указанными соотношениями.

Оказывается, что древние зодчие в своем творчестве ши-
роко применяли принцип деления в крайнем и среднем отно-
шении. Например, отношение высоты здания к длине его
основания, а также другие, аналогичные отношения соответ-
ствующих частей здания в шедеврах древней архитектуры
довольно точно удовлетворяют этому принципу.

Далее, оказывается, что идеально сложенное человече-
ское тело также построено на принципе рассматриваемого
деления, что подтверждается произведениями античной
скульптуры. Например, если высоту хорошо сложенной фи-
гуры человека разделить по указанному принципу, то линия
раздела приходится как раз на высоте пупка. Далее, если
каждую из полученных частей разделить по тому же прин-
ципу, то линия раздела пройдет опять-таки в определенных
анатомических пунктах. Точно так же и другие части тела —
голова, рука, кисть и т. д. расчленяются на естественные ча-
сти по тому же закону.

136
Аналогично этот закон находит применение в ботанике
и музыке, останавливаться на которых мы не будем.

Допустим теперь, что произведение двух переменных ве-
личин р и v равно постоянной величине С:

pv = С

Оказывается, это соотношение между тремя «сухими бук-
вами» имеет вполне определенный физический смысл, а
именно: является математическим выражением закона

Бойля — Мариотта. Если под V подразумевать объем данной
массы газа при постоянной температуре, а под р — давление,
под которым он находится, то произведение давления
(р) газа на его объем (v) есть величина постоянная, или
иначе: объем данной массы газа обратно пропорционален
давлению, под которым он находится.

Как известно из школьного курса геометрии, в любом
прямоугольном треугольнике сумма квадратов катетов равна
квадрату гипотенузы. Такая зависимость между сторонами
прямоугольного треугольника, как известно, называется тео-
ремой Пифагора. Однако значит ли это, что она является
изобретением Пифагора? Конечно, нет. Ведь эта зависи-
мость существовала миллионы лет до Пифагора. Она суще-
ствует объективно. Заслуга Пифагора в данном случае за-
ключается только в том, что он, быть может, впервые обна-
ружил эту зависимость. Итак, если катеты прямоугольного
треугольника равны а и Ь, а гипотенуза с, то а2 + Ь2 =с2, и
обратно — соотношению этого вида соответствует прямо-
угольный треугольник с катетами, равными а и Ь, гипотену-
зой, равной с.

В качестве последнего примера рассмотрим следующее
уравнение:

у2 = 2рх + qx2,

где р и q — постоянные, а х, у — переменные величины.

Если подробно изложить замечательные свойства кривых,
изображаемых этим уравнением, а также их многочисленные
применения в науке и технике, то получится солидная книга.
Например, при q отрицательном рассматриваемое уравнение
выражает собою эллипс. Достаточно сказать, что планеты
нашей солнечной системы движутся по орбитам, близким к
эллипсам. Поэтому в расчетах, связанных с орбитами наших
планет, эта кривая играет большую роль. При q, равном нулю,
она выражает параболу, которая также имеет многочислен-

137
ные приложения, например в баллистике — науке о движе-
нии снаряда и т. п.

Аналогичных примеров можно привести сколько угодно.
Однако рассмотрение их, во-первых, не входит в мою за-
дачу, во-вторых, оно потребовало бы от читателя наличия
соответствующего математического аппарата. Поэтому я
брал простейшие примеры, чего вполне достаточно для ука-
занной цели.

История развития мировой науки показывает, что форми-
рованию научного познания предшествует длинный период
накопления данных наблюдений и их изучений. Научные
понятия возникают тогда, когда теоретические обобщения
данных наблюдений совершаются при помощи научной
абстракции, которая дает возможность глубже изучать яв-
ления.

В частности, изучение явления на основе характеризую-
щих его количественных соотношений путем абстрагирова-
ния от вещественной природы этого явления приводит к ма-
тематическим понятиям, а сама математика зарождалась в
тесной связи с потребностью житейской практики и разви-
валась вместе с общим ходом развития человеческого обще-
ства, удовлетворяя его растущие культурные потребности.

Таким образом, реальное содержание рассмотренных
нами математических соотношений вовсе не является слу-
чайным, а наоборот, оно вытекает из общего определения
предмета математики, сформулированного Ф. Энгельсом:
«Чистая математика имеет своим объектом пространствен-
ные формы и количественные отношения действительного
мира, стало быть — весьма реальный материал. Тот факт, что
этот материал принимает чрезвычайно абстрактную форму,
может лишь слабо затушевать его происхождение из внеш-
него мира. Но чтобы быть в состоянии исследовать эти
формы и отношения в чистом виде, необходимо совершенно
отделить их от содержания, оставить это последнее в
стороне как нечто безразличное...»1

Следовательно, как пишет Ф. Энгельс, математические
формулы и уравнения отнюдь не являются продуктом чело-
веческой фантазии, а, наоборот, являются отображением за-
кономерности действительного мира.

Наконец, важнейшая особенность математики состоит в

' Фридрих Энгельс. Анти-Дюринг. Политиздат, 1966, стр. 33.

138
том, что она дает нам возможность наиболее экономно мы-
слить, что весьма важно. Заметим, что сама наука по суще-
ству является совокупностью упорядоченной мысли.

РАДОСТЬ, КОТОРАЯ
ЖИВЕТ ВСЕГДА

Р адость бывает разная. Бы-
вает радость преходящая. Но бывает и такая радость, кото-
рая живет всегда.

Человек совершил ответственный шаг, оказавший влия-
ние на всю его дальнейшую жизнь. Исполнил трудное, но
важное задание. Вступился за правду и отстоял ее. Не свер-
нул с пути, когда пришла беда, остался верным делу, кото-
рому служит. И пережив это, испытал небывалую, не сравни-
мую ни с чем радость. И эта радость поселяется в сердце, не
уходит, остается в нем навсегда. И оглядываясь назад, на
прожитое, человек испытывает ее вновь и вновь.

Для меня такая непреходящая, давняя и в то же время са-
мая сегодняшняя радость — вступление в партию. Я всту-
пил в нее в год ленинского призыва — в двадцать четвертом.
Еще задолго до этого я знавал многих коммунистов. И восхи-
щался ими — их убежденностью в правоте ленинского дела,
их преданностью народу и его интересам, их страстностью и
беззаветной отвагой в борьбе с врагами.

Я спрашивал себя: «Смогу ли стать таким же?» И не ре-
шался ответить: «Да!» Но вот пришел 1924 год, и с нами не
стало Владимира Ильича. И тогда я понял, что должен встать
в ряды партии. Должен, чтоб хоть как-то — каплей моей
жизни, каплей моего труда восполнить огромное море по-
тери.

Я помню каждый свой шаг в те дни: как писал заявление,
как просил дать рекомендации. Помню партийное собрание,
которое решило: быть мне коммунистом! Помню те счаст-
ливые мгновения, когда получал кандидатскую карточку, а
потом партийный билет... И радость от доверия товарищей-
единомышленников.

Красная книжечка — мой партийный билет постоянно на-
поминает мне об этом доверии. Партия учила меня. Я рос —
был членом пленума райкома, горкома, обкома. Наконец,
членом Центрального Комитета Компартии Узбекистана.

139
Партия стала для меня, как и для всех коммунистов, шко-
лой идей марксизма-ленинизма, школой жизни — трудовой и
обыденной. И даже, если хотите, семейной.

Да, семейной!

1923 и 1924 годы в моей жизни имеют особое значение.
Дело в том, что в эти годы я стал отцом, а Айшахан — ма-
терью двух детей. В двадцать третьем она подарила мне дочь,
а в двадцать четвертом — сына. С этого времени жизнь моей
семьи стала еще более полнокровной, еще более яркой,
неописуемо радостной, что способствовало проявлению но-
вых сил и энергии.

В прошлом, в дореволюционной Средней Азии, рожде-
ние дочери порою встречало отрицательную реакцию, осо-
бенно со стороны отца. Это явление в своей основе несо-
мненно имело экономическое соображение и сложилось в
результате невероятно тяжелой жизни трудящихся, находив-
шихся под двойным гнетом. Дочь считалась обузой в семье,
которая и так влачила жалкое существование. К сожалению,
остатки этого пережитка прошлого еще кое-где, хотя и
весьма редко, сохранились в сознании отдельных людей.

Однако при всех условиях я никак не могу себе пред-
ставить такого отца, который может отвернуться от безвин-
ного ребенка. Думаю, что одна детская улыбка стоит больше
всех сокровищ мира! До сих пор еще ни один художник не
смог изобразить эту улыбку, и вряд ли когда-нибудь удастся
это сделать, ибо ни перо писателя, ни кисть художника, ни
резец скульптора не в состоянии изобразить эту улыбку.
Всегда в той или иной мере копия отличается от подлинника.

Аналогично и материнская любовь также не имеет гра-
ниц. Эта любовь является источником доброты и заботы,
надежды и чаяний, которые проявляются искренне, сердечно
и присущи только матери, о чем может дать представление
следующая восточная легенда.

Молодой человек влюбился в девушку. Однако она, не-
смотря на все старания юноши, не отвечала ему взаимно-
стью. Наконец девушка согласилась выйти за него замуж,
если он выполнит одно условие. С этой целью она спраши-
вает молодого человека:

— Скажи, ты меня любишь искренне?

— Да, искренне и безгранично.

— А можешь это доказать на деле?

— Да, я готов доказать.

— Скажи, ты любишь свою мать?

140
— Конечно, люблю.

— В таком случае убей ее, а потом принеси мне ее
сердце.

Разумеется, юноша оказался в исключительно тяжелом
положении. Но в конце концов, после долгих раздумий, он
убивает свою мать и, вынув ее сердце, верхом на лошади
стремится к девушке. Вдруг по дороге лошадь споткнулась,
и юноша уронил сердце. Он склонился, чтобы поднять
сердце, и услышал голос матери:

— Эй, сынок, будь осторожен, а то упадешь!

На этом легенда кончается. Не буду распространяться о
поступках девушки и юноши, поскольку это легенда. При-
водя ее, хочу лишь подчеркнуть, что материнская любовь
поистине является безграничной.

Вообще, воспитание молодого поколения всегда было в
центре внимания передового человечества, что вполне зако-
номерно.

Решение этой проблемы зависит от сложившихся истори-
ческих условий, в связи с изменениями экономической и по-
литической структуры общества и классовой борьбы.

Великая Октябрьская социалистическая революция от-
крыла новую эру в осуществлении идеи коммунистического
воспитания молодого подрастающего поколения. Марксист-
ско-ленинское мировоззрение стало идейной основой твор-
ческой жизни советского человека. Созданный Марксом и
Энгельсом и развитый далее Лениным диалектический мате-
риализм стал не только средством познания мира и челове-
ческого общества, но и орудием их революционного преоб-
разования.

1924 год был для меня особенным еще и потому, что в мае
этого года состоялся первый выпуск учащихся Ферганского
областного педагогического техникума, созданного на базе
первой советской школы в Фергане и педагогических курсов
в Коканде. Областная газета «Фергана» весь свой номер от
26 мая 1924 года посвятила этому событию. В частности, она
писала: «Сегодня — день, украшающий ненаписанные стра-
ницы истории нашего народа. С чувством радости мы
должны будем вспомнить о нем. Ведь сегодня первые трина-
дцать наших молодых закончили единственный наш техни-
кум, получили среднее специальное образование и направ-
ляются в пока еще отсталый и бедный наш край, чтобы
строить новый быт и новую культуру».

141
О ПЕРВЫХ ПИТОМЦАХ
ПЕРВОЙ СОВЕТСКОЙ
ШКОЛЫ В ФЕРГАНЕ

Прошло четыре с половиной
десятилетия с тех пор, и я с чувством большой радости вспо-
минаю день первого выпуска в первом в Ферганской области
среднем учебном заведении. Меня радует, что первые выпу-
скники, а также и другие, вышедшие вслед за ними из стен
нашего техникума, стали активными строителями новой жиз-
ни — педагогами, учеными, инженерами, агрономами, партий-
ными и государственными деятелями. Трудовая деятельность
многих из них проходит на моих глазах, нам нередко прихо-
дится встречаться на различных собраниях, совещаниях, сес-
сиях, заседаниях ученых советов и т. д.

Расскажу о некоторых из них.

Ю. Т. Ташпулатов. Это сын бедняка, неграмотного
плотника, который со своей семьей жил под Ферганой в де-
ревне Бешбала. Мальчику приходилось ежедневно ходить в
школу и обратно домой пешком. Окончив техникум, создан-
ный на базе первой узбекской советской школы в Фергане,
Ю. Т. Ташпулатов поступил на химический факультет Сред-
неазиатского государственного университета. После оконча-
ния университета он много лет читал лекции на химическом
факультете, а затем заведовал кафедрой химии Гашкентского
института инженеров ирригации и механизации сельского
хозяйства. Большой ученый, он был прекрасным организато-
ром, а как человек — скромным, принципиальным.

Долгое время Ю. Т. Ташпулатов занимался исследова-
нием с целью получения сульфатостойкого глинит-портланд-
цемента, имеющего огромное значение для народного хозяй-
ства, особенно для гидросооружений. Эти исследования по-
лучили свое завершение защитой им докторской диссерта-
ции.

В 1958 году, после преждевременной смерти Ю. Т. Таш-
пулатова, была опубликована его монография «Глинит-порт-
ландцемент».

Р. К. Ата джанов — также сын деревенского бедняка.
Питомец упомянутой первой узбекской школы в Фергане,
вплоть до окончания техникума он прошел тот же путь, что
и Ю. Т. Ташпулатов. В 1926 году после моего отъезда на
учебу в университет Р. К. Атаджанов заменил меня и рабо-

142
тал директором Ферганского областного педагогического
техникума до 1930 года.

Потом Р. К. Атаджанов поступил на физико-математи-
ческий факультет вечернего Ферганского педагогического
института. После окончания института по настоящее время
он успешно ведет педагогическую и научную работу сначала
в Ферганском, а с 1939 года в Ташкентском государственном
педагогическом институте имени Низами. С 1961 года воз-
главляет кафедру элементарной математики и ее методики в
этом институте.

В 1946 году Р. К. Атаджанов защитил диссертацию и стал
кандидатом педагогических наук, а в 1947 году ему при-
своено звание доцента.

Среди опубликованных работ Р. К. Атаджанова заслужи-
вает особого внимания составленное им прекрасное руковод-
ство, предназначенное для студентов педагогических вузов
и учителей средних школ, — «Методы геометрических по-
строений». Ценность этой работы заключается в том, что она
оригинальная и впервые издана на узбекском языке. Работа
написана довольно обстоятельно и методично.

Ф. Ш. Ш а м су тд и н о в — сын бедного извозчика, ко-
торого я знал лично еще до Октябрьской революции. Он це-
лыми днями стоял на бирже для извозчиков, расположенной
около нашего жилья. Ф. Ш. Шамсутдинов является одним из
тех, кто поступил в первую Ферганскую советскую школу
сразу же после победы Октября. Помнится, как был глубоко
тронут его отец заботой Советской власти. Выражая ей свою
признательность, он говорил: «Не только я сам, но и весь
мой род был неграмотным, наконец-то сын будет грамот-
ным».

Однако Ф. Ш. Шамсутдинов стал не просто грамотным,
но инженером и крупным партийным деятелем. На протяже-
нии ряда лет он занимает крупные партийные посты. В по-
следние годы — пост первого секретаря Ферганского област-
ного комитета коммунистической партии Узбекистана.

У. А. Арифов — ныне действительный член Академии
наук Узбекской ССР, также бывший воспитанник Ферган-
ского областного педагогического техникума. Окончив в
1928 году техникум, он в том же году поступает на физико-
математический факультет Педагогической академии в Са-
марканде. После ее окончания в 1932 году по специальности
физика начинается педагогическая, научная и организатор-
ская деятельность У. А. Арифова в различных педагоги-

143
ческих и научно-исследовательских институтах республики.
С 1956 года он является директором Института ядерной фи-
зики Академии наук Узбекской ССР.

В 1954 году за исследование процессов, происходящих
при бомбардировке металлов положительными ионами,
У. А. Арифову была присвоена ученая степень доктора фи-
зико-математических наук. Совместно с группой ученых им
разработа'н новый экспериментальный метод исследования
так называемых вторичных явлений, происходящих при воз-
действии потоков атомных частиц (атомов, ионов и электро-
нов) на поверхности твердых тел. Исследования У. А. Ари-
фова, проведенные им совместно с группой ученых, обоб-
щены в монографии «Взаимодействие атомных частиц с по-
верхностью металлов», выпущенной издательством АН
УзССР в 1961 году в Ташкенте.

В качестве последнего примера рассмотрим деятельность
Д. К. Саидова, бывшего воспитанника того же техникума.
Получив высшее образование, он специализировался в об-
ласти биологии. В 1941 году им была успешно защищена
кандидатская диссертация на тему «К вопросу об анатомо-
морфологических изменениях листа хлопчатника, поражен-
ного паутинным клещиком».

В дальнейшем внимание Д. К. Саидова было обращено на
проблему влияния карбонатно-магниевого засоления лугово-
болотных почв на культурные и дикорастущие растения.
В течение ряда лет он настойчиво проводил большие иссле-
дования в этом направлении, которые завершились успеш-
ной защитой им в 1960 году докторской диссертации на тему
«Влияние карбонатно-магниевого засоления почв на анатомо-
морфологические и физиологические особенности хлопчат-
ника и кукурузы». Являясь сводной работой в этой области,
она, в частности, показывает пути практической борьбы с за-
солением рассмотренного типа и повышения урожайности
хлопчатника в этих условиях. Агротехнические методы,
предложенные Д. К. Саидовым, успешно внедряются в прак-
тику.

В 1962 году Д. К. Саидов был избран членом-корреспон-
дентом Академии наук Узбекской ССР, а также руководите-
лем лаборатории морфологии и анатомии растений Инсти-
тута ботаники этой Академии, директором которого он яв-
ляется с 1964 года. В настоящее время Д. К. Саидов со своими
сотрудниками и учениками разрабатывает важнейшие во-
просы изменчивости структурных признаков растений под

144
Педагогический техникум в г. Коканде. Я (слева у теодолита) про-
вожу занятие по геометрии. Справа налево: Р. Атаджанов, Ф. Шам-
сутдинов, Ш. Разаев, М. Рахманов, А. Беккузин, Ю. Ташпулатов,
У. Турсунов, М. Рахматуллаева, 3. Мирсалимова, Т. Захидов, Ф. Рах-
манов. 1922 год.

Ферганская областная конференция учителей. Коканд, 1925 год.
Айшахан Кары-Ниязова со своими ученицами
и дочерью Динарой.

Областной педагогический техникум. Фергана, 1925 год.
влиянием условий внешней среды. В 1968 году Д. К. Саидов
избран академиком Академии наук Узбекской ССР.

Ограничиваясь приведенными примерами, заметим, что
такие деятели науки и культуры, как академики У. Уразбаев,
Т. Захидов, член-корреспондент Академии наук Узбекской
ССР А. Аминов, народный поэт Узбекистана С. Абдулла и
многие другие, также вышли из стен Ферганского областного
педагогического техникума.

Но вернемся к техникуму. Он разросся настолько, что за-
нимаемые им в Коканде три здания уже не могли удовлетво-
рить его возросшие потребности. С другой стороны, в самом
Коканде к тому времени не было такого здания, которое в
полной мере обеспечило бы нужды бурно развивающегося
учебного заведения. Поэтому по решению Областного ис-
полнительного комитета техникуму было предоставлено
самое лучшее здание области — здание бывшей мужской гим-
назии в Фергане, куда он и переехал осенью 1924 года.

В Фергане техникум еще шире развернул свою деятель-
ность. Приказом по Наркомпросу Узбекистана от 14 марта
1925 года за № 118 техникум был объявлен «образцовым и
примером для других подобного рода учреждений». В ре-
зультате популярность педтехникума вышла далеко за пре-
делы Ферганской области: все чаще и чаще стали приезжать
в педтехникум представители различных школ из самых от-
даленных городов республики для ознакомления с опытом
его деятельности.

Забегая несколько вперед, замечу, что в 1930 году техни-
кум был преобразован в Ферганский областной педагогиче-
ский институт. Таким образом, первая советская узбекская
школа, созданная в первые же дни Октябрьской революции,
в истории развития культуры узбекского народа занимает
важное место. Ее судьба сложилась знаменательно: разви-
ваясь, она превратилась в Ферганскую областную школу вто-
рой ступени, последняя, соединившись с педагогическими
курсами, преобразовалась в Областной педагогический тех-
никум, и, наконец, техникум, развиваясь, превратился в ны-
нешний Ферганский педагогический институт имени Улуг-
бека.

О первом выпуске педагогического техникума в 1924 году
было сказано выше. Упомянутая газета «Фергана», посвятив-
шая весь свой номер от 26 мая 1924 года этому событию,
писала тогда: «Пусть эти тринадцать станут тринадцатью ты-
сячами!»

"10 Т. Н. Кары-Нияэо»

145
Спустя 40 лет, 4 июня 1964 года, по инициативе газеты
«Правда Востока» в ее редакции состоялась встреча бывших
выпускников педагогического техникума. Это была волную-
щая встреча, оставившая одно из лучших воспоминаний в
моей жизни: через 40 лет мне было суждено встретиться со
своими убеленными сединами питомцами, являющимися
крупными деятелями социалистического строительства.

Этой встрече газета посвятила специальную полосу.
В частности, в ней помещена следующая справка Статуправ-
ления Узбекской ССР: «В настоящее время в общеобразова-
тельных и других школах и училищах Узбекистана работает
113 тысяч педагогов с высшим и средним специальным обра-
зованием».

* *

*

В марте 1968 года я и моя супруга получили приглашение
принять участие в торжестве, посвященном 50-летию первой
советской школы в Фергане. Разумеется, мы с удовольствием
приняли приглашение. Юбилей этой школы, как писала пе-
чать, стал праздником культуры узбекского народа.

Зал школы заполнили педагоги, представители партий-
ных, советских, профсоюзных и комсомольских организа-
ций. Судьбе было угодно, чтобы через полвека за столом
президиума оказались: с одной стороны, организаторы этой
школы в лице автора этих строк и его супруги, с другой —
один из первых ее питомцев, ныне первый секретарь Фер-
ганского областного комитета коммунистической партии
Узбекистана Ф. Ш. Шамсутдинов.

Трудно передать словами то, что было пережито в этот
час. Здесь, за столом президиума, перед моими глазами как
на экране проходили мои суровые детские и юношеские
годы, особенно первые годы после победы Октябрьской ре-
волюции, когда в обстановке хозяйственной разрухи, голода
и острой классовой борьбы создавалась первая советская уз-
бекская школа.

С чувством огромной радости я слушал доклад директора
школы об успехах и достижениях этой школы. Действи-
тельно, она неузнаваемо выросла за истекшие 50 лет. Теперь
школа занимает новое, специально построенное для нее зда-
ние с просторными классами, хорошо оборудована, обеспе-
чена наглядными пособиями, учебными лабораториями, ка-
бинетами, огромным спортивным залом. Если в 1917 году,

146
когда она начала свою работу, в ней было не многим более
40 учеников и четыре преподавателя, то теперь в этой школе
насчитывается 1150 учащихся и 60 преподавателей, в том
числе 47 — с высшим образованием. Среди окончивших
школу многие стали учеными, около 100 врачей, более 200 ин-
женеров, 50 учителей, свыше 50 партийных работников.

На другой день после юбилейного торжества в школе я
решил совершить экскурсию по городу. Однако облик го-
рода так сильно изменился, что сразу я не мог ориентиро-
ваться. Вместо бывших невзрачных глинобитных домов и хи-
барок стояли красивые многоэтажные дома. От прежних
пыльных улиц, по которым в детстве не раз я бегал босиком,
катая палкой железный обруч, не осталось и следа. Теперь
я шагал по асфальтированным тротуарам и улицам благо-
устроенного города, украшенного садами, парками, аллеями,
цветниками, фонтанами, стадионом.

До Октябрьской революции в городе насчитывалось не-
многим более 12 тысяч человек. В тихие летние месяцы
можно было услышать доносившийся издали голос продавца
мороженого, который, толкая двухколесную тележку, кри-
чал: «Моро-о-женое»; или характерный вызов: «Из-во-о-
зчик», на что последний, стоявший где-то далеко на бирже
(стоянке), взмахнув кнутом и погнав лошадь, реагировал
громким: «Сей-ча-ас!»

Теперь население города достигло 120 тысяч человек, то
есть увеличилось примерно в 10 раз по сравнению с населе-
нием дооктябрьской Ферганы. Город живет многогранной
кипучей жизнью. До Октябрьской революции здесь была
одна городская библиотека, один небольшой частный кино-
театр и так называемое «военное собрание», где развлека-
лись главным образом царские офицеры. А теперь в городе
23 библиотеки, 31 кинотеатр, 14 клубов, два театра, Дом куль-
туры, Дом народного творчества, 31 средняя общеобразова-
тельная школа и 14 различных профессиональных училищ и
техникумов. Город давно стал вузовским: здесь успешно
ведут учебную и научную работу такие высшие учебные
заведения, как педагогический и политехнический инсти-
туты.

Любуясь родными местами, я бродил по городу как во
сне и вдруг остановился уюгромного трехэтажного дома.

— Что это за здание? — спросил я своего спутника.

Оказалось, что это общежитие студентов Педагогического
института имени Улугбека.

147
Оглядываясь вокруг и напрягая свою память, я восклик-
нул:

— Здорово! Ведь здесь до Октябрьской революции стоял
водочный завод.

— Да что вы говорите! — воскликнул в свою очередь мои
собеседник.— А я не знал этого.

Разумеется, он и не мог знать этого, потому что был молод.

~ Это в высшей степени символично,— заметил я, на
месте водочного завода красуется общежитие студентов, где
молодежь грызет гранит науки.
ТРУД, СЧАСТЬЕ

ВРЕМЯ,

В науке нет широкой столбовой до-
роги, и только тот может достигнуть
ее сияющих вершин, кто, не стра-
шась усталости, карабкается по ее
каменистым тропам.

К. Маркс

НЕТ, Я НЕ ОШИБСЯ!

D 1926 году, закончив путем
самообразования изучение предметов за первый курс физи-
ко-математического факультета университета и сдав дела
директора педтехникума в Фергане своему преемнику,
я уехал в Ташкент, чтобы продолжать учебу очным поряд-
ком. Вся моя семья устроилась в доме Ходжиматбая на Урде,
заняв одну комнату с передней.

Физико-математический факультет университета нахо-
дился в здании около так называемого «Куриного базара».
В настоящее время от хибарок Урды и «Куриного базара» не
осталось и следа: на их месте возвышаются красивые благо-
устроенные дома.

Деканом физико-математического факультета универси-
тета был Н. А. Кейзер, к которому я и обратился со своей
просьбой:

— Я приехал из Ферганы; хочу поступить сразу на вто-
рой курс физмата. Прошу разрешить мне сдать экзамены по
дисциплинам, пройденным на первом курсе.

— А какую школу вы окончили? — спросил Н. А. Кейзер.

— Только начальную, а курс средней школы и материал
за первый курс физмата изучал самостоятельно.

Кейзер не успел ответить мне, как в комнату вошел про-
ректор университета по учебной части А. Л. Бродский.

— Очень кстати пришли, Абрам Львович, — сказал декан,
обращаясь к нему, и, показывая на меня, продолжал: — Этот

149
молодой человек приехал из Ферганы, хочет поступить сразу
на второй курс физмата,- Далее он объяснил Бродскому все

то, что мною было сказано. u

____ Очень хорошо, только вам, молодой человек, при-
дется сперва на общем основании поступить на первый курс,
чтобы иметь право студента,-заметил Абрам Львович,-
после этого вам дадут зачетную книжку. Тогда с этой книж-
кой вы можете обращаться к соответствующим профессорам,
которые и примут у вас экзамены за второй курс.

Пришлось по конкурсу сначала поступить на первый курс
университета. Получив зачетную книжку, я начал один за
другим сдавать экзамены за первый курс физмата и вскоре
был переведен на второй курс того же факультета.

Разумеется, со студентами второго курса я еще не был
знаком. В аудитории второго курса, куда я вошел впервые,
студенты уже сидели на своих местах, очевидно, в ожидании
профессора. Я занял ближайшее свободное место.

— Откуда вы, товарищ? — спросил меня сосед, студент-
узбек, с некоторым оттенком иронии.

— Из Ферганы,—ответил я ему.

— А когда вы поступили в университет?

— Недавно. _

— В таком случае, — заметил он, продолжая улыбаться,
но уже с явной иронией, — вы ошиблись, здесь занимается

второй курс. с _

— Нет я не ошибся,-сказал я твердо, также улыбаясь.

Только’ после обстоятельного объяснения истории моего
поступления мой сосед понял, в чем дело. u

В 20-е годы Среднеазиатский государственный универси-
тет был самым крупным научным и культурным центром
Средней Азии. В его стенах проходила педагогическая и на-
учная деятельность посланцев В. И. Ленина - математика

B. И. Романовского, биолога Д. Н. Кашкарова, химика

C. Н. Наумова, геолога А. С. Уклонского, ботаника Ь. 11. Ко-
ровина, антрополога Л. В. Ошанина, почвоведа Н. Л. Димо и
многих других ученых.

Университет вел свою учебную и научно-исследователь-
скую работу в составе пяти факультетов: физико-математи-
ческого, инженерно-мелиоративного, сельскохозяйственного,
медицинского и общественных наук.

При университете был создан ряд научно-исследователь-
ских институтов и научных обществ, которые также вели
большую научно-исследовательскую работу.

150
Небезынтересно заметить, Что всего лишь 12 студентов
насчитывалось в Московском университете в первые годы его
существования. В Среднеазиатском государственном уни-
верситете в первом году его основания училось 1314, а че-
рез пять лет, то есть в 1924 году, — 2278 студентов.

В аудиториях, лабораториях и кабинетах университета
молодежь с огромным воодушевлением, невероятным усер-
дием и упорством овладевала наукой. В борьбе за знания
выявилась вся потенциальная энергия освобожденного рево-
люцией молодого поколения.

В университете я с головой окунулся в новый мир, мир
кипучей деятельности огромного творческого коллектива:
принимал участие в его общественной жизни, в частности,
в создании курсов по подготовке рабочих в университет; на
общественных началах руководил этими курсами, а также
преподавал математику; посещал заседания различных об-
ществ; выступал с лекциями и докладами среди учителей и
населения города.

На новом месте пришлось работать с еще большим напря-
жением. Дома, в передней с земляным полом, служившей мне
рабочим кабинетом, нередко я проводил над книгами бессон-
ные ночи.

НОВЫЙ ЭТАП
В РАЗВИТИИ
ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ

У спехи народов Средней Азии
в области государственного, хозяйственного и культурного
строительства явились основными предпосылками для важ-
нейшего политического события в жизни этих народов,
вытекающего из ленинской национальной политики Комму-
нистической партии, — национально-государственного разме-
жевания.

27 октября 1924 года вторая сессия ЦИК СССР удовлетво-
рила ходатайство Чрезвычайной сессии Туркестанского
Центрального Исполнительного Комитета, V Всебухарского
Курултая Советов и V Всехорезмского Курултая Советов о
национально-государственном размежевании, а 5 декабря
того же года Революционный Комитет Узбекской Советской
Социалистической Республики в своем воззвании ко всем

151
трудящимся Узбекистана провозгласил образование Узбек-

СК°Первый съезд Советов Узбекской ССР, происходивший в
феврале 1925 года, торжественно принял <<Декларацию об
образовании Узбекской ССР», в которой было «a3a«Во_
имя осуществления национального самоопределения на азан
посте Советской власти на Востоке - в Средней Азии -
посГе ликвидации всех препятствий к полной Реализации
основных идей национального самоопределения РУ£
щиеся массы кишлаков и аулов узбекских земель в лице пер
вого съезда Советов с территории бывшей ТУР*еста"ск° ’
Бухарской и Хорезмской республик торжественноивовсе
услышание объявляют, что отныне на территории УзбеЬР
народа... впервые в истории этого народа учреждается Узбек
скГя Союзная Советская Социалистическая Республика ра-
бочих и крестьян»Г rip я ней

Национально-государственное размежевание Средней

Азии явилось крупнейшим политическим событием междуна
родного значения. В результате этого народы Средне
Азии были воссоединены в свободные советские гос>дар-

СТВНациональное размежевание ускорило социалистическое
строительство и развитие социалистических нации в Средне
КПриблизило органы управления - Советы к широким

государственный университет-«ют.
вниманию партии и правительства превратился в повинную
кузницу высококвалифицированных кадров. К десятому'году
существования университета число ^енто'в нем достигло
3267 человек, увеличившись примерно в шесть раз по^ Р

нию с 1918 годом, а профессорско-преподавательский сос а

насчитывал 265 человек, в том числе 65 профессоров и 75 до-
история развития человеческого общества показывает,
что процесс создания материальных и духовных ценносте
крайне Неравномерен и сложен. Характер этого процесса за-
ГГот целого ряда конкретных, “ДорическииС=ши>[ся
условий развития производительных сил, производственных
н„ГдРУ™миРсловам„, от того, „а «кой
экономической ступени находится общество на данном эта
своего развития.

1 «Правда Востока», 6 марта 1925 г.
Знаменательно, что наука в нашей стране начала разви-
ваться под благотворным влиянием великих идеи марксизма-
ленинизма, являющегося критическим итогом всего истори-
ческого развития научной мысли. Наука была поставлена на
службу трудящимся; она стала неотъемлемой частью рево-
люционной борьбы за построение нового, коммунистиче-
ского общества.

Начался новый этап в развитии высшей школы в крае, от-
меченный решительной борьбой партии за новое, соответст-
вующее данной исторической эпохе содержание работы
высших учебных заведений. В этой борьбе выявлялись идей-
ные позиции профессуры, разбившейся, по существу, на два
лагеря. Основным вопросом, вокруг которого шла борьба, по-
степенно становившаяся все более острой и принципиаль-
ной, был вопрос об отношении к марксизму-ленинизму,
являющемуся вершиной научной мысли. Основная масса
ученых нашей страны бесповоротно посвятила себя слу-
жению народу, делу Коммунистической партии, начала
упорно работать над овладением марксистско-ленинской тео-
рией.

В 1927 году организовалась Всесоюзная ассоциация ра-
ботников науки и техники для содействия социалистиче-
скому строительству в СССР (ВАРНИТСО), отделение ко-
торой было открыто и в Ташкенте. Вокруг этой организации
сгруппировалась наиболее прогрессивная, передовая часть
профессорско-преподавательского состава вузов. Ассоциация
занималась марксистско-ленинским воспитанием своих чле-
нов и оказывала практическую помощь социалистическому
строительству. Под руководством партийных организаций
она проделала значительную работу по пропаганде маркси-
стско-ленинской методологии, боролась против всякого рода
идеологических извращений. Особенно большую работу про-
вела Ассоциация в Среднеазиатском государственном уни-
верситете.

Кафедры университета, а также научно-исследователь-
ские учреждения при нем вели исследования по различным
отраслям науки. Например, к рассматриваемому периоду от-
носится широкий размах почвенных исследовании Института
почвоведения и геоботаники университета. Достаточно ска-
зать, что общая площадь, охваченная исследованием,
к 1927 году составила 50 миллионов гектаров. Полученные
результаты использовались планирующими организациями
при составлении планов развития сельского хозяйства.

153
Из года в год росло число научных экспедиций, органи-
зуемых различными научными учреждениями, в первую оче-
редь университетом и обществами, как по собственной ини-
циативе, так и по заданиям руководящих органов. В резуль-
тате расширились наши познания о природе Средней Азии,
ее производительных силах, сырьевых ресурсах, истории ее
народов. В частности, многочисленные геоботанические ис-
следования обогатили ботаническую географию Средней
Азии сведениями о закономерностях распределения расти-
тельности.

Появился ряд математических работ В. И. Романовского,
в том числе о статистических критериях принадлежности
данной особи к одному из близких видов. В его работе на
эту тему показана непримиримость в некоторых случаях
правила Гейнке при анализе признаков данной особи.
В. И. Романовский предложил новый оригинальный анализ,
пригодный во всех случаях, что имеет весьма важное значе-
ние в биологии. В те же годы появились и другие ценные ис-
следования В. И. Романовского, в частности, обобщение не-
равенства Маркова и применение этого неравенства в теории
корреляции, сокращенный вывод формулы К. Пирсона для
моментов гипергеометрического ряда, новое доказательство
теоремы Пуассона. Все эти исследования имеют весьма важ-
ное значение для математической статистики.

Вопросам теории алгебраических чисел и функций, наи-
менее уклоняющихся от нуля, посвящены были работы
Д. Г. Гребенюка. Численному интегрированию дифферен-
циальных уравнений — работы М. Ф. Субботина. Историко-
критическому обзору различных доказательств теоремы Эй-
лера о многогранниках — работа В. М. Комаревского.

БОЛЬШАЯ ЧЕСТЬ

Создание и становление пер-
вого в крае университета, где до Октябрьской революции
господствовала почти сплошная неграмотность среди мест-
ного населения,— это самые яркие страницы в истории куль-
туры и науки узбекского народа, пример успешной борьбы,
руководимой Коммунистической партиен большевиков, по
преодолению тех колоссальных трудностей, которые возни-
кали на этом пути.

154
Одна из самых серьезных трудностей заключалась в том,
что в первые годы после Октябрьской революции еще не
было местных квалифицированных кадров, которые могли
бы читать лекции на родном языке студентов, абсолютное
большинство которых слабо владело русским языком.
А время не ждало. Поэтому кафедра математики по предло-
жению партийной организации университета решила сделать
смелый эксперимент, а именно: поручить мне читать лек-
ции на узбекском языке несмотря на то, что я был еще сту-
дентом. Это было в 1928 году.

Хорошо помню тот день, когда впервые мне было суждено
подняться на кафедру университета и читать первую, всту-
пительную лекцию. И я горжусь тем, что на мою долю вы-
пала большая честь, ибо речь идет о первом в истории моего
народа случае, когда с университетской кафедры прозвучал
голос представителя узбекского народа, обращенный к своим
соплеменникам на своем, родном языке.

Я готовился к этой лекции довольно тщательно. В моем
архиве сохранились ее наброски.

За несколько дней до начала лекции на витрине появи-
лось объявление об этом. Обратившие внимание на это неко-
торые мои русские однокашники начали шутить:

— Мы надеемся, профессор, что вы разрешите нам послу-
шать вашу лекцию!

— Пожалуйста, сделайте одолжение! — отвечал я.

— Только жаль, что мы не владеем узбекским языком.

— А я, наоборот, радуюсь тому, что буду читать именно
на узбекском языке.

Настал долгожданный день и час. Аудитория, предназна-
ченная для лекции, была битком набита не только студен-
тами, но и другими, неизвестными мне лицами, как выясни-
лось потом — учителями узбекских школ.

Я имел значительный опыт преподавания в средней
школе, но с такой многолюдной и притом авторитетной ауди-
торией встретился впервые. Поэтому с волнением подошел
к кафедре и, поздоровавшись с присутствующими, приступил
к лекции'.

— Товарищи! На нашу долю выпало великое счастье. И в
самом деле, ведь вы являетесь первыми студентами первой
высшей школы в крае, а я, ваш старший товарищ, являюсь
первым вашим преподавателем. Трудно переоценить значение

1 Воспроизвожу по сохранившимся фрагментам моих записей.

155
этого события, если вспомнить то состояние культуры, в ко-
тором мы с вами находились в недавнем прошлом, лет 1U
тому назад. Этому событию мы с вами обязаны ленинской
национальной политике Коммунистической партии больше-
виков.

Высокая честь быть строителями первого в мире комму-
нистического общества. И мы с вами можем решить эту за-
дачу, как указывал наш учитель В. И. Ленин на Ш съезде
комсомола, только овладев всеми современными знаниями
Это в высшей степени благородная, почетная, но вместе
тем и нелегкая задача. Для этого необходимо основательно
потрудиться, попотеть...

Приведу также заключительные слова моей вступитель-

ной лекции: „

— Товарищи! Изучение жизни великих людей показы-
вает что они были и великими тружениками, они упорно дер-
жались своего пути и с истинным героизмом преследовали
свои благородные цели, достигая их путем неутомимой дея-
тельности. Великим, неутомимым тружеником был Ленин. Все,
что есть в мире лучшего, светлого, благородного, нашло свое
воплощение в Ленине. Так пусть вдохновляет вас, товарищи,
на самоотверженный творческий труд образ гениального тру-
женика, неутомимого борца за счастье человечества, созда-
теля Коммунистической партии и Советского государства,
вождя и учителя всех трудящихся, великого Ленина!

Аудитория, где на протяжении всей лекции царила ти-
шина, на последние слова реагировала дружными аплодис-
ментами. Этот день навсегда останется в моей памяти как
день получения путевки на кафедру высшей школы, с кото-
рой по сей день я продолжаю обращаться к нашей молодежи
с душевным словом.

После окончания университета я продолжал читать здесь
такие курсы, как аналитическая геометрия, высшая алгебра,
математический анализ, в частности теория функции (дей-
ствительного и комплексного переменного), курс дифферен-
циальных уравнений и т. п., как на узбекском, так и на рус-
ском языках (для русских групп), а несколько позже,
с 1938 года, стал руководить кафедрой общей математики.

В тридцатом году, когда мне довелось первым из узбеков
защитить дипломную работу по математике, это также было
не обычным явлением, как теперь. В моем архиве хранится
письмо профессора Л. В. Ошанина, в котором он в связи с
моим пятидесятилетием делится своим воспоминанием об од-

156
ном эпизоде, связанном с указанной защитой. Оно характе-
ризует братское отношение русских ученых к местному
населению. «Мне хочется Вас поздравить, — пишет профес-
сор, — т. к. мы, старые туркестанцы, всегда радуемся огром-
ному культурному росту местного коренного населения,
среди которого мы родились и выросли. Очень живо помню
один эпизод из эпохи, когда Вы оканчивали САГУ (Средне-
азиатский государственный университет. — К.-Н.). Я шел по
скверу и увидел — навстречу мне несется чем-то взвол-
нованный, всегда экспансивный (ныне уже покойный)
проф. Д. Н. Кашкаров. «Что с Вами? — спрашиваю,—Что
случилось?» А он мне в ответ: «А то случилось, батенька, что
я сейчас с защиты дипломной работы. Завернул послушать к
математикам. А там какой-то узбек Кары-Ниязов защитил
свою специальную математическую работу...»» Здесь я вы-
нужден прервать цитату, так как дальше проф. Д. Н. Кашка-
ров со свойственной ему экспансивностью перешел к востор-
женной оценке работы и прогнозу о моей будущности.

Важно и характерно то, что эти защиты не только ди-
пломных работ, но и диссертаций на соискание ученых сте-
пеней давно стали обычным явлением в деятельности науч-
ных и высших учебных заведений нашей республики.

ДОГНАТЬ
И ПЕРЕГНАТЬ!

D резолюции XV съезда
ВКП(б) о директивах по составлению пятилетнего плана на-
родного хозяйства указывалось на необходимость «уделить
особое внимание вопросам подъема экономики и культуры
отсталых национальных окраин и отсталых районов...»'. В ре-
золюции говорилось также о «наибыстрейшей подготовке
кадров таких квалифицированных и научных сил, которые,
стоя на уровне мировой науки и техники, были бы актив-
ными участниками социалистического строительства»1 2. Эти
указания нашей партии, вытекавшие из ее национальной по-
литики, были успешно реализованы.

1 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и плену-
мов ЦК», ч. II. Госполитиздат, 1954, стр. 463.

2 Там же, стр. 466.

157
В народное хозяйство Узбекистана в период первой пяти-
летки было вложено свыше одного миллиарда рублей, в том
числе 264 миллиона рублей — в промышленность. Среди ши-
роких масс трудящихся возникло мощное движение за до-
срочное выполнение пятилетнего плана, разрабатывались
встречные планы, был выдвинут лозунг: «Пятилетка в четыре
года».

В обстановке небывалого политического и производст-
венного подъема была проделана огромная работа по рекон-
струкции существующей и созданию новых отраслей npoj
мышленности, в первую очередь — тяжелой. За годы первой
пятилетки в республике построено почти 200 заводов и фаб-
рик. Основные производственные фонды промышленности
по сравнению с 1913 годом возросли в шесть раз.

Проведение политики индустриализации уже в годы пер-
вой пятилетки коренным образом изменило структуру про-
мышленности. Появились новые для Узбекистана отрасли —
машиностроительная, холодильная, хлопчатобумажная, три-
котажная, шелковая и т. п. Росла и укреплялась энергети-
ческая база промышленности. Росла механизация, повы-
шалась культура и производительность труда в промыш-
ленности. В результате победы генеральной линии нашей
партии вся промышленность республики стала социалистиче-
ской.

Конфискация помещичьих земель и передача их беззе-
мельному и малоземельному крестьянству, начатые в Турке-
стане сразу же после установления Советской власти, завер-
шились в 1925—1928 годах. В республиках Средней Азии
была проведена земельно-водная реформа. В те годы в Узбе-
кистане ликвидировано 2643 хозяйства помещиков и круп-
ных баев; 66 тысяч безземельных и малоземельных хозяйств
получили землю, скот, сельскохозяйственный инвентарь, се-
мена, строительные материалы и денежные средства.

Одним из решающих факторов развития сельского хозяй-
ства в условиях Средней Азии является вода, владение кото-
рой с древнейших времен считалось вопросом жизни и
смерти для земледельца. Оросительная сеть до революции
находилась в руках помещиков и баев, имевших монополь-
ное право на реки и владевших ирригационными сооруже-
ниями. Собственность на землю и воду основывалась на ша-
риате — мусульманском религиозном законоучении. Поэтому
проведение земельно-водной реформы имело для трудящихся
дехкан поистине великое историческое значение. В резуль-

158
тате этой реформы была окончательно уничтожена экономи-
ческая основа господства помещиков и капиталистов в де-
ревне и создана база для социалистической реконструкции
сельского хозяйства Узбекистана. Как и по всему Советскому
Союзу, в 1929 году в Узбекистане началась коллективизация
сельского хозяйства.

На основе происшедших преобразований начался новый
этап в развитии научно-исследовательской работы в респуб-
лике. Реорганизовывались, расширялись и укреплялись ста-
рые и создавались новые научно-исследовательские учреж-
дения, лаборатории, научные станции.

Так, в 1927 году начал свою работу Узбекский научно-
исследовательский институт местной промышленности; в том
же году Ташкентская научно-исследовательская станция по
шелководству была реорганизована в Среднеазиатский науч-
но-исследовательский институт шелководства.

В 1928 году начала работать Широтная станция имени
Улугбека в Китабе. Как известно, около середины XIX века
обнаружено периодическое колебание земных полюсов, то
есть медленное, так называемое вековое изменение широты.
Ввиду чрезвычайной важности этого явления еще в 1899 году
была организована Международная служба широты, которую
несут несколько станций, расположенных на параллели
ЗЭ0^ в северном полушарии. Одной из них является Широт-
ная станция имени Улугбека в Китабе, оборудованная новей-
шими первоклассными инструментами.

Возросшие запросы республики в области культурного и
научного строительства привели к созданию в 1929 году
Узбекского государственного научно-исследовательского ин-
ститута (УзГНИИ). Он был призван заниматься разработ-
кой вопросов культурного строительства, промышленности
и сельского хозяйства. В том же году организован Научно-
исследовательский институт хлопководства.

Широко развернулась научно-исследовательская работа
в области ирригации, мелиорации и почвоведения. Значи-
тельно улучшилась материально-техническая ирригационная
база, в частности, расширилась Ак-Кавакская опытно-ороси-
тельная станция и открылись еще четыре станции. Исследо-
вания начали принимать комплексный характер.

Вопросы проектирования и эксплуатации оросительных
систем разрабатывались с учетом требований, предъявляе-
мых сельским хозяйством республики. Однако были случаи,
когда вместо первоочередных задач разрабатывались вопросы

159
перспективного характера. Велись гидрометрические наблю-
дения режима главных рек среднеазиатских республик, во-
зобновились гидромодульные работы. В опытно-исследова-
тельском институте водного хозяйства наряду с общими
гидрологическими работами проводились испытания моде-
лей некоторых гидротехнических сооружений. В Фергане и
Голодной степи были созданы стационары для изучения за-
соления почв и выработки мер борьбы с ним.

По укоренившимся взглядам дореволюционной школы,
Средняя Азия считалась страной безрудной. Подобного рода
пессимистические взгляды были опрокинуты блестящими ра-
ботами наших советских геологов. Например, еще III Все-
союзный геологический съезд, состоявшийся осенью 1928 го-
да в Ташкенте, констатировал, что месторождения полиме-
таллических и других руд, считавшиеся имеющими чисто
научный интерес, оказались промышленными и даже богатей-
шими в Советском Союзе.

В результате этих открытий в геологических исследова-
ниях Средней Азии возникло новое направление, тесно свя-
занное с запросами быстро растущего народного хозяйства
страны (поиски и разведка полезных ископаемых, изучение
геологических условий для индустриального строительства).
Геолого-поисковыми работами этого периода было установ-
лено наличие нескольких десятков месторождений нефти в
Ферганской долине. Ьыли открыты месторождения редких
металлов, свинцовых руд, меди, золота, мрамора.

Наконец, кафедрами университета и научно-исследова-
тельскими институтами при нем разрабатывался целый ряд
важных теоретических вопросов в области математики, фи-
зики, геофизики, химии и астрономии.

В связи с принятием первого пятилетнего плана встала
проблема подготовки технических кадров. Это нашло свое
отражение в решении ноябрьского (1929 г.) Пленума

ЦК ВКП(б): «Гигантский размах социалистического строи-
тельства, осуществление пятилетнего плана, являющегося
практическим выражением лозунга партии «до1нать и пере-
гнать» передовые капиталистические страны, и, наконец,
обострение классовой борьбы в стране ставят перед партией
во всей широте и остроте проблему кадров в реконструк-
тивный период»'.

1 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и плену-
мов ЦК», ч. II, стр. 632.

160
Экономический и культурный рост республики подгото-
вил почву для успешного решения поставленной задачи.
К этому времени Среднеазиатский государственный универ-
ситет превратился в крупнейший учебно-научный центр. Не-
которые его факультеты разрослись настолько, что по суще-
ству представляли собой отдельные высшие учебные заведе-
ния, являлись готовой базой для развертывания сети отрасле-
вых вузов, столь необходимых для дальнейшего развития
народного хозяйства, науки и культуры народов Средней Азии.
В результате на базе соответствующих факультетов универ-
ситета один за другим открывались технические и другие
высшие учебные заведения. Так, например, были созданы
Институт инженеров ирригации и механизации сельского
хозяйства, Политехнический институт, Сельскохозяйствен-
ный институт, Институт железнодорожного транспорта, Тек-
стильный институт, Финансово-экономический институт.

В республике создавались также педагогические и учи-
тельские институты (в Бухаре, Самарканде, Фергане, Наман-
гане, Андижане, Маргилане, Ташкенте, Нукусе, Хорезме, Ур-
генче).

В рассматриваемый период я работал ректором Средне-
азиатского государственного университета. Как ректору и
первому профессору математики из узбеков, мне было
суждено принять посильное участие в реорганизации и соз-
дании ряда вузов, а также читать лекции в Университете,
Текстильном институте, Педагогическом институте, Инсти-
туте инженеров ирригации. Несколько позже мне довелось
быть основателем трех кафедр: общей математики в Средне-
азиатском государственном университете, математики в Пе-
дагогическом институте и Среднеазиатском институте инже-
неров ирригации и механизации сельского хозяйства.

Началась новая фаза в развитии Университета. После
разделения оставшегося в университете единственного, при-
том крупнейшего, физико-математического факультета были
созданы три новых факультета: биологический, физико-мате-
матический и химический, а несколько позже еще два ф&-
культета: исторический и почвенно-геолого-географический.

Дальнейшее развитие университета привело к тому, что
в 1941 году на его историческом факультете было открыто
новое, историко-филологическое отделение, а вскоре на его
базе был создан самостоятельный факультет. Вслед за тем
открыли Восточный факультет с отделениями: восточно-тур-
кестанской филологии, афгано-иранской филологии, северо-

161

11

Т. Н. Кары-Ниязов
индийской филологии и истории стран Ближнего и Среднего
Востока.

В настоящее время университет1 является крупнейшим
учебно-научным учреждением республики. Достаточно ска-
зать, например, что, по данным на 1 марта 1968 года, его про-
фессорско-преподавательский состав насчитывал 1020 чело-
век, в том числе 48 докторов и 318 кандидатов наук, объеди-
няемых в 94 кафедрах. В университете (в дневном, вечернем
и заочном секторах) учится 14 600 студентов — представите-
лей более 40 различных национальностей Советского Союза.

Выше, во второй главе этой книги, говорилось о бесплод-
ной дискуссии, проходившей в Ташкенте в 1916 году по во-
просу об открытии высшей школы в Туркестанском крае.
Победа Октябрьской революции подготовила благодатную
почву не только для успешного решения задачи об откры-
тии высшей школы, но и для создания и широкого развития
целой системы высшего образования в республике: универ-
ситетского, технического, сельскохозяйственного, медицин-
ского, юридического, педагогического, музыкального.

По данным, относящимся к 1966/67 учебному году, в на-
шей республике насчитывалось 35 высших учебных заведе-
ний2 3 (в том числе два университета), в которых обучалось
188 400 студентов. По подготовке специалистов с высшим об-
разованием Узбекистан давно опередил такие развитые капи-
талистические страны, как Англия, Франция, Италия. Так,
в 1963/64 учебном году в высших учебных заведениях
Узбекистана на 10000 человек населения обучалось студен-
тов в 3 раза больше, чем в Италии, в 2,7 раза больше, чем в
Англии, и в 2 раза больше, чем во Франции. В 1966/67 учеб-
ном году в высших учебных заведениях республики на
10 000 человек населения обучалось 173 человека *.

Таким образом, провозглашенный нашей партией лозунг
«Догнать и перегнать» давно осуществлен в рассматриваемой
нами области в Советском Узбекистане. А ведь до Октябрь-
ской революции Узбекистан был колонией царизма.

1 С I960 года университет называется Ташкентским государственным
университетом.

2 В 1967 году их стало 39.

3 «Народное хозяйство Узбекской ССР за 50 лет». Ташкент, 1967,
стр. 221.

162
ОБ ОДНОЙ
НЕОТЛОЖНОЙ
ПРОБЛЕМЕ
И ЕЕ РАЗРАБОТКЕ

О колоссальных трудностях,
связанных с созданием советских узбекских школ в первые
годы революции, было сказано выше. Тогда речь шла главным
образом о тяжелой обстановке, в которой создавались эти
школы, а именно: о хозяйственной разрухе, голоде, басмаче-
стве, гражданской войне, иностранной военной интервенции.

Что касается преподавания в школах, то оно было сопря-
жено с огромной трудностью иного характера — отсутствием
терминологии на узбекском языке. О какой-либо терминоло-
гии в дореволюционных мактабах не приходилось говорить
по той простой причине, что в них, как указывалось, обучали
детей лишь азбучной грамоте, основанной на механической
зубрежке отдельных фрагментов Корана. А в медресе приме-
нялась исключительно арабская терминология.

Объясняется это тем, что если в Европе в средние века
и даже значительно позднее книжным языком считался латин-
ский язык, то на мусульманском Востоке, в частности в Сред-
ней Азии, таковым был арабский. И это не случайно: с за-
воеванием арабами ряда стран, в том числе Средней Азии,
арабский язык стал не только государственным, но и языком
науки. Вот почему до Октября 1917 года не было узбекской
научной терминологии.

Между тем история развития мировой науки и культуры
свидетельствует об огромном значении разработки научной
терминологии. Достаточно сказать, например, что из-за от-
сутствия геометрических терминов долгое время геометрия
в немецких школах не преподавалась.

Первые годы после Октября в своей педагогической прак-
тике мне приходилось пользоваться арабской терминологией.
Каково было положение в этой области, можно себе пред-
ставить хотя бы по одному тому, что даже в арифметике, не
говоря уже о геометрии, применялись арабские термины. На-
пример: сложение — жамъ, вычитание — тарх, умножение —
зарб, деление — таксим, множитель — мазруб, делимое —
максум, частное — хорижи кисмат, наименьшее кратное —
максуми асгар и т. п.

163
Нечто подобное наблюдалось в свое время и в России.
Например, в «Арифметике» Л. Ф. Магницкого, до середины
XVIII века служившей основным учебником математики, дей-
ствия имели латинское и русское названия. Например: адди-
цио _ сложение; субтракцио — вычитание; мультиплика-
цио — умножение; двизизо — деление.

Первые работы по упорядочению русской терминологии
принадлежат великому русскому ученому М. В. Ломоносову,
являвшемуся основоположником и в этой важнейшей обла-
сти науки.

Разработка и развитие терминологии теснейшим образом
связаны с развитием науки, техники и производства, следо-
вательно, процесс длительный, даже бесконечный. Однако в
условиях советского строя этот процесс шел невиданными в
истории мировой науки форсированными темпами.

Постепенно в процессе своей педагогической деятельно-
сти, особенно начиная с конца первого пятилетия после Ок-
тября, когда накопился некоторый опыт, я стал вводить в
практику разработанные мною термины. Внедрению этих
терминов в жизнь, их распространению способствовали кур-
санты, обучавшиеся на ежегодно открываемых краткосроч-
ных педагогических курсах по подготовке и переподготовке
учителей, где я преподавал математику. После окончания
курсов они применяли эти термины в своей практической
деятельности в школах Ферганской области. В результате
примерно к 1925 году терминология по элементарной мате-
матике в основном была разработана.

Однако эта терминология была распространена еще не
везде, не во всех городах республики. С другой стороны, в
первые годы после Октября за неимением квалифицирован-
ных национальных кадров педагогов, за редким исключе-
нием, математика на краткосрочных педагогических курсах
преподавалась русскими педагогами через переводчиков, ко-
торым приходилось «на ходу» подыскивать эквиваленты для
замены встречавшихся терминов. Аналогичное явление имело
место и при переводе учебных пособий по математике с рус-
ского языка на узбекский — наспех «изобретались» тер-
мины.

В результате упрощенного подхода к вопросам термино-
логии, вредной тенденции к пуризму и отсутствия общих
принципиальных установок переводчиками были допущены
грубые ошибки в этой области. Например, коэффициент пе-
реводили как «йигучи» (собиратель); квадрат «туртлик»

164
(четверка); прямоугольник — «чузуклик» (растянутость);
радиус — «кегай» (спица); цилиндр — «гула» (бревно)
и т. д.

Как бы ни казались нелепыми все эти и им подобные тер-
мины, тем не менее здесь нет ничего удивительного: в период
исканий на определенной ступени терминологического
строительства такие ошибки, по-видимому, являются неиз-
бежными. Аналогичное явление, например, имело место во
второй половине XVII века во Франции, где известным гео-
метром Дезаргом были введены термины, подобные вышепри-
веденным. Он предложил цилиндр называть колонной, эл-
липс — овалом. Точно так же немецкий геометр Дюрер в раз-
работанной им геометрической терминологии, используя
словообразовательные возможности немецкого языка, заме-
нял, например, термины эллипс, парабола, гипербола соот-
ветственно новыми терминами: Eierlinie — яйцевидная ли-
ния; Brennlinie — зажигательная линия; Labellinie — вилооб-
разная линия.

Все эти термины и другие, им подобные, не внедрялись в
практику, ибо сама по себе идея перевода на любой язык
международных терминов в корне неправильна.

В общем разработка вопросов математической термино-
логии оказалась весьма сложной. Сегодня каждый занимаю-
щийся математикой узбек знает такие узбекские термины,
как: тенглама — уравнение, тенгсизлик — неравенство, якин-
лашучи — сходящийся, узоклашучи — расходящийся, хоси-
ла — производная и т. п. Но едва ли приходит ему в голову
мысль о том, как эти термины создавались в свое время. Мне
нередко приходилось неделями ломать голову над подыска-
нием узбекского эквивалента, соответствующего данному ма-
тематическому понятию. Казалось бы, проще простого^ опре-
делить такое понятие, как, скажем, «равнобедренный тре-
угольник». Однако долгое время оно передавалось на
арабском языке как «муссалласи мутасовияссокайн». Впо-
следствии его начали передавать по-узбекски как «тенгёнли
учбурчак». Однако, несмотря на то что оно совершенно пра-
вильно выражало рассматриваемое геометрическое понятие
(которое сохранилось и по настоящее время), тем не менее
до поры до времени оно звучало явным диссонансом. В ко-
нечном итоге, математическая терминология, предложенная
мною в 1932 году, была одобрена Комитетом нового алфа-
вита и терминологии при ЦИК УзССР. В 1937 году на пер-
вом съезде ученых Узбекистана в Самарканде были одобрены

165
разработанные мной теоретические принципы, лежавшие А
основе узбекской математической терминологии.

Дальнейшее развитие узбекской терминологии шло
сравнительно легко, на базе уже накопленного и проверен-
ного на практике опыта и в соответствии с принципами, по-
лучившими право гражданства.

Еще более сложной ступенью математической термино-
логии в широком смысле слова является математический
язык. Оказывается, одно дело знать отдельные термины, со-
вершенно другое — при их помощи точно формулировать то
или иное математическое положение. Например, в свое
время было не так просто, как это теперь кажется, точно пе-
редать следующее геометрическое положение на узбекском
языке: «Перпендикуляр, опущенный из вершины прямого
угла на гипотенузу, есть средняя пропорциональная между
отрезками гипотенузы, а каждый из катетов есть средняя про-
порциональная между гипотенузой и прилежащим отрезком».
Чтобы иметь представление о всей сложности подобной за-
дачи, необходимо мысленно перенести себя в те годы, смот-
реть на вещи глазами того времени.

Вот почему с первых лет своей педагогической работы я
думал над тем, как создать книгу, в которой излагались бы
определения, правила и формулировки важнейших математи-
ческих положений по арифметике, алгебре, геометрии, три-
гонометрии, сферической тригонометрии, теории определи-
телей, аналитической геометрии, дифференциальному и
интегральному исчислению на узбекском языке (с иллюст-
рацией соответствующих примеров). Эта книга издана в
Казани в 1933 году. Этой, а также рядом других моих матема-
тических работ и была решена поставленная задача.

ВПЕРВЫЕ В ИСТОРИИ

С XVII века начался весьма
важный новый период развития математики. Это был период
переменных величин, названный Энгельсом поворотным пунк-
том в математике. Однако в Московском университете, осно-
ванном еще в 1755 году, до конца XVIII века преподешалась
лишь элементарная математика. Только с начала XIX века
были введены основы анализа бесконечно малых.

166
Разумеется, узбекский народ, как и другие народы Сред-
ней Азии, в силу сложившихся исторических условий до Ок-
тябрьской революции был лишен возможности пользоваться
новейшими достижениями науки вообще, математики в ча-
стности, хотя еще в XV веке узбекские ученые достигли боль-
ших успехов в этой области.

Благодаря победе Октябрьской революции узбекский на-
род начал быстро приобщаться к достижениям мировой
науки. На пути освоения узбекскими студентами курса выс-
шей школы серьезным препятствием явилось отсутствие уни-
верситетских учебников на родном языке. Они не могли
пользоваться русскими учебниками, так как большинство из
них не владело русским языком. Во весь рост встала задача
создания курсов по основным математическим дисциплинам
на узбекском языке. В меру своих способностей я взялся за
выполнение этой сложной задачи. Во-первых, трудно было
создать курс, удовлетворяющий требованиям высшей школы;
во-вторых (это самое главное), еще более трудно было на-
писать этот курс на узбекском языке, как первый опыт в
истории узбекской научной литературы.

В вузовском курсе высшей математики на узбекском
языке остро нуждались не только студенты университета, но
и других высших учебных заведений республики. Поэтому
такие мои работы, как «Основы аналитической геометрии на
плоскости» (1928), «Аналитическая геометрия в простран-
стве» (1933), «Дифференциальное и интегральное исчисле-
ние» (1933) и другие, были написаны главным образом для
удовлетворения первой потребности различных вузов по
высшей математике. Как правило, они издавались повторно,
причем каждый раз перерабатывались и дополнялись. Неко-
торые из этих книг издавались в Узбекистане, другие —
в Баку и Казани.

Учитывая накопившийся опыт и возросшую потребность
вузов республики, я задумал создать такой курс математиче-
ского анализа, который в известной мере удовлетворял бы
требованиям университета. В 1937 году вышел первый том
«Основного курса математического анализа» на узбекском
языке. Весь тираж тома разошелся в течение одной недели.
В следующем году книга была выпущена вторым, перерабо-
танным и дополненным изданием. В 1938 году издан и второй
том курса, целиком посвященный дифференциальным урав-
нениям.

167
Рассматриваемый курс составлен таким образом, что его
можно было использовать не только для университета, но и
для любого вуза, пропустив при этом параграфы, отмечен-
ные звездочками. В аннотации издательства.^ посвященной
первому тому, так и сказано: «Настоящий первый том
«Основного курса математического анализа» проф. Кары-
Ниязова предназначен для физико-математических факуль-
тетов университета и педагогических институтов. Но курс
построен таким образом, что его можно использовать приме-
нительно к программе любого вуза».

Высокую оценку «Основному курсу математического ана-
лиза» дал академик АН УзССР В. И. Романовский. Перечис-
ляя некоторые особенности, например, второго тома этого
курса, он писал: «Эти особенности ставят книгу профессора
Кары-Ниязова на уровень лучших книг по дифференциаль-
ным уравнениям в советской и иностранной научной лите-
ратуре».

История науки показывает, что создание математическо1 о
языка и научной математической литературы процесс
весьма длительный, порою для этого требуются века. Благо-
даря победе Октября, ленинской национальной политике на-
шей партии уже в течение первых 20 лет существования
Советской власти в Узбекистане были заложены прочные
основы в этом деле.

Хочется, чтобы меня правильно поняли. Дело в том, что
рассматриваемый вопрос относится к истории развития
науки и культуры в Узбекистане и, говоря совершенно объ-
ективно, заслуживает того, чтобы осмыслить его. Ведь только
в условиях советского строя стало возможным столь быстрое,
поистине беспримерное в истории науки развитие. Во-пер-
вых, был перекинут мост от вершины науки XV века в Сред-
ней Азии до нашей эпохи, по меньшей мере на протяжении
более четырехсот лет. Во-вторых, наука в условиях совет-
ского строя нашла для себя самую благодатную почву для
своего развития. Добрые семена, посеянные замечательными
тружениками прошлого, и новые, обильно посеянные нашей
партией на заботливо возделанной почве, начали давать бур-
ные всходы. Поэтому скромная лепта автора этих строк,
о которой шла речь, - явление вполне закономерное в наших
условиях.

168
НАУЧНЫЙ ЦЕНТР
В РЕСПУБЛИКЕ

К ак указывалось, на кафед-
рах и в научно-исследовательских институтах Среднеазиа г-
ского государственного университета проводилась большая
научная работа. Постепенно наряду с университетскими на-
учными учреждениями создавались и другие научно-исследо-
вательские институты. Однако как в университете, так и в
научно-исследовательских учреждениях республики научная
работа проводилась без твердого планового начала, а харак-
тер и направление этой работы зачастую определялись инте-
ресами отдельных ученых или научных обществ.

Высшие учебные заведения, научно-исследовательские
институты и отчасти научные общества часто подвергались
реорганизации в зависимости от накопившегося опыта и за-
просов жизни. Мне вспоминаются бурные совещания и со-
брания, посвященные различного рода реорганизациям, осо-
бенно планированию научно-исследовательских работ. При
этом одни были за, а другие против введения плановых начал
в науке. Все это было характерно для начального этапа иска-
ний организационных форм научной работы. u

Но наука в советском обществе является органической
частью революционной борьбы за построение коммунистиче-
ского общества в нашей стране, что немыслимо без плановых
начал и разумных организационных форм. Поэтому естест-
венно, что в результате развития научно-исследовательских
учреждений республики встал вопрос об организации еди-
ного центра по руководству ими. И 4 октября 1932 года Пре-
зидиум ЦИК Советов Узбекской ССР принял следующее ре-
шение: «В целях объединения руководства работой научно-
исследовательских учреждений организовать при ЦИК
Советов УзССР республиканский Комитет по руководству
научно-исследовательскими учреждениями Узбекистана». Со-
кращенно он назывался Комитетом наук. Несколько позже
этот комитет перешел в ведение Совета Народных Комисса-
ров республики.

При Комитете наук, кроме различных отделов, секторов и
лабораторий, был организован Научно-исследовательский ин-
ститут языка и литературы, а несколько позже Институт
геологии и другие институты. В «Положении о Комитете
наук», утвержденном постановлением Президиума ЦИК Со-

169
ветов Узбекской ССР от 27 марта 1934 года, указывалось, что
«Комитет наук является высшим научным центром УзССР,
объединяющим и планирующим всю научную, научно-иссле-
довательскую работу УзССР, и работает во всех отраслях
теоретического знания, всемерно способствует развитию на-
учно-исследовательской мысли, борется за внедрение маркси-
стско-ленинской методологии в научно-исследовательской
работе, планомерно направляя всю систему научного знания
к удовлетворению запросов социалистического строитель-
ства и культуры, национальной по форме, социалистической
по содержанию».

В первые годы своего существования, даже несколько по-
зднее, Комитет не удовлетворял этим требованиям из-за от-
сутствия необходимых кадров ученых. По мере укрепления
его научными кадрами он стал развивать свою деятельность.

Мне пришлось руководить деятельностью Комитета наук
в тот период, когда вопросы актуальности тематики и коор-
динации научно-исследовательских работ в нашей стране об-
суждались все чаще и чаще. В моем архиве сохранился стено-
графический отчет моего доклада, сделанного 4 марта
1938 года на общем собрании научных работников Комитета
наук, где эти вопросы ставились в центре внимания. Посте-
пенно научно-исследовательская работа в республике начала
принимать плановый характер, а тематика разрабатываемых
вопросов становилась более актуальной.

В начале рассматриваемого периода начались серьезные
работы по коренному переустройству сельского хозяйства
республики. В частности, Среднеазиатский институт иррига-
ции с целью предупреждения повышения уровня грунтовых
вод и связанного с этим засоления и заболачивания земель
разработал ряд агротехнических и мелиоративных мероприя-
тий, которые получили широкое применение на практике
(нормирование воды при поливах, борьба с фильтрацией
воды в оросительных каналах и т. д.). При этом был изучен
важный вопрос о балансе грунтовых вод на орошаемых мас-
сивах. Особое внимание обращалось на переустройство и
эксплуатацию оросительных систем, на гидромодульное рай-
онирование. Разработка этих вопросов имеет весьма важ-
ное значение в условиях поливного земледелия в Средней
Азии.

К данному периоду относятся замечательные успехи, до-
стигнутые в области селекции хлопчатника — ведущей куль-
туры сельского хозяйства Узбекистана. Ряд новых сортов

170
хлопчатника, выведенных советскими селекционерами, ус-
пешно внедрялся в производство.

Болезни хлопчатника наносят большой вред экономике
хлопководства. Этот ущерб выражается не только в количе-
ственных потерях, но и в ухудшении качества хлопкового во-
локна; кроме того, при этом получаются неполноценные се-
мена. Наибольший вред культуре хлопчатника причиняют
болезни, вызываемые бактериями, а также грибками, в част-
ности вилтом.

Поэтому научно-исследовательская работа в области се-
лекции хлопчатника велась с целью выведения таких сортов,
которые, будучи более продуктивными и длинноволокни-
стыми, обладают устойчивостью против вилта. В результате
большой работы советских селекционеров в этом направле-
нии был выведен ряд новых сортов хлопчатника, удовлетво-
ряющих этому требованию.

Широкий размах приняли региональные геологические
исследования. Успешно проведенные поисково-разведочные
работы позволили приступить к строительству многих гор-
норудных предприятий. Резко увеличилась добыча нефти,
успешно развивалась нефтеперерабатывающая промышлен-
ность. Была установлена угленосность южного Узбекистана,
открыты крупные месторождения бурого угля и каолиновых
глин под Ташкентом — в долине Ангрена; месторождения
редких и цветных металлов, а также полиметаллов, имеющих
промышленное значение.

В результате работ, проведенных Сектором геологии и
минеральных ресурсов Комитета наук и Среднеазиатского
геологического треста был создан сводный труд «Геология
Узбекской ССР» в трех томах. В первых двух, вышедших в
1937 году, дано порайонное геологическое описание, а тре-
тий, изданный в 1939 году, представляет собой сводный
очерк на русском и французском языках.

Территория Средней Азии по интенсивности приходяще-
гося на нее солнечного излучения занимает исключительное
место в Советском Союзе. В связи с этим представляет
огромный интерес вопрос об использовании солнечной энер-
гии для нужд промышленности и бытового обслуживания.
По данным Ташкентской геофизической обсерватории, один
квадратный километр территории Ташкента получает в год
солнечной энергии 1 биллион 70 миллиардов больших кало-
рий. Поэтому вполне естественно, что проблеме использо-
вания солнечной энергии было уделено серьезное внимание.

171
В созданной при Комитете наук Узбекской ССР гелиотех-
нической лаборатории проводились работы по гелиотехнике.
Одновременно работы в этой области велись и в Самаркан-
де — в Узбекском государственном университете. Эти учреж-
дения проделали значительную работу в области теории и
практики превращения радиации солнца в тепловую энергию
и использования ее в различных отраслях народного хозяй-
ства.

Разумеется, научная работа, относящаяся к данному пе-
риоду, отнюдь не исчерпывается тем, что было сказано по
этому вопросу, да такую задачу я вовсе и не ставил перед
собою. Я пытался дать лишь некоторое представление о ха-
рактере и направлении проведенных работ.

В НАРКОМАТЕ
ПРОСВЕЩЕНИЯ

В 1937—1938 годах мне дове-
лось работать народным комиссаром просвещения Узбекской
ССР. Одновременно я продолжал свою педагогическую и на-
учную деятельность в стенах Среднеазиатского государствен-
ного университета.

Позволю себе поделиться некоторыми мыслями и приме-
рами из области народного просвещения данного периода.

Во второй пятилетке происходило дальнейшее развитие
промышленности. «...Основной и решающей хозяйственной
задачей второй пятилетки,— указывала XVII конференция
ВКП(б) в своих директивах к составлению второго пятилет-
него плана,— является завершение реконструкции всего на-
родного хозяйства, создание новейшей технической базы для
всех отраслей народного хозяйства»'. Масштабы и темпы вы-
полнения намеченной программы характеризует тот факт,
что в народное хозяйство республики за вторую пятилетку
было вложено 2,2 миллиарда рублей, то есть в 2,2 раза
больше, чем в первой пятилетке.

К концу второй пятилетки вся промышленная продукция
нашей республики, увеличившаяся по сравнению с 1932 го-
дом в 2,4 раза, выпускалась предприятиями, вновь построен-

1 «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и плену-
мов ЦК», ч. III, стр. 151.

172
ными или полностью реконструированными в годы Советской
власти.

Революционное преобразование сельского хозяйства, объ-
единение мелких крестьянских хозяйств в крупные коллек-
тивные хозяйства, создание совхозов и машинно-тракторных
станций открыли новые, неограниченные возможности для
быстрого и всестороннего развития сельскохозяйственного
производства.

Успешно развивалось и народное образование. Если
раньше основной системой по подготовке учительских кад-
ров служили педагогические техникумы, то теперь они гото-
вились в учительских и педагогических институтах, то есть
был взят курс на обеспечение школ более квалифицирован-
ными кадрами, имеющими специальное педагогическое обра-
зование.

Еще в первые годы после Октябрьской революции, рабо-
тая в начальной школе, я убедился в том, какое огромное зна-
чение имеет правильная постановка обучения в младших
классах. Об этом я писал в статье, опубликованной на стра-
ницах газеты «Фергана» 26 мая 1924 года, в связи с первым
выпуском Ферганского областного педагогического техни-
кума. «Самое важное в воспитании нового человека,—писал
я тогда, — это первоначальное воспитание, от которого во
многом зависит будущее ребенка. Ошибки, допущенные в
этот период, трудно исправить. Миллионы рублей, которые
новая власть расходует на образование, не окупятся полной
мерой, если мы не поднимем обучение в начальной школе.
Для подъема его будут служить наши питомцы. К этому во-
просу мы желаем приковать внимание наших самоотвержен-
ных советских руководителей». Это положение я стремился
проводить теперь, будучи наркомом просвещения Узбек-
ской ССР.

В соответствии с директивами партии и правительства
Наркомат обращал особое внимание на ликвидацию негра-
мотности среди взрослого населения республики, на что
были мобилизованы все силы и возможности. Достаточно
сказать, например, что почти все взрослое население респуб-
лики было охвачено школами по ликвидации неграмотности.
В результате грамотность населения по сравнению с 1934 го-
дом, когда она равнялась 61 проценту, к началу 1939 года
достигла 95 процентов.

Таким образом, почти сплошная неграмотность, сущест-
вовавшая на протяжении веков среди взрослого населения

173
Узбекистана, была в основном ликвидирована в течение ка-
ких-нибудь 22-23 лет. Трудно переоценить значение этой
победы в области культурной революции.

Бурно развивалось школьное строительство. I олько за
годы второй пятилетки было построено 735 новых школь-
ных зданий. В 1938 году в республике насчитывалось уже
4684 школы, в которых обучалось 917 900 детей.

Одним из показателей достижений в области народного
просвещения был тот, что значительно увеличилось число де-
вочек в школах. Например, в 1928 году они составляли
26,1 процента от общего числа учащихся во всех школах рес-
публики, а в 1939 году — уже 41,7 процента.

Приведу выдержку из сохранившегося в моем архиве до-
клада о положении в области народного просвещения, с ко-
торым я выступал, будучи наркомом просвещения: <<В настоя-
щее время на 1000 человек населения по Узбекской VL.F на-
считывается 275 учащихся начальных, неполных средних и
средних школ, в то время как в таких странах, как Франция
и Великобритания, на то же число (1000) населения уча-
щиеся соответственно составляют всего лишь 135 человек».
Это означало, что по степени охвата обучением в школах
социалистический Узбекистан уже тогда перегнал эти страны
Европы.

XVIII съезд партии поставил перед школой новые важные
задачи. Съезд подчеркнул, что в период завершения строи-
тельства социалистического общества и постепенного пере-
хода от социализма к коммунизму решающее значение при-
обретает коммунистическое воспитание масс и преодоление
пережитков капитализма в сознании людей строителей
коммунизма. Директивы XVIII съезда ставили перед школой
важнейшую задачу - еще более усилить работу по коммуни-
стическому воспитанию учащихся, а перед учительством вы-
двигалась задача овладеть марксистско-ленинским учением.

Развитие сознания, как известно, отстает от экономиче-
ского и политического развития. Разлагающее действие бур-
жуазной и феодально-байской идеологии оставило свои глу-
бокие следы в сознании людей. Уничтожение этой идеологии
и утверждение идеологии пролетариата происходит не само-
теком, а в ожесточенной классовой борьбе. В 1939 году в рес-
публике было совершено 164 террористических акта против
женщин-общественниц. Абсолютное большинство этих актов
было организовано реакционным духовенством или под его
влиянием. Предрассудки, пережитки прошлого в сознании

174
людей реакционные силы Использовали в своих гнусных
целях.

В соответствии с решениями XVIII съезда партии был
взят курс на резкое расширение сети культурно-просвети-
тельных учреждений — библиотек, читален, клубов, домов
культуры, являющихся центрами политико-просветительной
работы. В дальнейшем этот курс поддерживался все время,
исключая годы Великой Отечественной войны. Достигнуты
большие успехи. Например, в 1924 году в республике насчи-
тывалось 43 библиотеки и 83 клубных учреждения, а в
1966 году их стало соответственно 5115 и 3495, то есть в
среднем ежегодно открывалось более 126 библиотек и 85 клу-
бов.

Что касается общеобразовательных школ (всех видов), то,
по данным 1966/67 учебного года, число их достигло 8812,
учащихся — 2 592 300, а учителей в них — 133 300.

Каждое явление имеет не только настоящее, но и прош-
лое, а также будущее. Поэтому рассмотренные нами некото-
рые примеры об успехах народного просвещения на фоне
исторического прошлого дооктябрьского Узбекистана как
основа для дальнейших свершений имеют исключительное
значение.

ПРОБЛЕМА УЗБЕКСКОЙ
ПИСЬМЕННОСТИ
И ЕЕ РЕШЕНИЕ

В конце 30-х годов я зани-
мался разработкой вопросов узбекской письменности и ор-
фографии. Для некоторых, быть может, покажется непонят-
ным, почему математику вдруг пришлось заниматься этими
вопросами. Дело в том, что, во-первых, вопрос о замене уз-
бекской письменности новой, удовлетворяющей запросам
культурной революции, я считал настолько важным, что ни-
как не мог стоять в стороне, когда началось его обсуждение;
во-вторых, выступая по этому вопросу на страницах печати,
а также с серией докладов перед интеллигенцией, я так
увлекся, что не мог остановить себя, пока вопрос не получил
надлежащего разрешения.

Еще задолго до прихода арабов в Среднюю Азию здесь
существовала развитая письменность, в частности, хорезмий-
ская и согдийская. Это подтверждается древними памятни-

175
ками хорезмийской письменности — надписями на монетах,
относящихся ко второму-третьему векам нашей эры. за-
воевывая страны, в том числе и Среднюю Азию, арабы стали
внедрять в них вместе с исламом и свой алфавит. Местные
письменности постепенно вытеснялись. Более того, в эпоху
арабского господства в этих странах официальным книжным
языком был арабский.

Остановимся вкратце на истории этого алфавита.

Созданный первоначально на базе набатейского алфавита,
арабский алфавит состоял из 22 букв. Так как этот алфавит
не отвечал всем требованиям фонетики арабского языка, то
для передачи своих специфических звуков арабы ввели до-
полнительно шесть букв, и таким образом общее число букв
составило 28. Впоследствии иранские и тюркоязычные народ-
ности ввели дополнительно еще четыре буквы, и число букв

дошло до 32. „ , _ „

Распространяясь вместе с исламом, арабский алфавит под-
вергался различным видоизменениям, вырабатывались разно-
образные почерки. Например, в Хиджазе выработалась его
«куфическая» форма; в Африке, в частности в Египте,-по-
черк «насх»; в Иране и Средней Азии - «насталик», «шика-

ста», «дивони» и т. д. „

В арабском алфавите немало таких родственных соглас-
ных букв, которые человек, применяющий эту письменность
для своего языка и не изучивший арабского, не сможет отли-
чить одну от другой в фонетическом отношении.

Отсутствие каких-либо фонетических правил в узбекской
письменности на основе арабской графики в высшей степени
затрудняло для узбеков употребление этих букв. Необходимо
было просто наизусть, механически вызубрить огромное
число слов, чтобы знать, где и как употребляются подобные
буквы. В ранней, так называемой куфической форме араб-
ского алфавита буквы не имели ни точек, ни других диакри-
тических знаков. Три, а иногда четыре буквы изображались
почти одинаково и с большим трудом различались одна о г
другой. При чтении надо было догадываться, как следует про-
износить сочетание букв.

Чтобы избавиться от этой путаницы, надо было или до-
полнить алфавит новыми буквами или выдумать диакритиче-
ские знаки. Реформаторы арабского алфавита пошли по пути
создания диакритических знаков: они ввели надстрочные
и подстрочные знаки. Это до некоторой степени облегчило
чтение арабского текста. С другой стороны, эта реформа

176
арабского алфавита резко увеличила число знаков в нем. Та-
кой алфавит впоследствии (после изобретения книгопечата-
ния) оказалось очень трудно приспособить к требованиям
полиграфической техники, в частности и потому, что вслед-
ствие его графической специфики в арабском алфавите от-
сутствует линейная система, что создает большие затрудне-
ния для книгопечатания.

Но для народов Туркестана проблема приспособления
арабской письменности к их языкам так никогда и не была
решена сколько-нибудь удовлетворительно. Арабский алфа-
вит весьма беден знаками для обозначения гласных, в то
время как в языках народов Средней Азии их гораздо больше,
чем в арабском языке. Пропуск при письме необходимых
точек над буквами и под ними или неправильное употреб-
ление точек порождали большую путаницу, искажая смысл
текста.

Все это наряду с социально-экономическими причинами
в течение многих столетий сильно затрудняло распростране-
ние грамотности, тормозило развитие культуры и языка от-
дельных народностей, пользовавшихся арабской письменно-
стью, так как на освоение только техники чтения непроизво-
дительно тратилось очень много труда и времени.

С ослаблением власти завоевателей начинается движение
против безраздельного господства книжного арабского
языка: вновь возродились литературные таджикский и старо-
узбекский языки, на которых появляется все больше и больше
научных и литературных произведений.

В борьбе за литературный узбекский язык почетное ме-
сто принадлежит великому поэту, мыслителю и государст-
венному деятелю Алишеру Навои (1441 — 1501), который соз-
дал на этом языке классические произведения. В своем заме-
чательном труде «Суждение о двух языках» Навои, показав
богатство, красоту, изящество и другие достоинства узбек-
ского языка, впервые обосновал возможность создавать на
узбекском языке художественные и научные произведения.

Однако, несмотря на всю свою сложность, арабский алфа-
вит удержался у ряда народов, к языкам которых он плохо
приспособлен, на протяжении многих веков. Даже в настоя-
щее время кроме арабов им пользуются и некоторые другие
народы Востока (иранцы и афганцы, например). Согласно
утверждению мусульманского духовенства, Коран был якобы
ниспослан с неба пророку Мухаммеду в готовом виде как
«божье слово» («каломи оллох»), поэтому и буквам, кото-

1Q Т. Н. Кары-Ни*аов

177
рыми он был написан, приписывалось божественное проис-
хождешле. Х1Х века предпринимались попытки

копенным образом реформировать арабскую письменн
Азербайджане. Одним из виднейших РСФ°Р^0Р0В В ^ "
области был азербайджанский мыслитель и писатель Мир

3а'ПопыткаХМН-Аф. Ахундова реформировать арабский алфа-
пит встретила резкое сопротивление со стороны реакци
!л ™нства которое объявило его еретиком. Упорно
So реформаторскую работу . области письменности,

М Ф Ахундов скоро пришел к мысли о необходимости пол;
Гостью заменить арабский алфавит. В необходимости этой
замены он был глубоко убежден. В 1871 году в своем письме
”omv реформатору арабского алфавита - Мальком-
хануРон писал: «Если весь мир вооружится против перемены
мусульманского алфавита на новый и будет действовать про-
тив этой перемены, я буду еще настойчивее Де^твовать и
доказывать необходимость перемены алфавита, ибо вопрос
f перемене - истина., М.-Ф. Ахундов предложил новый,
своеобразный алфавит на базе русского и латинского. В ос

ГуТположилФрусскнй пополни, его некоторым

знаками латинского. Однако попытка М.-Ф. АхуиЛовг, как
других реформаторов арабского алфавита, оказалась безу

neTnepBbie годы после революции новый алфавит ПЬ1™*ись
создать на основе реформы арабской письменности. Основ
Уые особенности реформированного арабского алфавита,
у ом пятого в 1922 году на втором съезде работников просве
ТниГсТодились к устранению знаков, обозначающих отсут-
ствующие , узбекском языке специфические .р.6™=

^ пазпаботке дополнительных знаков для гласных.

ХоатТЬ;ольз^Гие реформированным алфавитом стало
?оавнитеУшо боЛее легким, однако указанные нами серьез-
ные недостатки арабского алфавита остались неустранен-
кти УГ они и не могли быть полностью устранены.

ВойТГюГий .УнГ»д^уТи

ла Решен£ газовать U

itltцЙк"с™,еРто,°^ WCP Ю. Ахунбабаев. Одно,ре-

178
менно такие же комитеты были созданы при местных испол-
комах.

В нашей стране движение за новый алфавит охватило все
народы, которые до Великой Октябрьской революции поль-
зовались арабским алфавитом. Для руководства этим дви-
жением в 1927 году был организован Всесоюзный централь-
ный комитет нового алфавита.

Однажды мне пришлось беседовать с одним из представи-
телей духовенства о новом алфавите:

— Говорят, что скоро появится узбекская письменность,
которая по сравнению со старой будет очень легкой для
усвоения. Как вы смотрите на это? — спросил я его.

— Не знаю, возможно, что новая письменность и будет
легкой по сравнению со старой, однако дело не в этом,—
заметил мой собеседник.

— А в чем?

— В том, что ни в коем случае нельзя заменить нашу
письменность какой-либо другой письменностью вообще!

— Почему же?

-** Да потому, что буквы нашего алфавита — суть буквы
Корана, который ниспослан аллахом пророку Мухаммеду.
Поэтому нельзя поднять руку на эту письменность!

— А что будет, если поднять руку?

— Ай-ай, да простит вас бог! Это великий грех! Не-
хорошо! Как бы не случилось с вами какого-нибудь не-
счастья!

Реакционное духовенство объявило противников араб-
ского алфавита кафирами — «неверными». Жизнь учителей,
преподававших на новом алфавите, подвергалась опасности.
Так, в 1928 году в Ассаке кулаки и духовенство пытались
поджечь школу в кишлаке и убить учителя за то, что он пре-
подавал на новом алфавите.

Но ни провокации, ни террористические акты не могли
остановить развитие культуры узбекского народа. Круг лиц
и организаций, отказавшихся от арабского алфавита, все бо-
лее расширялся.

Несмотря на продолжавшееся сопротивление буржуазных
националистов заимствованиям из советско-интернациональ-
ной и русской лексики, она все больше проникала в узбек-
ский язык, ею широко пользовался народ. В процессе социа-
листического строительства возникали все новые и новые
слова и понятия. Например, в первые же годы коллективи-
зации сельского хозяйства и индустриализации республики

179
словарный фонд узбекского языка обогатился такими сло-
вами, как колхоз, совхоз, бригада, звено, трактор, культива-
ция, мотор, дизель, винт, болт, гайка, шатун, гидростан-
ция и т. п.

Обогащение узбекской лексики шло весьма быстро; оно
вызывалось требованиями жизни, ему способствовали успехи
культурной революции. Наряду с обогащением словарного
фонда узбекского языка постепенно уточнялся и его грамма-
тический строй.

Признавая за новым алфавитом серьезное культурно-эко-
номическое значение и считаясь с имевшимися уже достиже-
ниями в области его усвоения трудящимися массами, ЦИК
Узбекской ССР постановил: «1) Окончательным сроком пе-
рехода в пределах УзССР узбекской письменности с араб-
ского на новый латинизированный алфавит установить / но-
ября 1930 года; 2) Делопроизводство узбекской части во
всех центральных и окружных советских учреждениях и об-
щественных организациях перевести на новый латинизиро-
ванный алфавит с 1 декабря 1929 г.» 1

В дальнейших постановлениях давались конкретные ука-
зания, обеспечивающие полный переход к новой письменно-
сти, и в 1930 году узбекский народ навсегда покончил с ар-
хаическим арабским алфавитом, который на протяжении
многих веков был одним из серьезных препятствий на пути
распространения грамотности среди трудящихся Узбеки-
стана. Прогрессивное значение этого факта в истории куль-
туры народов Узбекистана было очень велико.

Однако при создании системы узбекской письменности на
основе латинской графики были допущены некоторые суще-
ственные ошибки.

Латинизированный алфавит был принят для узбекского
языка с девятью буквами для обозначения гласных, причем
в основу орфографии был положен так называемый принцип
сингармонизма, то есть соблюдение в основах и суффиксах
чередования твердых и мягких гласных. Но такое решение
вопроса далеко не отвечало задачам создания общего литера-
турного произношения, ибо противоречило самой природе
узбекского языка. Дело в том, что принцип сингармонизма
был навязан языку узбекского народа под предлогом «желез-
ных законов», присущих якобы узбекскому языку.

1 «Собрание узаконений и распоряжений рабоче-дехканского прави-
тельства УзССР. 1928», стр. 1151.

180
Указанный принцип не мог, разумеется, долго удер-
жаться — он был отклонен самой жизнью. Узбекский литера-
турный язык развивался, подчиняясь своим внутренним за-
конам.

Как известно, фонемы а и о являются основными в уз-
бекском языке, а в латинизированном узбекском алфавите
этот бесспорный факт полностью игнорировался. Одна и та
же буква а без всяких правил произносилась и как а и как о.
Например, в слове дона (штука), которое писалось как dana,
первая гласная произносилась близко к русскому о, а вто-
рая — примерно как русское а, между тем обе эти гласные
обозначались через а. Слово доно (мудрый) также писалось
dana, и, следовательно, обе буквы а в нем произносились уже
одинаково (близко к русскому о). Слово сабаб (причина)
писалось sabab, то есть в этом случае обе буквы а произно-
сились примерно как русское а. Напротив, в слове озод (сво-
бодный), которое писалось azad, обе бувкы а произносились
близко к русскому о и т. д. Буква о в новом алфавите слу-
жила также для передачи фонемы о. Например, boldi, oldi, ot
и т. д.

Иначе говоря, для того, чтобы правильно прочитать то
или иное слово, нужно было без всякого правила знать, как
оно произносится. В тех случаях, когда слово содержало в
себе две бувкы а или более, читателю приходилось делать
самые широкие предположения о его произношении. Это
вносило большую путаницу и значительно затрудняло изу-
чение узбекского языка, в особенности лицами неузбекской
национальности, в частности, русскими.

В «Новом проекте единой орфографии узбекского литера-
турного языка» уже констатировалась тенденция «развития
узбекского языка в сторону изживания сингармонизма, а
также то обстоятельство, что этот процесс изживания сингар-
монизма играет прогрессивную роль»1, то есть так называе-
мый «железный закон сингармонизма», на самом деле узбек-
скому языку не свойственный, а ложно приписанный, был от-
клонен самой жизнью2. Это было подчеркнуто и в резолю-
ции состоявшегося в 1934 году первого научного съезда по
вопросу орфографии узбекского языка. Съезд внес некоторые

1 «Новый проект единой орфографии узбекского литературного
языка». Ташкент, 1933.

2 Понятно, что закон сингармонизма должен был быть изжит не в
узбекском языке, а в письменности путем уточнения орфографии и при-
ближения ее к живому языку народа.
коррективы и в алфавит, а именно: было решено уменьшить
число гласных с девяти до шести но и это пол"°™”^'
шало проблемы приближения орфографии к общенародному

^ После Великой Октябрьской революции узбекский язык,
как и другие языки народов СССР, впитал в себя много по-
литических терминов, имеющих международное значение
(конституция, партия, революция, конференция, конгресс,
кооперация, митинг и т. п.). Новые слова обогатили узбек-
ский язык не только в лексическом, но и в фонетическом от-
ношении. Пополнение словарного фонда узбекского языка
происходило на основе использования неограниченных по-
тенциальных возможностей живого ^народного языка, на
основе неуклонно растущей культурной близости УДбек^ого
народа с русским и другими народами Советского Союза, на
основе благотворного влияния передовой русской культуры.

Обогащение узбекской лексики словами советско-интер-
национального происхождения сопровождается новыми сло-
вообразованиями, появлением новых морфологических фор
узбекского языка. Эти явления рассмотрены А. А.^Боровко-
вым 1 в его работе «Изменения в области узбекской лексики
и новый алфавит (на основе русской графики)». Например,
при помощи суффиксов ci, са lik, las получаются такие но-
вообразования, как kolxoz - kolxozci (колхозник); pulemet
pulemetci (пулеметчик); bolsevik -bolscv.kca (по-большеви-
стски) • aktiv — aktivlik (активность); agent — agentlik (агент
ство); differensial — differensiallas (дифференцирование); in-
tegral—integrallas (интегрирование) ит.д.

Ь В процессе своего развития узбекский язык освобождался
от таких слов и выражений, которые употреблялись только
верхушечными слоями феодального общества, но не были
понятны широким массам народа. Например, такие слова,
как лисон (язык), муштарак (общий), мафкура (идеология),
мусодира (конфискация), ажнаби (чужой, иностранец) и
другие им подобные, давно вышли из лексикона узбекского
языка и заменены соответствующими словами, понятными
широким массам узбекского народа.

Точно так же, благодаря успешному развитию социали-
стической культуры узбекского народа, слова религиозно-
обрядового происхождения отмирают и выходят из употреб-
ления, современная узбекская молодежь не имеет никакого

1 «Известия УзФАН СССР». Ташкент, 1940, Ns 7.

182
представления о них. Исчезли слова и выражения, связанные
со старыми формами быта, например: козихона (место, где
судил казий по религиозным законам), кироат (чтение, под-
разумевается чтение Корана), бозоршаб (вечерний базар в
дни поста), шафе (тот, кто согласно религиозному законо-
учению имеет преимущественное право при купле-продаже),
сутхур (ростовщик), гумошта (приказчик), фатво (религиоз-
ное предписание) и т. п.

Одним из замечательных орудий нашей социалистической
культуры является язык великого русского народа, язык вели-
кого Ленина, язык великих художников слова и мыслителей:
Пушкина, Герцена, Чернышевского, Толстого, Горького.
В. Маяковский в своем известном стихотворении «Нашему
юношеству» писал:

Да будь я

и негром преклонных годов,

и то,

без унынья и лени,

я русский бы выучил

только за то,

что им

разговаривал Ленин.

Марксу было 50 лет, когда он начал изучать русский язык.
Он изучил его настолько хорошо, что читал в подлинниках
произведения Пушкина и Чернышевского. Энгельс считал,
что русский язык «всемерно заслуживает изучения как сам
по себе, ибо это один из самых сильных и самых богатых жи-
вых языков, так и ради раскрываемой им литературы...» 1 Ве-
ликий русский ученый М. В. Ломоносов, характеризуя рус-
ский язык, сказал, что в нем находим «великолепие ишпан-
ского, живость французского, крепость немецкого, нежность
итальянского, сверх того богатство и сильную в изображе-
ниях краткость греческого и латинского языка» 2.

В. И. Ленин придавал огромное значение изучению рус-
ского языка всеми народами России. Он писал: «Русский
язык — велик и могуч, говорят нам либералы. Так неужели
же вы не хотите, чтобы каждый, кто живет на любой окраине

1 К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XV, стр. 239.

2 М. В. Ломоносов. Поли. собр. соч., т. VII. Изд-во АН СССР, 1952,
стр. 391.

183
России, знал этот великий и могучий язык? Неужели вы не
видите что русский язык обогатит литературу инородцев,
даст им возможность приобщиться к великим культурным

ценностям и т. д.? w„

Все это верно, господа либералы,— отвечаем мы им. Мы
лучше вас знаем, что язык Тургенева, Толстого, Добролю-
бова, Чернышевского — велик и могуч. Мы больше вас хотим,
чтобы между угнетенными классами всех без различии на-
ций, населяющих Россию, установилось возможно более тес-
ное общение и братское единство. И мы, разумеется, стоим
за то, чтобы каждый житель России имел возможность на-

учиться великому русскому языку.

Мы не хотим только одного: элемента принудительно-

сти»

!<£>> . о

Содружество социалистических наций явилось важней-
шим условием больших успехов в изучении русского языка
всеми народами Советского Союза. Сама жизнь показала,
что в условиях нашей действительности, в вопросе овладения
культурой, национальной по форме, социалистической по со-
держанию, русский язык для всех народов СССР, а следова-
тельно и для узбекского народа, имеет громадное значение.
Изучение русского языка стало одним из важнейших факто-
ров обогащения национальных языков. u

Знание русского языка трудящимися нашей Родины от-
крывает им неограниченные возможности для приобщения к
богатейшей культуре великого русского народа; русский
язык является важнейшим средством общения между наро-
дами Советского Союза и служит делу укрепления дружбы

между ними. „ о

Советский Союз является первой в истории страной, при-
ступившей к строительству коммунизма.^ СССР стал мировым
центром передовой культуры и научной мысли. Все это не-
измеримо увеличило роль и значимость русского языка. По-
этому, обогащая и развивая свой язык, узбекский народ одно-
временно изучает и русский язык.

Не случайно в конце 30-х годов в ряде национальных рес-
публик, в том числе и в Узбекистане, началось широкое дви-
жение, направленное к переходу с латинизированного на
русский алфавит. В самом деле, опыт быстро развивающе-
гося культурного строительства, благотворное влияние пере-
довой русской культуры на развитие культуры народов 1

1 В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 24, стр, 294—295.

184
СССР, постоянное общение этих народов с русским наро-
дом, а также перспектива их дальнейшего культурного разви-
тия показали, что на рассматриваемом историческом этапе
высшей ступенью развития в области узбекской письменно-
сти является новый алфавит, на основе русской графики. По-
этому инициатива трудящихся Узбекистана, поставивших
вопрос о переходе на новый алфавит, была не случайным, а
вполне закономерным явлением. Рабочие, колхозники и ин-
теллигенты в многочисленных резолюциях, принятых на об-
щих собраниях, и в статьях, помещенных на страницах пе-
чати, требовали перехода на новый алфавит. И вот в мае
1940 года III сессия Верховного Совета Узбекской ССР пер-
вого созыва приняла закон о новом узбекском алфавите.

С принятием этого закона узбекская письменность всту-
пила в новую, высшую стадию своего развития, отвечающую
вопросам социалистической культуры узбекского народа на
данном историческом этапе.

Новый узбекский алфавит был составлен с учетом не
только основных и характерных особенностей разговорного
и письменного узбекского литературного языка на данном
этапе его развития, но и перспектив этого развития. С этой
целью максимально был использован русский алфавит, а
именно: кроме букв щ и ы все буквы русского алфавита были
сохранены в том виде и в том порядке, в каком они сущест-
вуют в русском алфавите. Для обозначения специфических
звуков узбекского литературного языка были введены допол-
нительные знаки.

В условиях общего экономического и культурного подъ-
ема нашей республики переход к новому узбекскому ал-
фавиту на основе русской графики явился закономерным
развитием узбекской письменности на данном историческом
этапе. Перейдя на новый алфавит, узбекский народ разру-
шил до основания гнилые, отжившие свой век традиции в об-
ласти письменности и орфографии. Новый алфавит вполне
оправдал себя на практике и сделался достоянием широчай-
ших масс узбекского народа.

После введения нового алфавита и русские и узбекские
дети вместо двух различных алфавитов изучают теперь по
существу один алфавит. Благодаря этому, с одной стороны,
получается экономия времени, а с другой — изживается та
путаница, которая имелась при обучении русских детей уз-
бекскому языку и узбекских детей — русскому. Улучшилось
преподавание русского языка в узбекских школах. В поли-

185
графическом производстве начал применяться в основном тот
же шрифт, что и при наборе издании на русском языке.

Переход на новый узбекский алфавит на основе русской
графики был проявлением подлинной культурной револю-
ции, одним из ярких показателей роста социалистической
культуры узбекского народа, результатом его успешной
борьбы с отжившими средневековыми традициями в области
письменности, демонстрацией единства и дружбы народов
Советского Союза.

ОБЩЕНАРОДНОСТЬ
СОВРЕМЕННОГО
УЗБЕКСКОГО ЯЗЫКА

Коснемся теперь вопроса о
тенденциях развития узбекской лексики. Прежде всего, из
года в год уменьшалось число слов арабско-персидского про-
исхождения и увеличивался новый словарный пласт совет-
ско-интернационального происхождения. Так, например, по
подсчету, произведенному А. К. Боровковым , текст самар-
кандской газеты «Зеравшан» от 25 марта 1923 года содержал
37 4 процента слов так называемого арабско-персидского
происхождения и 2 процента слов советско-интернациональ-
ных (в том числе и русских), а в газете «Кзыл Узбекистан»
от 6 февраля 1940 года число слов арабско-персидского про-
исхождения снизилось до 25 процентов, число же советско-
интернациональных слов достигло 15 процентов.

В действительности же процент непонятных широкой
массе слов арабско-персидского происхождения был гораздо
меньше, чем он выведен в этих подсчетах. Судя по произве-
денному перечню слов арабско-персидского происхождения,
основанием для отнесения их к этой категории в данном слу-
чае служили весьма формальные признаки. В приведенном
А. К. Боровковым перечне немало таких слов, как апаг (гра-
нат), beda (клевер), paxta (хлопок), pul (деньги), daraxt (де-
рево), avaz (голос), savda (торговля) и т. д. Ни^одному уз-
беку употребляющему эти слова в повседневной жизни, не
приходит в голову мысль о том, что они персидского или
какого-нибудь иного происхождения.

■ А К Боровков. Изменения в области узбекской лексики и новый
алфавит (на основе русской графики). «Известия УзФАН СССР». 1 аш-
кент, 1940, № 7.

186
Суть вопроса не в формальных признаках происхождения
того или иного слова (которые, конечно, имеют значение для
истории языка). Думается, что при подсчетах, преследующих
цель выявления количества арабско-персидских слов, имею-
щихся в современном узбекском языке, следовало бы учиты-
вать независимо от их происхождения степень понятности
тех или иных слов широким массам узбекского народа.

Таким образом, при определении арабизмов и фарсизмов
речь может идти только о таких арабско-персидских словах,
которые непонятны широким массам. Число таких слов из
года в год становится все меньше и меньше и на рассматри-
ваемом этапе составляет небольшой процент. Возьмем для
примера опять газету «Кзыл Узбекистан» от 18 октября
1940 года (№ 243). Передовая статья этой газеты содержит
6250 слов, в том числе такие: sanaat, mutlaqa, a’la, daraga,
sfat, faqat, tamin и т. п,— всего 31 слово не совсем, может
быть, понятное широкой массе, что составляет около 0,5 про-
цента от общего количества слов в статье. Но и среди этих
слов есть такие, как sanaat (промышленность), a’la (отлич-
ный), sfat (качество), faqat (только), umumij (общий), davlat
(государство), hukumat (власть), сага (мера), muhim (важ-
ный), которые достаточно известны широким массам узбек-
ского народа.

На второй странице того же номера «Кзыл Узбекистан»
помещена статья Xalk — ага abzor («Международное обозре-
ние»), которая содержит 8576 слов, в том числе такие: huQum,
daraga, ubhasiz, zarar и другие — всего 34 слова можно от-
нести к не вполне понятным массовому читателю, что со-
ставляет примерно 0,4 процента. Если же, как и в первом
примере, исключить слова, не относящиеся к категории «не
совсем понятных широкой массе», то полученный нами про-
цент еще снизится. Другими словами, несмотря на различие
характера и стиля двух статей, в обоих случаях наблюдается
одна и та же картина. Конечно, при более строгом подходе
к рассматриваемому вопросу и привлечении большего числа
текстов разной тематики полученный нами процент, веро-
ятно, несколько повысится. Однако во всяком случае он едва
ли превзойдет 1,5 процента.

Это явление в высшей степени знаменательно. Оно пока-
зывает, что в отличие от книжного языка дооктябрьского Уз-
бекистана литературный узбекский язык советского периода
сделался несравнимо более близким широким массам, стал
общенародным, понятным.

187
СЧАСТЬЕ

СВОБОДНОГО ТРУДА

В период с 1939 по 1943 год
я занимался вопросами науки и культуры, будучи замести-
телем председателя Совета Народных Комиссаров Узбеки-
стана и являясь председателем президиума Узбекского фили-
ала Академии наук СССР. Большая часть этого периода
охватывает суровые годы Великой Отечественной воины
против немецко-фашистских захватчиков, когда все силы и
средства нашей Родины были мобилизованы для разгрома

^ Под руководством партийной организации республики
трудящимися Узбекистана в те тяжелые годы проделана ог-
ромная работа в области народного хозяйства, науки и куль-
туры. Я не ставлю своей задачей подробно рассказывать оо
этой работе. Ограничусь лишь общей краткой характеристи-
кой, подчеркнув некоторые особенности.

XVIII съезд ВКП(б) в своих решениях указывал на необ-
ходимость создания комплексного хозяйства в областях и
экономических районах Советского Союза.В соответствии с
этим дальнейшее развитие народного хозяйства республики,
определившейся как основная хлопковая база Советского
Союза, происходило комплексно, производительные силы

размещались более планомерно. л

Выполнение директивы XVIII съезда партии о необходи-
мости при размещении нового строительства в третьей пяти-
летке исходить из приближения промышленности к источни-
кам сырья и районам потребления коренным образом изме-
нило не только «географию промышленности» Узбекистана,
но и весь облик республики: появились новые промышлен-
ные районы, новые населенные пункты, новые города, новые

очаги социалистической культуры.

Темпы индустриализации республики продолжали нара-
стать. Только за первые три года третьей пятилетки в народ-
ное хозяйство Узбекистана было вложено 2152 миллиона руб-
лей из них в промышленное строительство - 88J миллионов
рублей. Введено в действие 134 новых промышленных пред-

Р Для дальнейшего развития социалистического сельского
хозяйства республики требовалось огромное количество до^-
полнительных водных ресурсов. В свявн с этим весной

188
1939 года в Узбекистане возникло и развилось мощное народ-
ное движение за воду. Колхозники Ферганской долины в те-
чение 17 дней своими силами прорыли Ляганский канал про-
тяжением 32 километра, выполнив 350 тысяч кубометров
земляных работ.

После создания Ляганского канала колхозники взялись
за строительство Большого Ферганского канала. С огромным
подъемом встретили трудящиеся Узбекистана весть о том,
что Союзное правительство одобрило и поддержало инициа-
тиву колхозников. Советское государство оказало строите-
лям техническую помощь, предоставило механизмы, авто-
транспорт, строительные материалы, выделило денежные
средства. Основную часть работ колхозники добровольно вы-
полняли своими силами и средствами.

Надолго останется в памяти исторический день, когда
160 тысяч ферганских колхозников, воодушевленных по-
мощью Советского государства, с музыкой, песнями и пля-
сками вышли 1 августа 1939 года на трассу будущего Боль-
шого Ферганского канала. Это было неописуемое, незабывае-
мое, грандиозное по своим масштабам зрелище.

Все дни этой замечательной стройки с начала и до конца
были отмечены пафосом созидательного труда, образцами
подлинного героизма. Это был поистине невиданный в исто-
рии триумф социалистического отношения к труду. Трудно
передать многообразие народного энтузиазма, трудно
описать волнующие и вдохновляющие эпизоды, которыми
были наполнены дни земляных работ. Ни тяжелые камени-
стые грунты, ни подпочвенные воды, ни жара, достигавшая
45 градусов в тени, не могли остановить людей. Каждый день
на стройке отмечался новыми рекордами, новыми многочис-
ленными примерами труда, героизма и самоотверженности.
О подвигах сотен и тысяч колхозников, работавших на ка-
нале, слагались песни и легенды, настолько необычными
были темпы и сроки строительства этого канала, замечатель-
ного сооружения Советского Узбекистана.

Однажды во время пребывания на строительстве канала
я был так сильно взволнован героизмом труда колхозников,
этих подлинно народных строителей, что, возвращаясь, по до-
роге выразил свое восхищение стихами, которые на другой
день были опубликованы на страницах газеты «Кизил Узбе-
кистан».

В результате небывалого подъема народных масс был соз-
дан грандиозный Большой Ферганский канал протяженностью

189
270 километров, где земляные работы объемом в 16 мил-
лионов кубометров были закончены в сверхрекордный
срок - за 45 дней. По старым нормам, строительство такого
канала должно было занять шесть-семь лет.

Строители Большого Ферганского канала в своем
письме-рапорте Центральному Комитету ВКП(б) с чувст-
вом законной гордости писали:

С тех пор, как труд среди людей возник,

Так никогда он не был велик.

Работали мы, правда, день и ночь:

Отец и сын, и внук, и мать, и дочь.

За сорок пять мЫ дней свершили то,

О чем мечтали предки лет уж сто.

Такого вдохновенного труда
Не знал никто, нигде и никогда.

На Большом Ферганском канале воздвигнуто свыше
1000 различных гидротехнических сооружений, в том числе
два водозаборных, 9 перегораживающих, 126 дюкеров, 157 ак-
ведуков, около 50 таких крупных сооружений, как Куйган-
Ярская плотина на реке Кара-Дарья, Ассакинский дюкер;
построено более 90 мостов.

Сооружение Большого Ферганского канала оказало
огромное влияние на дальнейшее развитие социалистиче-
ского хозяйства орошаемых районов: канал улучшил ороше-
ние на площади около 500 тысяч гектаров и позволил освоить
до 70 тысяч гектаров новых поливных земель.

После окончания строительства Большого Ферганского
канала такими же скоростными методами народных строек
были созданы и многие другие ирригационные сооружения
нашей республики. Например, в 1939—1940 годах построены
Северный Ферганский канал длиной 162 километра, Южный
Ферганский канал протяженностью 108 километров, а также
каналы в Ташкентской, Самаркандской, Бухарской и Хорезм-
ской областях. О масштабе скоростных народных ирригаци-
онных строек можно судить хотя бы по тому, что только в
1939 году на каналах были выполнены земляные работы объе-
мом около 26 миллионов кубометров, а в 1940 году — 58 мил-
лионов кубометров.

190
На всех этих народных стройках проявились особые каче-
ства нового, советского человека. Колхозники, воспитанные
Коммунистической партией, тысячами примеров вновь и
вновь доказывали, что труд в нашей стране стал делом чести,
делом славы, делом доблести и геройства.

ЭКСПЕДИЦИЯ
В МАВЗОЛЕЙ
ГУР-ЭМИР

В 1941 году в связи с подго-
товкой к празднованию 500-летия со дня рождения великого
узбекского поэта и мыслителя Алишера Навои проводились
большие работы по изучению эпохи, в которой жил и тво-
рил поэт. В частности, по решению правительства Узбекской
ССР была организована экспедиция в Самарканд по вскры-
тию погребений Тимура и тимуридов в мавзолее Гур-Эмир
(могила эмира. Мавзолей называют также Гури-Мир).

Экспедиция в составе автора этих строк (руководитель),
научного сотрудника Института материальной культуры Ака-
демии наук СССР антрополога-скульптора М. М. Гераси-
мова, антрополога профессора Л. В. Ошанина, востоковеда
профессора А. А. Семенова, химика-реставратора Ленинград-
ского Государственного Эрмитажа профессора В. Н. Коно-
нова, архитектора Б. Н. Засыпкина, археолога профессора
В. А. Шишкина (впоследствии члена-корреспондента АН
УзССР) и научного секретаря Комитета Навои X. Т. Зари-
пова приступила к работе 16 июня 1941 года.

Основная задача экспедиции заключалась в том, чтобы
проверить достоверность некоторых исторических данных о
Тимуре и тимуридах (главным образом, Тимуре и Улугбеке),
а также по черепам восстановить их облик. Советская обще-
ственность проявляла исключительный интерес к экспеди-
ции, работа которой широко освещалась на страницах пе-
чати. Пользуясь случаем, позволю себе поделиться своими
воспоминаниями об этой экспедиции. В целях полноты кар-
тины считаю необходимым прежде всего вкратце остано-
виться на некоторых вопросах истории, связанных с Тимуром
и некоторыми тимуридами, особенно с Улугбеком.

191
I

Средняя Азия с глубокой
древности являлась ареной ожесточенной борьбы. Ее народы
героически боролись как против иноземных завоевателей,
так и местных угнетателей. Достаточно, например, вспо-
мнить вторжение войск Александра Македонского в Сред-
нюю Азию, завоевания арабских халифов, опустошительные
нашествия орд Чингисхана, грабительские походы персид-
ских шахов.

В XIV веке в Средней Азии усиливается власть местных
эмиров и беков, из среды которых на политической арене
(1370) появился Тимур. Отец его, эмир Тарагай, был прави-
телем Шахрисабзской области. Тимур служил у разных ха-
нов в качестве водителя дружины, в частности у самарканд-
ского правителя Хусейна, и зарекомендовал себя как отлич-
ный военный предводитель. Характеризуя этот период его
жизни, К. Маркс писал, что Тимур «возвысился как началь-
ник кондотьеров на службе у разных князей...» 1

Вместе с Хусейном ведя борьбу против эмира Моголи-
стана, Тимур оказался в Сеистане. Но «содружество» между
Хусейном и Тимуром продолжалось недолго. В 1370 году
Хусейн был осажден Тимуром в Балхе, взят в плен и убит.
Все эмиры принесли Тимуру присягу в верности, и он стал
фактически государем Мавераннахра. С этого времени начи-
нается длинный ряд победных походов Тимура, завершив-
шихся образованием огромного феодального государства,
простиравшегося от Дели до Дамаска и от Аральского моря
до Персидского залива.

Деятельность грозного Тимура как полководца, завоева-
теля и правителя весьма противоречива. К. Маркс так писал
о походе Тимура на Малую Азию: «Тимур в это время дви-
нулся против Дамаска, Сирии и египетских мамлюков, чтобы
наказать князей, которые отпали от него или оказывали под-
держку отпавшим; он всюду разрушал города, предавал их
огню, а жителей замучивал насмерть», но «... в середине 1400,
совершив все это, Тимур отправился в Самарканд, где издал
прекрасные, гуманные указы»2.

Самарканд — древнейший город Средней Азии — благо-
даря своему географическому положению давно был изве-

1 «Архив Маркса — Энгельса», т. VI. М., 1939, стр. 184.

2 Там же, стр. 185.

192
стен как один из важных торговых центров на Востоке. Тор-
говые сношения с важнейшими рынками Индии, Китая,
Ирана и Восточной Европы играли значительную роль в эко-
номической и культурной жизни Самарканда. Ремесленная
промышленность достигла высокого уровня. Здесь было по-
ставлено производство тканей из шелка, бархата, материй из
хлопка; производство прекрасных бумаг, текстильных и кера-
мических красок; была освоена технология и обработка ме-
таллов, стекла, драгоценных камней, получения сахара из
тростника и т. д.

В XV веке достигла высокого развития и архитектура. Ар-
хитектурные памятники этой эпохи отличаются грандиозно-
стью размеров, монументальностью форм. Они были обли-
цованы прекрасными изразцами; искусство мастеров мозаики
и поливной терракоты, а также стенной орнаментальной
росписи достигло в это время высокого уровня.

Тимур придавал огромное значение роли духовенства. Это
в основном и определило собою главное направление строи-
тельства: строились мечети, мавзолеи, ханака (обитель

дервишей) и другие сооружения. Кроме того, строились боль-
шие оросительные системы, селения, воздвигались велико-
лепные дворцы, а в окрестностях города разбивались роскош-
ные сады с прекрасными дворцовыми постройками. Величе-
ственные архитектурные сооружения того времени вызывали
восхищение и удивление зрителей.

Все это создано кропотливым трудом многих поколений
народов и является результатом коллективного творчества
лучших сынов народа, талантливых зодчих, создавших куль-
турные ценности в условиях феодального гнета.

Несомненно, в то время уже были установлены опреде-
ленные теоретические каноны архитектурного творчества
народов Средней Азии, о чем свидетельствуют дошедшие до
нас старинные планы монументальных сооружений местных
мастеров и чертежи изразцовых облицовок этих памятников.
Выработанные в течение веков народными мастерами худо-
жественные приемы передавались из поколения в поколение.

В феврале 1405 года Тимур умер. Началась борьба между
претендентами на престол.

Огромное государство Тимура, как случайное объедине-
ние различных слоев среднеазиатской феодальной знати,
просуществовало недолго. Под красочной и пышной внешно-
стью железного правления Тимура сказывались разъедавшие
его устои глубокие классовые противоречия, внутри его

13 Т. Н. КарЫ'Ниязов

193
кипела жестокая борьба различных общественных слоев.
В течение нескольких месяцев обширное государство 1 имура
распалось. В ходе последовавших междоусобных воин, после
четырехлетней феодальной смуты, в 1409 году сыну Тимура,
Шахруху, удалось наконец образовать два самостоятельных
государства - Хорасанское, с центром в Герате, во главе с
самим Шахрухом, и Мавераннахрское — с центром в Самар-
канде, во главе с сыном Шахруха Улугбеком.

II

Улугбек во многом отли-
иялгя от своего отца, Шахруха, блюстителя догм шариата.
ГтоЯвреТмя, как Ша^рух в Герате бы,. окружен
и преследовал свободную мысль, Улугбек в JHSSe

жил себя учеными и поэтами и не только поощрял развитие
н/ки^ литературы и искусства, но „ содействовал их процве-

^"строительная деятельность при Улугбеке продолжает раз-
виваться В отличие от эпохи Тимура она в основном шла
в двух направлениях: с одной стороны, строились культур-
л у „„чгтрния А С другой — завершались начатые до него
постройк^Улуг'бек'не^успел ей/ окончательно усмирить
сво» врагов, как уже в 1417 году но

строятся медресе в Бухаре, Самарканде (1420) и I иждуване
(1432-1433)- строятся благотворительные учреждения
Мерве; знаменитая астрономическая обсерватория в Смар-
ганде Заканчивается строительство мечети «Биби Ха
ным» мавзолея «Гур — Эмир», завершается ансамбль «Ша-
хиС ’зинда” Источники сообщают о прекрасных пригород-

НЬ'ХсГрГте/ьУсГтб»оКмеДресе Улугбека, согласно надписи н

портале было начато в 1417 году и окончено в 1420 году.
Первоначальное здание имело два этажа, четыре 1хупол
vrAOBbiMH аудиториями и четыре минарета по углам.
В 1870 году, очевидно под влиянием сейсмических толчков
один ив минаретов рухнул. Другой, сильно кренившиися, был

ВЫПМедресеВулугбе/весьма оригинально как с точки зрения
обшей архитектурной композиции, так и по качеству израз

цовыГ обработки^ Облицовка здания "Р^^Ш^ГиТ-
степень художественного совершенства: оно украшено пре

194
красным сочетанием геометрического и растительного орна-
мента, а также каллиграфическими письменами изумитель-
ной работы. Тимпан над аркой изображает стилизованное
звездное небо, что, очевидно, характеризует назначение
этого медресе прежде всего для изучения астрономических
наук.

В Самарканде получили широкое развитие также мини-
атюрная живопись и каллиграфия. Например, здесь жил и
творил прославленный на весь мусульманский Восток талант-
ливый каллиграф Абдурахмон Хорезми со своими двумя
сыновьями, тоже выдающимися каллиграфами — Абдурахи-
мом и Абдулкаримом. Ими и их школой созданы замечатель-
ные образцы каллиграфического искусства и новые формы
изящного почерка, которые и сейчас украшают различные
памятники материальной культуры (резьба по дереву, мра-
мору, металлу).

Над художественным оформлением рукописных книг ра-
ботали талантливые художники-миниатюристы, создавшие
прославленную самаркандскую школу живописи. Рукописи
этой эпохи представляют собой произведения оригиналь-
ного искусства, отличаются высоким качеством художествен-
ных миниатюр, гармоничным сочетанием изящного почерка,
великолепного переплета, роскошных украшений заглавных
страниц. Шариат запрещал изображать живые существа и
особенно человека, и этот запрет сковывал художественное
творчество народа. Мастера узбекского изобразительного ис-
кусства вынуждены были ограничиваться главным образом
творческой деятельностью в области орнаментально-декора-
тивного искусства и каллиграфии. Между прочим, среднеази-
атские художники изображали живые существа еще в древ-
нейшие времена, задолго до прихода арабов в Среднюю
Азию.

Характерно, что в XV веке вопреки религиозным запре-
там в творчестве среднеазиатских художников Бехзада и дру-
гих миниатюристов гератской и бухарской школ проявля-
лись черты реализма, присущие еще древней доисламской
скульптуре и живописи народов Узбекистана.

В отличие от всех других тимуридов Улугбек не увлекался
военными походами, а те, которые предпринимались при
нем, были, во-первых, весьма непродолжительными, и, во-вто-
рых, носили совершенно иной характер, а именно: они осу-
ществлялись главным образом в случае надвигавшейся опас-
ности. Такая опасность, например, грозила со стороны мого-

195
лов в начале 1425 года, и Улугбек вынужден был предпринять
поход.

Последний раз, в 1427 году, Улугбек выступил против ца-
ревича Бурака, который предъявлял несправедливые претен-
зии на земли по Сыр-Дарье. После этого в течение следую-
щих 20-ти лет он лично не совершил никаких походов, даже
и тогда, когда со стороны Сыр-Дарьи или Моголистана совер-
шались набеги на границы его владений. Продолжительность
тех немногих походов, которые совершались при Улугбеке,
в совокупности составляют два-три года, не более, все
остальное время он не занимался военными делами, а цели-
ком отдавался науке

Улугбек принимал активное участие в литературных и на-
учных диспутах; обнаруживал отличные познания и в таких
областях, как арабский язык, литература, история, музыка;
поражал всех своей железной логикой. В отличие от подав-
ляющего большинства правителей, он прославился не как го-
сударственный деятель, а как ученый. Более того, увлечение
Улугбека наукой в известной мере отрицательно отражалось
на его государственной деятельности. Направление ученой
деятельности Улугбека, его свободомыслие шло вразрез с
омертвевшими догмами ислама и не способствовало его авт
ритету как правителя. Реакционное духовенство всячески
стремилось дискредитировать Улугбека в глазах народа, об-
виняло его в ереси. В конечном итоге по тайному заговору
реакционного духовенства он был предательски убит.

III

Среди памятников старины
Узбекистана мавзолей Гур-Эмир занимает особое место. Бу-
дучи памятником мирового значения, по своим архитектурно-
декоративным качествам он является одним из лучших об-
разцов архитектурного зодчества феодального Востока.
Мавзолей выделяется прежде всего строгостью монументаль-
ных и величественных форм, необычайными размерами реб-
ристого купола, стремящегося неудержимо вверх, и богатой
декоративной отделкой.

1 О трудах обсерватории Улугбека см. работу автора «Астрономиче-
ская школа Улугбека». М.—Л., Изд-во АН СССР, 1950.

196
Мавзолей Гур-Эмир построен в простых геометрических
формах. На восьмигранном основании находится цилиндри-
ческий барабан, на котором покоится величественный ребри-
стый купол. Здание снизу было опоясано мраморной па-
нелью. Выше все стены и поверхности покрыты орнаменталь-
ной облицовкой из поливных кирпичиков голубого, синего
и белого тонов. Особенно красочно выделяется на общем
терракотовом фоне купол зеленовато-голубого тона с си-
ними узорами. Внутри мавзолей имел богатейшую отделку.
Низ стен покрывала панель из полупрозрачного оникса со
вставками из черного змеевика. Над панелью шли две по-
лосы, высеченные из мрамора и расписанные золотом и ла-
зурью. Нижний из них представлял тонкой работы сталакти-
товый карниз, верхний — беспрерывную ленту надписи, со-
держащую изречения о загробной жизни, что подтверждает
назначение здания быть усыпальницей.

Над могилами, в самом склепе, устроены надгробия, а в
помещении мавзолея — вторые надгробия, среди которых вы-
деляется надгробие Тимура из черного нефрита. Площадка с
надгробиями окружена резной ажурной мраморной решет-
кой изумительной работы с разнообразными сюжетами.

В склеп, находящийся под полом, ведет небольшая лест-
ница. План склепа повторяет в уменьшенных размерах основ-
ной план мавзолея (квадрат с четырьмя нишами). Низ стен
склепа имеет простую гладкую мраморную панель, выше
стены и все своды облицованы прекрасно выделанным
обожженным кирпичом. Интересен центральный купол.
Чтобы избежать излишней высоты, он сделан низкого подъ-
ема и представляет двенадцатигранную пирамиду; в соот-
ветствии с этим и аркам, прикрывающим ниши, придана усе-
ченная форма вместо обычной в таких случаях стрельчатой.
В полу склепа находятся могилы и вторые надгробные плиты
тонкой художественной работы.

Несколько слов о дверях мавзолея Гур-Эмир. Судя по
некоторым литературным данным, в мавзолее было четыре
деревянных резных и инкрустированных двери. Из них
одна — внутри пристройки, при входе в главное здание ма-
взолея; другая, такого же типа, — в проеме при нынешнем
входе в мавзолей, в восточной пристройке (она почти не со-
хранила инкрустации); третья дверь, находившаяся в запад-
ной пристройке, имеет только следы инкрустации; четвер-
тая, самая большая дверь, находилась в проеме главного вы-
хода в центре здания.

197
Экспедицией были вскрыты погребения Тимура, его сы-
новей — Шахруха и Мираншаха, а также внуков — Улугбека
и Мухаммед-Султана. Все могилы упомянутых лиц, как сви-
детельствует акт экспедиции, оказались в нетронутом состоя-
нии и подвергались лишь естественным разрушениям, от воз-
действия воды, попавшей в склеп. Никаких предметов, кроме
остатков истлевших тканей, деревянного футляра с мелкой
галькой в погребении Шахруха и деревянных гробов, в кото-
рых находились останки Тимура и Мухаммед-Султана, обна-
ружено не было. Скелеты, добытые при вскрытии погребе-
ний, оказались хорошей сохранности, за исключением сильно
разрушенного скелета Мираншаха, левой теменной области
черепа Тимура, левого предплечья Улугбека и некоторых
мелких частей конечностей всех скелетов. Указанные недо-
стающие части скелетов были разрушены солями, выпавшими
из вод, проникавших в склеп.

Разумеется, среди всех перечисленных здесь исторических
личностей наибольший интерес представляют две фигуры, а
именно- Тимур и Улугбек. Поэтому я позволю себе ограни-
читься рассказом о вскрытии погребений только этих двух

лш*'- * *

Могила Тимура была закрыта массивном мраморной пли-
той прямоугольной формы. После снятия этой плиты обна-
ружено пять продолговатых плит, положенных в поперечн
направлении. Удалив плиты, мы вскрыли могилу. Стенки мо-
гилы оказались обложенными разной величины и формы пли-
тами из серого мрамора, обтесанными^ в виде прямоугольных
блоков, но без шлифовки поверхностей.

После снятия плит, закрывавших могильную камеру, был
обнаружен деревянный гроб длиной около 205 см, шириной
в головной части — 61 см, в ногах — 40,5 см, высотой в но-
гах — 29 см и 36 см в головной части (без крышки), состоя-
щий из четырех массивных стоек по углам, в которые вруб-
лены гладкие доски толщиной 2—2,5 см, образующие стенки.
Внизу стойки образуют невысокие ножки.

Крышка гроба двухскатная, из таких же досок, покрыта
остатками тканей. Головная часть до середины покрыта
сильно истлевшей парчовой тканью с основой из нитеи, об-

1 На основании археологических и других первичных материалов
экспедиции без особой детализации.

198
мотанных золотой (или золоченой) проволочкой с остат-
ками тканного рисунка с арабской надписью. Ткань лучше
сохранилась на западной стороне, где она свисала неболь-
шим лоскутом с крышки гроба. На восточной стороне ткань
почти совершенно исчезла. Нижняя часть гроба была по-
крыта остатками другой ткани черного цвета. На стенках сар-
кофага и на полу могилы были заметны явные следы воды в
виде подтеков на стенках, кристаллизации солей гипса и или-
стого осадка.

После удаления крышки гроба вместе с тканями в гробу
обнаружен скелет мужчины среднего роста. Скелет лежал
на спине, череп — на правой щеке. Грудная клетка разош-
лась, ребра в верхнем разделе несколько перепутаны, руки
сведены в области живота со слегка согнутыми локтями. Пра-
вая коленная чашечка срослась с нижним эпифизом бедра.
Большая берцовая кость правой ноги несколько смещена:
это вызвано тем, что нога в колене была, видимо, согнута в
момент погребения. Большая и малая берцовая кости левой
ноги не нарушены. Было отчетливо видно, что правая ступня
помещалась несколько выше левой, что создавало иллюзию
укороченной правой ноги.

Кости хорошей сохранности, но череп сильно разрушен;
в области левой теменной кости поверх лица лежала корка,
состоящая из остатков мумифицированных тканей и какой-то
обмотки, от которой сохранились мелкие кусочки. Остатки
мумифицированной ткани обнаружены на разных частях ске-
лета. Наиболее крупные куски ее оказались в области ребер
и между бедрами. Никаких остатков покрывала или савана,
также как и одежды, обнаружено не было. При вскрытии
крышки гроба чувствовался сильный терпкий запах, напоми-
нающий запах камфары и росного ладана. Этот запах сохра-
нился и на другой день и был ясно ощущаем при разборке
костяка.

Поверх всех костей и особенно на выдающихся частях
их обнаружен тонкоотмученный ил. Такой же ил, но не-
сколько более грубой консистенции, был на дне гроба.

При разборке скелета обнаружилось, что кроме пато-
логического изменения в области колена нечто подобное,
но еще в более ярко выраженной форме, имелось в правом
локте сустава: три кости — плечевая, локтевая и лучевая
срослись своими эпифизами, образуя единый, нерасчленен-
ный блок, причем рука срослась в слегка изогнутом состоя-
нии. Указательный палец правой руки сильно изуродован.

199
На голове обнаружено большое количество рыжевато-седых
волос. Волосы сохранились также на обеих бровях, и осо-
бенно четко на правой, а также на левой ветви нижней челю-
сти. Отчетливо видна граница верхнего края бороды. Такова
в основном общая картина вскрытия.

В моих руках череп Тимура.

— Вот он, череп «Властелина времени»,— говорю, обра-
щаясь к окружавшим меня членам экспедиции, через пять
веков он оказался в наших руках!

— Ирония судьбы! — восклицает профессор А. В. Оша-
нин. „

— Думаю, что налицо победа власти времени над «Вла-
стелином времени»,— отвечаю я.

— Верно вы говорите, — замечает профессор А. А. Семе-
нов.

Действительно, власть времени — всесильна; она неумо-
лима для всех.

Как известно, в литературе распространено мнение о
том, что якобы тело Тимура находилось в стальном гробу,
сделанном искусным ширазским мастером. Об этом пишет
В. В. Бартольд, ссылаясь на рассказ историка Ибн-Араб-
шаха. Больше того, археолог М. Е. Массон подтверждает
это результатом магнитного исследования, произведенного
над гробницей Тимура. «Магнитные наблюдения 1925 года
над могилой Тимура,— писал он,— подтвердили наличие в
ней парамагнитного тела, вероятно, остатков гроба, а может
быть, и других предметов».

Но вскрытие погребений, как видно из вышеизложен-
ного, опрокинуло все эти предположения: Тимур лежал не
в стальном гробу, а в деревянном. В таком случае, чем объ-
яснить результат магнитного исследования?

Магнитные исследования над гробницей Тимура были
произведены известным инженером М. Ф. Мауэром, живу-
щим в Самарканде. Во время работы экспедиции, еще до
вскрытия погребения Тимура, я беседовал с ним на эту тему
в присутствии некоторых членов экспедиции. Оказалось, что
во время магнитных исследований Мауэр допустил ошибку
чисто технического характера.

— Скажите,—спросил я Мауэра,—верно, что^ вы зани-
мались магнитными исследованиями над гробницей Тимура?

— Да, верно, — ответил Мауэр.

— В каком году?

— В 1925.

200
— Соответствуют ли действительности слухи о том, что
ваши наблюдения обнаружили наличие парамагнитного тела
в гробнице?

— Первоначально я был такого мнения, но впоследствии
обнаружил ошибку в своих экспериментах. К сожалению,
первоначальный ошибочный вывод появился в печати.

Остается все же утверждение Ибн-Арабшаха о существо-
вании стального гроба. Дело в том, что после занятия Шах-
рухом Самарканда в 1409 году по его распоряжению из мав-
золея было удалено все убранство, противоречащее прави-
лам шариата. Весьма вероятно, что стальной гроб, недопу-
стимый с точки зрения шариата, тогда и был заменен
деревянным.

Согласно антропологическим исследованиям профессора
Л. В. Ошанина, Тимур был ширококостным, мускулистым и,
судя по размерам длинных костей конечностей, среднего
роста — 166,6 см. Череп его отличается большой емкостью
мозговой коробки (1668 см3), значительно превосходящей
среднюю емкость мозгового черепа взрослых мужчин
(1500 см3).

Профессор Н. А. Богораз, исследуя заболевания правого
коленного сустава Тимура (на основании изучения как са-
мих костей, так и рентгенографических снимков), пришел
к выводу, что Тимур с юношеских лет, несомненно, страдал
туберкулезом правого коленного сустава. Далее он допу-
скает возможность поражения тем же туберкулезным про-
цессом правого локтевого сустава, ибо последний оказался
полностью онкилозированным в плече-локтевом, плече-луче-
вом и луче-локтевом сочленениях. Кроме того, на лобной
кости скелета Тимура обнаружен шрам длиною около 2 см,
по-видимому, от полученного им ранения.

Таким образом, исследования, проведенные при вскрытии
гроба, подтвердили имевшиеся исторические сведения о том,
что Тимур сильно хромал на правую ногу, с трудом владел
правой рукой, которая была неподвижна в локтевом суставе,
и что во время одной из битв (в Сеистане) был ранен стре-
лой в правую руку.

Вышеизложенное с очевидной ясностью доказывает не-
сомненную принадлежность скелета именно Тимуру и тем
самым опровергает существовавшее предположение о якобы
имевшем место похищении останков Тимура.

Выше было сказано, что при вскрытии гроба Тимура
чувствовался сильный терпкий запах, напоминавший запах

201
камфары и росного ладана, а это подтверждает упомянутую
выше историческую справку и о том, что труп Тимура npi
погребении действительно был «надушен благовониями»

При вскрытии могилы над деревянным гробом было об а
ружено покрывало около двух метров длины (примерная
длина гроба) и несколько шире крышки гроба. Покрывало
оказалось сшитым из двух почти равных по величине полот-
нищ: верхнего - из узорчатой с золотом ткани, и нижнего
из одноцветной ткани. К сожалению, не удалось извлечь по-
крывало целым, очевидно, ввиду довольно продолжительно
воздействия воды. Путем опроса старожилов и присутство-
вавших при вскрытии известных мастеров установлено еле-
дующее: примерно в 1880 году из арыка, проходившего

около мавзолея, в склеп прорвалась вода и затопила его.
Вода в склепе стояла долго - до просачивания вниз.

Вот почему дно саркофага, ткань покрывала и костяк 1
мура, имея следы воздействия воды, оказались покрытыми
слоем глинисто-лессовых отложении серого цвета. То же са-
мое обнаружено и в остальных вскрытых гробах. Поэтому
извлечь покрывало целиком оказалось невозможным: были
извлечены только отдельные фрагменты покрывала. На этих
фрагментах имеются следы плохо сохранившейся арабской
надписи. Они (фрагменты) были исследованы химиком-ре-
ставратором В. Н. Кононовым. К сожалению, ввиду плохого
состояния, полностью восстановить весь рисунок покрывала,
а°равно и надписи, не удалось. Волокно ткани как в верхней,
так и нижней части покрывала оказалось шелком; перепле
тение ткани — простое, полотняное; нить с золотом и сереб-
ром состояла из крученого шелка. Это покрывало можно от-
нести к типу так называемой парчи. Такие ткани с надпи-
сями стали появляться в самые первые годы ислама. Они
шли на знамена, покровы для гробниц, занавесы, а позднее

и на одежды1. # ^

*

Могила Улугбека находится в южной нише склепа мав-
золея Гур-Эмир. Надгробие представляет собой плиту из се-
рого мрамора, на которой имеется следующая надпись на
таджикском" языке: «Эта светоносная могила. это славное
место мученичества, этот благоухающий сад, эта д 1

1 См. Н. Н. Соболев. Очерки из истории украшения тканей. М,— Л.,
1934, стр. 124.

202
мая гробница есть место (последнего) успокоения государя,
нисхождением которого услаждены сады рая, осчастливлен
цветник райских обителей,— он же — прощенный султан,
образованный халиф, помогающий миру и вере, Улугбек-
султан,— да озарит Аллах его могилу! — счастливое рожде-
ние которого совершилось в месяцы 796 года в Султанийе;
в месяц же зу л-хидже 810 года в «городе Безопасности»,
в Самарканде, он стал полновластным в наместническом до-
стоинстве; подчиняясь же приказанию Аллаха, — «каждый
плывет до назначенного ему срока», когда время его жизни
достигло до положенного предела, а предназначенный ему
судьбою срок дошел до грани, указанной неумолимым ро-
ком,— его сын совершил в отношении его беззаконие и по-
разил отца острием меча (буквально — кинжала), вследствие
чего тот принял мученическую смерть, направившись к дому
милосердия своего всепрощающего господа, 10 числа месяца
рамазана 853 г. пророческой хиджры»

Под плитой обнаружен каменный саркофаг, стенки кото-
рого монолитны, дно сложено из четырех плотно пригнан-
ных одна к другой мраморных плит, которые оказались не-
сколько осевшими.

Обнаруженные останки Улугбека находились в следую-
щем положении. Голова была смещена к западной стороне
и повернута основанием вверх, причем в естественной связи
с черепом оказались три шейных позвонка. Последний из
них носил ясный след среза острым рубящим орудием. Ниж-
няя челюсть находилась перед лицом, обращенная ветвями
вверх. Фаланги пальцев рук и частью запястья смещены и
перепутаны. Точно так же перепутаны все кости ступней.
Остальные кости сохранили естественное взаимное распо-
ложение. Большая часть костей оказалась перекрытой в не-
сколько рядов остатками ткани. Часть ткани находилась на
полу саркофага, у изголовья, по правую сторону торса, ног
и ступней. Верхний ряд ткани темного цвета (черно-синего)
сохранился маленькими участками; наибольшие фрагменты
ее были найдены у изголовья, у правого бедра и у стоп.
Мелкими же фрагментами была усыпана вся поверхность
скелета. Создалось впечатление, что эта ткань является
остатком покрывала.

Второй слой ткани золотисто-коричневого цвета покры-
вал торс и ноги до середины бедер. Сзади эта ткань собра- 1

1 Надпись дешифрована проф. А. А. Семеновым.

203
лась в складки над подвздошными костями, спереди спуска-
лась широким углом. Вся ткань посеклась по волокнам. Ниж-
ний край одежды сохранил подрубку. Ткань удалось снять,
свернув рулоном; только отдельные ее участки, покрывав-
шие нижние части рук, были изъяты фрагментарно. Под
этой тканью были обнаружены шаровары из очень тонкой
ткани грязно-синего цвета, сильно посекшиеся. Шаровары
имеют широкую вздержку и схвачены в талии поясом в виде

ленты, завязанной бантом спереди.

Внизу шаровары доходили до щиколоток и имели отчет-
ливо сохранившийся край. Шаровары сохранились только в
передней своей части. Под спиной, крестцом и верхними
частями бедер ткань не сохранилась, очевидно вследствие
довольно продолжительного воздействия воды, когда склеп
был затоплен. Вот почему дно саркофага, ткани и костяк
Улугбека, носившие следы воздействия водьц оказались по-
крытыми слоем глинисто-лессовых отложений серого^ цвета.
Кости сохранились хорошо, за исключением локтевой и лу-
чевой костей правой руки, разрушенных какими-то солями.
Такому же разрушению подверглась нижняя челюсть, в ре-
зультате чего она распалась на два основных фрагмента.
Лобные бугры черепа под влиянием этих же солеи разбухли,
деформировались. На правой ветви нижнеи челюсти, по
внешнему ее углу, имеется срез до 2 см длины, произведен-
ный острым орудием.

Под грудной клеткой, сохраняющей в общем правильное
взаимное расположение частей, под левой ее стороной обна-
ружена земляная подкладка, вследствие чего при горизон-
тальном положении таза левое плечо было приподнято о-
лее чем на 15 см над уровнем пола. Состав этой подсыпки —
лессовидная земля с включением кусочков обожженного
кирпича и неполивной керамики. В ней же был найден ре-
зец челюсти человека средних лет (30—35), вследствие чего
он не мог относиться к скелету в саркофаге. Непосредст-
венно близ четвертого шейного позвонка был найден сруо-
ленный фрагмент третьего позвонка.

Под головой была специальная подушка в виде усечен-
ной пирамиды высотой 12 см из такой же лессовидной зем-
ли, как и подсыпка у торса. Следов тканей, кроме фрагмен-
тов описанного выше покрывала, обнаружено не было. Сле-
дов вдавленности от головы также не оказалось.

В отличие от всех других погребении, Улугбек лежал
в саркофаге совершенно одетым, что полностью соответст-

204
вует предписаниям шариата: насильственно убитый, как

«шахид» (мученик), должен был быть похоронен обяза-
тельно в своих одеждах *.

Все обнаруженные ткани были исследованы химиком-ре-
ставратором В. Н. Кононовым. От ткани рубашки и шаровар
сохранились лишь нити основы. Из погребения извлечено
много мелких фрагментов синей и коричневой тканей. Ма-
териал шаровар — некрученый шелк; первоначальный цвет
ткани — зеленый. Выявлены красители нитей ткани: индиго
и желтый (природа которого не установлена).

Рубашка — из некрученых шелковых нитей; первоначаль-
ный цвет ткани рубашки — желтый. Из погребения извле-
чены фрагменты, по всей вероятности, покрывала, которое
оказалось тонкой шерстяной тканью синего цвета.

По заключению профессора Л. В. Ошанина, производив-
шего антропологическое исследование костного материала,
у Улугбека монголоидный тип значительно ослаблен по
сравнению с ярко выраженным монголоидным типом его
деда — Тимура, что объясняется европеидным типом отца
Улугбека - Шахруха. По росту (165,8 см), по емкости че-
репа (1517 см3), по всем размерам костей туловища и конеч-
ностей Улугбек стоит гораздо ближе к своему деду Тимуру,
чем к своему отцу Шахруху.

На скелете отчетливо сохранились следы насильственной
смерти Улугбека. Третий шейный позвонок рассечен острым
оружием в поперечной плоскости так, что нижняя часть тела
и дуга этого позвонка срезаны, как бритвой. Удар пришелся
также по правому углу нижней челюсти и по нижнему ее
краю с левой стороны, которые также срезаны.

С чувством глубокого волнения я беру в руки череп ве-
ликого ученого — Улугбека, который проводил бессонные
ночи, изучая тайны мироздания, вел непримиримую борьбу
против реакционных сил, за передовые идеи науки. Как гово-
рил великий Навои, «все сородичи Улугбека ушли в небы-
тие. Кто о них вспоминает в наше время? Но он, Улугбек,
протянул руку к наукам и добился многого, перед его гла-
зами небо стало низким и опустилось вниз...» В этом поэти-
ческом высказывании Навои дана меткая характеристика
величия Улугбека не только как ученого, но и как атеиста,

1 Согласно мусульманскому обычаю, умершего естественной смертью
принято хоронить только в одном саване.

205
перед глазами которого «небо стало низким и опустилось
вниз ..» Да, такова сила власти человеческого разума!

Продолжая держать в своих руках череп и погрузившись
в свои размышления, я невольно остановил свое внимание на
отрубленном шейном позвонке ученого, и в эту минуту
перед моими глазами встал образ хищного зверя, убийцы
Аббаса, подлого наймита черных сил реакции. Мои пальцы
прощупывают поверхность плоскости разреза шейного по-
звонка: до чего она гладкая! Очевидно, сабля была остро от-
точена.

Писатель Садриддин Айни, живший в Самарканде неда-
леко от мавзолея Гури-Мир, где происходило вскрытие по-
гребений, иногда посещал мавзолей во время работы экспе-
диции, интересовался результатами ее работы.

Однажды он застал меня и профессора Л. В. Ошанина во
дворе мавзолея при рассмотрении двух черепов - Тимура и
Улугбека, которые лежали на столе перед нами. Бросив на
них беглый взгляд, Садриддин Айни спросил:

- Чьи эти черепа?

- Один - Тимура, другой - Улугбека,- ответил я.

- Который Тимура, который Улугбека? - поинтересо-
вался Садриддин Айни.

- Интересно, а как вы думаете? - спросил я его вме-
сто ответа.

- Э-э, как знать! Как известно, даже в том случае, когда
один из двух черепов принадлежит шаху, а другой — нище-
му, и то невозможно определить их! А ведь в данном случае

оба шаха!

__ Совершенно верно, домулла,— сказал я, улыоаясь,

но в данном случае один из них неграмотный, а другой —

ученый. ___

_ К сожалению, даже и в этом случае невозможно опре-
делить, который из них неграмотный и который ученый! -
заметил Садриддин Айни.

_____ Таков железный закон природы: она никому не де-
лает исключения; жаль, что таков конец человека! — вос-
кликнул я.

__ В этом вопросе природа оказалась несправедливой,

сказал Садриддин Айни.

— Возможно! Однако законы природы весьма сложны,
а еще неизвестных нам ее законов — бесчисленное множе-

206
ство. Несмотря на то, что человечество добилось огромных
успехов в области изучения законов природы, тем не менее
все это капля в море!

— Совершенно верно! — согласился Садриддин Айни.

— Но наряду с физической смертью человека,— заметил
я,— у него может быть еще другая, вечная жизнь: его тво-
рение, оставленное народу. Это и является для нас утеше-
нием.

— Верно! — сказал Садриддин Айни.

Работа экспедиции в Самарканде продолжалась до
24 июня 1941 года, после чего костные и другие материалы
были вывезены в Ташкент для всестороннего их изучения.
Кроме ряда установленных фактов, о которых сказано выше,
М. М. Герасимовым были восстановлены облики Тимура и
Улугбека.

По окончании камеральной обработки материалов экс-
педиции они были обратно восстановлены по чертежам, со-
ставленным при вскрытии погребений, то есть положены в
свои саркофаги точно так, как это было до вскрытия. Кроме
того, в саркофаги были положены акты вскрытия, вложен-
ные в запаянные в присутствии автора этих строк и неко-
торых других членов экспедиции трубки, помещенные в
свою очередь в специально изготовленные мраморные фут-
ляры.

Экспедиция по изучению останков некоторых историче-
ских личностей XV века является одним из звеньев той ог-
ромной работы, которая проводится советскими учеными
по изучению культурного наследия народов, в данном слу-
чае, узбекского народа.

ВСЕ ДЛЯ

РАЗГРОМА ВРАГА

Вероломное нападение гер-
манских фашистов прервало мирный труд советского народа.
Начался период освободительной войны с гитлеровскими
захватчиками. Война потребовала коренной перестройки
всех звеньев социалистического хозяйства.

Непоколебимая воля трудящихся Узбекистана во что бы
то ни стало победить злейшего врага человечества выявила

207
неограниченные потенциальные ресурсы республики, в
сравнительно небольшой срок было создано много новых
отраслей промышленности на базе местного сырья. Героиче-
ский труд узбекского народа обеспечил развитие производи-
тельных сил республики, увеличение продукции промыш-
ленности, оказание помощи фронту. В Узбекистане были
размещены и введены в действие многие промышленные
предприятия, эвакуированные из центральных городов Со-
ветского Союза. За годы войны в республике начали рабо-
тать 280 новых промышленных предприятий. Основные про-
изводственные фонды всей промышленности в годы воины

выросли почти в два раза. __air„nrn

Узбекский народ вместе со всеми народами Советского
Союза во весь рост поднялся на священную воину чтобы
отстоять свободу, честь и независимость Советской Родины.
На многочисленных митингах, проходивших по всей рес-
публике, прозвучала грозная и гневная клятва узбекского на-
рода — бороться с ненавистным врагом до последней капли

Р С первых же дней войны десятки тысяч сынов узбекского
народа ушли на фронт, где проявляли чудеса героизма и от-
ваги. Узбекский народ, на своей собственной спине испы-
тавший все ужасы рабства при ханах, эмирах и царизме, был
полон гневной решимости во что бы то ни стало уничтожить
захватчика, осмелившегося посягнуть на его честь, свободу
и независимость. Свой гнев и решимость он выражал такими
стихами:

И твердо мы знаем с младенческих лет:

Ужаснее рабства участи нет.

Чем жить чужими в стране родной,

Уснуть отрадней в земле сырой.

Орлу на утесе, на воле житье,

Отточим же снова оружье свое!

Как вихрь налетим на хвастливых врагов,

Запомнят они силу наших клинков.

За землю колхозов, за кровь богатырей,

За муки младенцев, за стон матерей,

За вдовьи страданья, за девичий плач —

Сторицей возмездъе получит палач.

В обращении к воинам-узбекам узбекский народ писал:
«Человек, хоть раз вкусивший сладость свободы, никогда ее
не забудет. Лучше прожить день свободным, чем сто лет ра-

208
бом. Сражайтесь, не щадя жизни, за нашу Родину, за нашу
свободу! Не забывайте, за вами, как непоколебимый утес,
стоим мы — узбекский народ, стар и млад, мужчины и жен-
щины» *. Провожая своих сыновей на фронт Великой Оте-
чественной войны, отцы говорили: «Возвращайтесь только
героями. Трусам нет у нас места».

Следуя призыву партии, советские люди перестроили
всю свою работу на новый, военный лад. Все было подчи-
нено интересам фронта. Изо дня в день выявлялись все но-
вые и новые резервы в промышленности, сельском хозяйстве
и транспорте. На предприятиях, фабриках, заводах — везде
и всюду развивалось социалистическое соревнование, шири-
лось движение передовиков, новаторов производства среди
рабочих. Получило большой размах движение многостаноч-
ников. Производственные планы на предприятиях, фабри-
ках и заводах, как правило, перевыполнялись. Неуклонно
поднималась производительность труда. В рекордные сроки
было налажено производство оружия, боеприпасов, самоле-
тов. Узбекский народ рапортовал фронту:

Есть железо, медь и олово тут есть,

Всем фашистским псам на голову — тут есть.

Наш Узбекистан не только земледел,—

Заводским гудком он зычно загудел.

Сам себе сказав: «Дела войны освой», —

Круто повернул он к фронту повод свой.

Яблоки послать всегда мы рады вам,—

Счастливы теперь послать снаряды вам.

Пушки делаем и минометы мы,

Дадим танки здесь и самолеты мы,

Коротко сказать — узбекская страна
Производит все, что требует война2.

Наряду с фабриками и заводами, которые работали круг-
лосуточно, многим партийным и советским учреждениям,
особенно республиканского масштаба, также приходилось
напряженно работать и днем и ночью.

Молодежь Узбекистана, воспитанная Коммунистической
партией, с честью выполняла свой патриотический долг,
совершая героические подвиги на фронтах Отечественной

1 Письмо бойцам-узбекам от узбекского народа. Ташкент, 1942.

2 Письмо узбекского народа бойцам Великой Отечественной войны.

Ташкент, 1942. ...

14 Т. Н. Кары-Ниязов

209
войны и в тылу, в авангарде развернувшегося социалистиче-
ского соревнования вместе с коммунистами шли комсо-
мольцы. По их инициативе создавались комсомольско-моло-
дежные бригады, началось мощное движение «двухсотни-
ков», вдвое превышавших установленные нормы. Создава-
лись комсомольско-молодежные бригады по сбору хлопка,
металлолома и денежных средств в фонд обороны. Комсо-
мольцы проявляли образцы героизма на народных стройках.
В суровые дни блокады Ленинграда, посылая своих богаты-
рей на его защиту, молодежь Узбекистана писала молодежи
славного города Ленина:

Мы шлем тебе своих богатырей,

Чтобы черный враг раздавлен был скорей.
И мы врага клянемся разгромить
И снова в сад отчизну превратить.

Мы горы можем для победы снестъ,
Сильнее смерти, братья, наша честь.

Не пощадит наш богатырь в бою
За город Ленина — и жизнь свою '.

В период Великой Отечественной войны около б тысяч
женщин Узбекистана участвовали в борьбе с врагом на
фронте А в тылу узбекские женщины заменили своих отцов
и братьев, ушедших на фронт. Советские патриотки быстро
овладевали - самыми разнообразными профессиями. Уже в
октябре 1941 года 45 процентов рабочих, занятых в промыш-
ленности республики, составляли женщины.

Война потребовала серьезной перестройки и работы
школы. Немало школьных зданий было занято под госпи-
тали и другие учреждения военного времени. Многие школы
вынуждены были перейти на трехсменные занятия. Нехва-
тало учебных пособий, топлива, часть учителей ушла на
фронт. Многие дети, отцы которых были на фронте, а ма-
тери работали на производстве, остались без необходимого
надзора. Роль и ответственность школы в период воины по-
высились как никогда.

В самые трудные военные годы партия и правительство
проявляли большую заботу о школе, о детях, о советском
учителе. Выделялось продовольствие для школьных завтра-

I Письмо к ленинградской молодежи от молодежи Узбекистана. Таш-
кент, 1942.
ков и учительских столовых; детям и учителям выдавались
одежда и обувь. Колхозы Узбекистана обеспечивали школы
топливом и сельскохозяйственными продуктами. Республика
радушно принимала эвакуированных детей, размещала их в
детских домах, интернатах, общежитиях, школах. Тысячи се-
мей патриотов взяли на воспитание и усыновили ребят, ко-
торых война лишила родителей.

Перед школой весьма остро встала проблема учитель-
ских кадров. Преподавателям, оставшимся в тылу, приходи-
лось работать за двоих и за троих, в две-три смены. При
средних школах для пополнения кадров преподавателей
были организованы краткосрочные курсы по подготовке
учителей из женщин и девушек-узбечек, имеющих среднее
или семилетнее образование.

В городах и рабочих поселках была организована сеть
общеобразовательных школ для обучения подростков, рабо-
тающих на производстве. Эти школы, созданные в годы вой-
ны, сыграли большую роль. В условиях военного времени
они открыли перед молодежью широкие возможности учебы
без отрыва от производства.

В годы войны работа школы была пронизана духом пат-
риотизма и преданности своей Родине и Коммунистической
партии. Повышая качество учебно-воспитательной работы,
школа живо реагировала на все события политической и хо-
зяйственной жизни страны, принимала активное участие в
мероприятиях оборонного характера: помогала колхозам и
совхозам в периоды сельскохозяйственных кампаний, участ-
вовала в воскресниках и т. д. Среди школьников разверну-
лось тимуровское движение помощи семьям фронтовиков.

Трудности, вызванные войной, серьезно отразились на
работе высших учебных заведений республики. Многие сту-
денты и преподаватели ушли на фронт. Некоторые помеще-
ния вузов были временно использованы под госпитали или
заняты эвакуированными учреждениями. Республика, как и
вся страна, переживала затруднения в снабжении продо-
вольственными и промышленными товарами.

Однако благодаря заботам партии и правительства о
школе, упорной работе преподавателей и студентов учеба в
высших учебных заведениях республики не прекращалась ни
на один день.

Патриотический подъем советского студенчества нашел
свое отражение в строгой и сознательной дисциплине, в по-
вышении требовательности к себе и другим, в упорной и

211
настойчивой учебе, в повышении общественно-политической
активности. Студенты работали на колхозных полях, боро-
лись за высокие военные урожаи, оказывали многообразную
помощь фронту, проводили политико-просветительную и аги-
тационно-пропагандистскую работу.

Несмотря на чрезвычайные трудности военного времени,
развитие высшей школы в республике продолжалось. Осенью
1941 года на историческом факультете Среднеазиатского го-
сударственного университета было открыто новое, историко-
филологическое отделение, а вскоре на его базе был создан
самостоятельный факультет. Вслед за тем был открыт восточ-
ный факультет с отделениями: восточно-туркестанской фило-
логии, афгано-иранской филологии, североиндиискои фило-
логии и истории стран Ближнего и Среднего Востока. В I аш
кентском институте инженеров ирригации и механизации
сельского хозяйства был создан гидроэнергетический факуль-
тет. Открылся Ташкентский институт театрального искус-

Вся деятельность научно-исследовательских учреждении

республики была подчинена нуждам фронта. Тематические
планы научно-исследовательских работ пересматривались в
соответствии с требованиями военного времени. Ученые Уз-
бекистана, охваченные патриотическим порывом, выявляли
все новые и новые внутренние ресурсы республики.

В феврале 1943 года, в самый разгар Великои^Отечествен-
ной войны, началось строительство Фархадскои гидроэлек-
тростанции. Трудно описать все подвиги, совершенные на
этом строительстве. Существует народная легенда, согласно
которой у ворот в Ферганскую долину, на горной скале, н
сящей название Ширин-Фархад, стоял замок, где жила ска
зочная царевна Ширин. Из многих юношей добивавшихся
ее руки она отдавала предпочтение двум: богатырю Фар-
хаду и красавцу Хосраву. Затрудняясь выбором, Ширин од-
нако, обещала стать женой того, кто оросит пустыню, лежа
щую вдоль горной возвышенности. Фархад с кетменем в ру-
ках принялся за работу. Откалывая от скалы глыбы камня,
он бросал их в реку, чтобы поднять уровень воды и
воду в пустыню. Хосрав же пустился на хитрость. По совету
колдуньи он купил плетеные из камыша циновки и под по-
кровом ночной темноты разостлал их по степи пеРеД 3^к“
Ширин. Выйдя утром из замка, она увидела скользящий по
циновкам блеск солнечных лучей и, приняв их за блеск воды,
отдала руку Хосраву. Немедленно была устроена свадьба.

212
Когда Фархад услышал об этом, он подбросил высоко вверх
свой тяжелый кетмень и подставил под него голову. Ширин,
узнав, что она обманута, также покончила с собой.

В образе легендарной Ширин отражена заветная мечта
узбекского дехканина о воде, оживляющей пустыню, а в об-
разе могучего труженика-строителя Фархада воплощена мно-
говековая борьба народа за воду. Разумеется, эта борьба ни
в период феодализма, ни во времена царизма не могла при-
вести к желанному результату. Только в советскую эпоху
под руководством Коммунистической партии и Советского
правительства была осуществлена благородная мечта краса-
вицы Ширин, то есть народа, создавшего ее образ, — мечта
о воде.

С первых же дней строительства Фархадской ГЭС широко
развернувшееся социалистическое соревнование выдвинуло
передовых людей труда, энтузиастов и организаторов, для ко-
торых это строительство стало делом чести, доблести и ге-
ройства.

Фархадскую ГЭС строил весь узбекский народ. 7 марта
1943 года было опубликовано обращение строителей Фархад-
ской ГЭС ко всем трудящимся Узбекистана: «Узбекский на-
род!.. Ты познал себя, свои силы в коллективном труде, на
социалистических полях, на строительстве величественных
ирригационных каналов и водохранилищ. Тобой, твоими тру-
довыми подвигами восхищались все советские люди. Так под-
чини же теперь своей воле седую Сыр-Дарью, заставь ее
идти по тому пути, какой ты ей укажешь, дай приказ: «Будь
слугой советской земли!» Сделай это, узбекский народ, и ты
еще раз услышишь хвалу своей силе и настойчивости»1.

Обращение строителей Фархадской ГЭС вызвало мощ-
ную волну социалистического соревнования. Обсуждая об-
ращение, трудящиеся республики с огромным патриотиче-
ским подъемом брали на себя новые повышенные обязатель-
ства. Каждый старался, следуя призыву фархадовцев, дока-
зать еще раз всему миру, на что способен под руководством
Коммунистической партии узбекский народ — хозяин своей
земли.

1 «Правда Востока», 7 марта 1943 г.

16 Т. Н. Кары-Нияэов

213
СОЗДАНИЕ ФИЛИАЛА
АКАДЕМИИ НАУК

I

В 1940 году в республике на-
считывалось около 60 научно-исследовательских учреждении^

Достижения науки в Узбекистане благотворно сказались на
развитии народного хозяйства республики, особенно ирри
SX и хлопководства. Ученые Узбекистана, соревнуясь с
научными работниками братских республик, внесли своь

вклад в передовую советскую науку.

В целях дальнейшего развертывания, а также упорядо
ния научно-исследовательских работ в республике 9 января

1940 года на базе Комитета наук был создан Узбекский фи
лиал Академии наук СССР (УзФАН). Это событие подготов^
лено всем предшествующим развитием соЧиа^™КОИ
культуры узбекского народа и его успехами в
нинской национальной политики нашей партии. Непосредс
венная постоянная связь со старейшим и крупнеишим цент-
ром науки Советского Союза - с Академией наук СССИ
серьезная помощь русских ученых сыграли огромную роль

развитии советской науки в Узбекистане. . .

Мне довелось быть председателем президиума филиал
Академии наук. Руководствуясь указаниями партии и прави
тельства УзФАН с первых дней своего существования взял
твердый’курс на удовлетворение актуальных запросов народ-
„о?о"озяйсРт.,, Дки „ культуры. В основу P.SOT КО.ОГО на-
учного центра был положен комплексный принцип разра
ботки основных проблем. Такими проблемами явились, изу-
чение природных ресурсов Узбекистана и пУтеи Р ^ й

нального использования; проблемы^ Ферганы "0^ческое
степи как хлопковой базы Узбекской CCP;h^°”°^4^hob
районирование республики; разработка важных осно
освоения пустынь и горных территории Узбекистана изуче
ние истории народов Узбекистана; развитие языка и литера
туры народов Узбекистана; исследования в области физико-

^ оТнимеизКТркНиТпримеров единения работников науки и
пооизводства было активное участие коллектива ученых
\одого еще УзФАН в упомянутом развернувшемся скорост-
ной народном ирригационном строительстве. В нем прини-

214
Мали участие все научно-исследовательские учреждения
УзФАН, научные работники которого рука об руку работали
с колхозниками и инженерно-техническими работниками,
трудившимися на этом строительстве.

Так, бригада геологов составила геологические профили и
выполнила геозарисовки по Северному Ферганскому и Юж-
ному Ферганскому каналам на трассе общей протяженностью
около 270 километров. Эти исследования дали также ценный
материал для разработки вопросов четвертичной геологии.
Благодаря грандиозному размаху земляных работ был полу-
чен исключительно важный научный материал.

Бригада гидрогеологов провела гидрогеологическое обсле-
дование берегов Сыр-Дарьи на протяжении около 1600 кило-
метров и составила гидрогеологическую карту бассейна реки
Сыр-Дарьи от Кампыр-Равата до Аральского моря. Эта карта,
а также собранные во время экспедиции материалы послу-
жили вместе с гидрогеологическими материалами основой
для решения ряда вопросов рационального использования
водно-земельных ресурсов бассейна реки Сыр-Дарьи.

Работа по археологическому надзору разрослась в боль-
шую экспедицию, которая, кроме непосредственного наблю-
дения за памятниками, обнаруженными во время строитель-
ства, провела значительную работу по разведке прилегающей
к каналу части Ферганской долины. В результате были сде-
ланы многочисленные археологические находки, начиная от
кремневых орудий до предметов времен последних коканд-
ских ханов. Наибольшее количество памятников относится
к истории Средней Азии до арабского завоевания. Была
собрана значительная нумизматическая коллекция, охваты-
вающая период в 2200 лет.

Наблюдения дали возможность установить, что в прошлом
площадь культурных земель занимала часть нынешней пу-
стыни. На строительстве Ташкентского канала были обнару-
жены древнейшие находки, относящиеся к каменному веку.
Значительное количество материалов представляло эпоху
бронзы и начало железного века. Наиболее поздние находки
относятся к XI —XII векам нашей эры. Полученные экспеди-
цией материалы, в особенности предметы, характеризующие
так называемую «бургулюкскую» культуру и могильники пер-
вых веков нашей эры, указывают на древнейшую связь до-
лины Чирчика с Сибирью и Восточной Европой.

Во время постройки Северного Ферганского канала вы
явлены интересные памятники материальной культуры древ-

215
него периода истории Ферганы. На строительстве Южного
Ферганского канала также собран интересный археологиче-
ский материал; в частности, в могильнике на Кувасае н
дены новые, неизвестные^ ранее для Ферганы типы роспис-

ных керамических изделий. „„„„„„та

Во время сооружения Каттакурганского водохранилища
было сделано много археологических находок. АР^°логи
собрали значительный вещественный материал из roP°™’
прорезанных подводящими каналами водохранилища. Архео
логические наблюдения на строительстве канала
В И. Ленина дали важные материалы по истории ХоРеа*а’
главным образом, феодального времени, которые, в ча”
сти, подтвердили ряд сообщении письменных источников
существовании древней системы орошения Хорезма.

У В результате перечисленных работ получены новые да
ные по истории народов, населявших территорию Узбеки-
стана об уровне материальной культуры этих народов в раз-
личные периоды их существования. Учет многочисленных
объекте» на трассе каналов и в прилегающих местностях
углубил и расширил наши знания об археологических памят

ник^х Узбекистан^мому времени относится изучение одного

из промышленных отходов хлопководства - хлопковой ше-
лухи на маслобойных заводах. В результате была установ-
лена техническая возможность и экономическая Целесооб-
разность гидролиза шелухи с последующим сбраживанием
нафтиловый спирт. Кроме того, из шелухи был получен пол-
ноценный строительный материал в виде изоляционных и

ПОЛБыТ разработан метод разделения хлопковой шелУ™ «а
компоненты - делинт и лузгу. Полученный беленый дел ^
вполне отвечает требованиям, предъявляемым химической
промышленностью к чистой целлюлозе. Лузга после химиче-
ской обработки превращается в ценное сырье для производ

ства фурфурола (ксилозы). ___„

Для удовлетворения насущных запросов сельского хозяй-
ства, в особенности в связи с освоением новых земель,
УзФАН составил почвенные карты областей республики,
ракалпакской АССР и всего Узбекистана. Эти каР™ отра-
жали ресурсы республики в области земледелия и животно-
адствР»! выявляли свободные земельные фонды и их при-
годность для использования под те или иные отрасли сель
скохозяйственного производства. Кроме того, карты дали

216
возможность обосновать размещение культур и отдельных
отраслей сельского хозяйства, а также послужили исходным
материалом для разработки агротехнических мероприятий в
зависимости от природных и хозяйственных условий.

Еще в бытность Комитета наук его сектор ботаники по-
ложил начало крупным исследованиям флоры, которые про-
должал и развивал Институт ботаники и почвоведения
УзФАН. Было предпринято создание большой монографи-
ческой работы «Флора Узбекистана». В предисловии к пер-
вому тому этого труда, вышедшему в свет в 1941 году, гово-
рится о том, что: ««Флора Узбекистана», несомненно,
знаменательный этап в истории изучения растительных ре-
сурсов. Это капитальное издание является плодом замеча-
тельного расцвета культуры Узбекской республики, превра-
тившейся из бывшей до революции отсталой царской коло-
нии в цветущий край. «Флора Узбекистана» прежде всего
является сводной всех материалов по изучению растений,
зарегистрированных на территории Узбекской и Каракалпак-
ской республик; кроме того, она является также определи-
телем и ценным пособием для специалистов, работающих в
различных отраслях ботаники и растениеводства; вместе с
тем она может быть предложена и молодым начинающим на-
учным работникам».

II

Во время Великой Отечест-
венной войны, осенью 1941 года, из Москвы и Ленинграда
были эвакуированы в Ташкент многие научно-исследователь-
ские институты Академии наук СССР, в том числе: Институт
истории, Институт востоковедения, Институт истории мате-
риальной культуры, Институт мировой литературы, Инсти-
тут экономики и права, Институт почвоведения. В числе при-
бывших в Ташкент ученых находились виднейшие деятели
советской науки: академики Б. Д. Греков и В. В. Струве, чле-
ны-корреспонденты Академии наук СССР А. Ю. Якубовский,
Е. Э. Бертельс, С. В. Бахрушин, В. Ф. Шишмарев, Н. К. Пик-
санов, А. А. Михайлов, доктор исторических наук С. П. Тол-
стов.

Тогда я одновременно выполнял три функции, а именно:
председателя президиума Узбекского филиала Академии
наук СССР, заместителя председателя Совета Народных

217
Комиссаров Узбекской ССР по науке и культуре и уполномо-
ченного президиума АН СССР.

Великая Отечественная война против немецко-фашист-
ских захватчиков коренным образом изменила деятельность
научно-исследовательских учреждений республики: работа

советских ученых была направлена к одной цели — защите
социалистической Родины.

Тематические планы научно-исследовательских работ пе-
ресматривались в соответствии с требованиями военного вре-
мени, вся деятельность научно-исследовательских учрежде-
ний была подчинена нуждам фронта. Ученые Узбекистана,
охваченные патриотическим порывом, выявляли все новы
новые внутренние ресурсы республики. Геологи
богатство недр края, чтобы поставить их на службу обороны
страны: химики искали способы получения лекарственных
препаратов, строительных материалов и других ценных про-
дуктов из местного сырья; ботаники занимались витаминоз-
ными, лекарственными, кормовыми и другими растительными
ресурсами; энергетики разработали комбинированный спо-
соб регулирования нагрузки одной из крупнейших энергоси-
стем республики, значительно повысивший круглосуточную
нагрузку и обеспечивший перевыполнение плана выработки
энергии станциями системы; зоологи осваивали эффектив-
ные биологические методы борьбы с потерями сельскохозяй-
ственных культур и животноводства.

Содружество ученых Узбекистана с прибывшими учеными
дало весьма ценные результаты. Был разработан ряд важней-
ших проблем в области народного хозяйства науки и куль-
туры. Пребывание в Узбекистане институтов Академии наук
СССР оказало благотворное влияние на развитие науки и
культуры в республике.

^ Осенью 1941 года в Ташкент были эвакуированы так-
же некоторые высшие учебные заведения. Всем им были
созданы необходимые условия для ведения учебной и
научно-исследовательской работы - предоставлены помеще-
ния для учебных и научных занятий, общежития, лаборато-

РИ*Сотрудничество коллективов ученых эвакуированных ву-
зов с учеными республики также было весьма благотворным.
Многие из прибывших ученых вели научно-исследователь-
скую работу в различных высших учебных заведениях рес-
публики, руководили аспирантурой, принимали активное
участие в подготовке научных национальных кадров.

218
Перестраивалась и научно-исследовательская работа ка-
федр вузов. Она была направлена на удовлетворение запро-
сов фронта. Крупнейшие проблемы оборонного значения
разрабатывались сообща, коллективно.

При Узбекском филиале Академии наук был создан анти-
фашистский Комитет ученых. В его состав входили:
М. А. Шателен, Б. Д. Греков, В. И. Романовский, Т. А. Са-
рымсаков, С. У. Умаров, А. Л. Бродский и другие. Я был пред-
седателем Комитета. Члены Комитета проводили большую
работу среди трудящихся масс, выступая с лекциями и докла-
дами на самые злободневные темы военного времени.

В начале июня 1943 года состоялась реэвакуация институ-
тов Академии наук СССР. Вместе со своими институтами
уехали домой ученые Москвы и Ленинграда. В связи с этим
мне вспоминаются два общих собрания коллективов: УзФАН
и эвакуированных в Ташкент институтов Академии наук
СССР, посвященные: первый раз приему и второй раз их
возвращению в центр.

В моем архиве сохранилась стенограмма доклада, сделан-
ного мною 31 мая 1943 года на общем собрании коллективов
УзФАН и институтов АН СССР, посвященном проводам рус-
ских ученых в центр. Приведу некоторые выдержки из этого
доклада. На мой взгляд, они интересны тем, что в какой-то
мере знакомят с работой ученых в годы войны.

«В свое время, — говорится в начале доклада, — принимая
у себя наших дорогих гостей, мы испытывали двоякие, про-
тивоположные друг другу чувства: с одной стороны, чувство
печали, с другой — радости. Печально было потому, что по-
кой наших ученых, созданный заботами партии и правитель-
ства, их домашний очаг был нарушен, волей судьбы они ока-
зались вне дома. С другой стороны, было радостно, потому,
что на нашу долю выпала честь принять здесь, у себя дома,
дорогих гостей; радостно было потому, что наша семья уче-
ных Узбекистана обогатилась новыми, высококвалифициро-
ванными научными кадрами...

Началась дружная совместная работа прибывших ученых
с учеными республики, которая, несмотря на трудности воен-
ного времени, протекала весьма успешно, плодотворно. В ре-
зультате были разработаны важнейшие вопросы науки и
культуры народов Узбекистана, а также народного хозяй-
ства республики.

Прежде всего, удачно была разрешена форма, а также со-
держание совместной работы прибывших головных институ-

219
тов АН СССР с соответствующими институтами и другими
научными учреждениями УзФАН: ряд руководящих работни-
ков головных институтов АН СССР был введен в состав Пре-
зидиума УзФАН. Кроме того, был создан объединенный Уче-
ный Совет УзФАН и институтов Академии наук, куда вошли
все академики и члены-корреспонденты АН СССР. Академик
Б Д Греков возглавлял секцию гуманитарных наук, а член-
корреспондент М. А. Шателен - секцию технических наук.

Все академики, члены-корреспонденты, многие доктора и
профессора институтов Академии наук^ являлись членами
Ученых Советов институтов и учреждений УзФАН, и, наобо-
рот, отдельные научные сотрудники институтов УзФАН во-
шли в качестве членов Ученых Советов различных институ-

тов Академии наук. о о

Большое количество научных сессии, конференции, сове-
щаний и заседаний институтов УзФАН проводились совме-
стно с учреждениями Академии наук, где наряду с научными
сотрудниками УзФАН активное участие принимали научные
сотрудники институтов Академии наук...

Переходя к характеристике работ институтов Академии
наук и их сотрудников, необходимо особо отметить работы
таких институтов, как Институт истории, возглавляемый ака-
демиком Б. Д. Грековым, Институт востоковедения, возглав-
ляемый академиком В. В. Струве, Институт почвоведения
имени Докучаева, возглавляемый академиком Л. И. Прасоло-
вым, Институт истории материальной культуры, воз-
главляемый доктором исторических наук С. П. 1олстовым,
а несколько позже - членом-корреспондентом АН ПППЬ'
А Ю. Якубовским.

Например, сотрудники Института истории академик
Ю В Готье, член-корреспондент С. В. Бахрушин, член-кор-
респондент В. И. Пичета, профессор М. В. Нечкина совме-
стно с научными сотрудниками Института языка, литературы
и истории УзФАН принимали активное участие в составле-
нии II тома вузовского курса учебника истории народов Уз-
бекистана. Член-корреспондент С. В. Бахрушин и член-кор-
песпондент В. И. Пичета одновременно в качестве редакто-
ров совместно с научным сотрудником указанного института
В А Шишкиным руководили этой работой. Кроме того,
член-корреспондент С. В. Бахрушин редактировал три тома
очерков по истории народов Узбекистана.

Научные сотрудники Института истории Академии наук
совместно с сотрудниками Института языка, литературы и

220
истории УзФАН написали большое количество брошюр на
патриотические темы для массового читателя...

Старшие научные сотрудники Института истории матери-
альной культуры профессор А. Ю. Якубовский и научный со-
трудник Госэрмитажа профессор К. В. Тревер совместно с
сотрудниками Института языка, литературы и истории
УзФАН составили первый том вузовского курса учебника
истории народов Узбекистана, завершив эту работу к ок-
тябрьским дням 1942 года. Эти же историки написали ряд
ценных трудов монографического характера по древней и
средневековой истории, принимали активное участие как
основные авторы сборника «Узбекистан и его народы в про-
шлом и настоящем».

По линии Института истории материальных культур про-
фессор С. П. Толстов подготовил и провел первую в Узбеки-
стане научную сессию по этногенезу народов Узбекистана,
написал ряд трудов для сборника Института языка, литера-
туры и истории УзФАН и отдельные брошюры, посвященные
освещению героического прошлого Узбекистана.

Директор Института востоковедения академик В. В. Стру-
ве руководил работой коллектива по составлению первого
тома учебника истории народов Узбекистана, одновременно
оказывал помощь молодым научным силам Института языка,
литературы и истории УзФАН в деле повышения их научной
квалификации. Член-корреспондент Е. Э. Бертельс, будучи
сотрудником упомянутого института, руководил группой уз-
бекской литературы. Им написан ряд весьма ценных работ
по истории узбекской литературы.

Институт востоковедения принимал активное участие во
всей научной деятельности Института языка, литературы и
истории УзФАН, особенно по линии повышения квалифика-
ции молодых ученых, принимая кандидатский минимум и
оформляя на заседаниях своего Ученого Совета защиты дис-
сертаций молодых ученых Узбекистана.

Ученые Почвенного института имени Докучаева углубили
и расширили связи с учеными Института ботаники и почво-
ведения УзФАН. Консультация, до этого проводившаяся за-
очно, стала оперативной. Непосредственное взаимное зна-
комство с тематическими планами позволило избрать общие
темы и координировать усилия ученых по их выполнению.

За время пребывания Почвенного института имени Доку-
чаева в Ташкенте были проведены совместно с Институтом
ботаники и почвоведения УзФАН весьма важные работы.

221
В частности, большое развитие получили начатые еще в
1939 году совместные работы по изучению засоленных почв
и разработке мер борьбы с засолением. Координация сил
обоих институтов в деле изучения геоморфологического
строения Голодной степи, ее гидрогеологических уело ,
элементов водного и солевого баланса, закономерностей поч-
венно-географического порядка, а также действия построен-
нь™ мелиоративных систем „мела плодотворные результаты
в виде мелиоративного районирования Голодной степи, про
екта целесообразного размещения сельскохозяйственных
культур, перспективных планов освоения новых земель.

Ученые Докучаевского почвенного института помогли
ускорить и завершить в первом важнейшем своем этапе круп-
щю итоговую работу Института ботаники и почвоведе-
ния УзФАН по составлению монографии «Почвы У-бек

^Составлены областные и сводная республиканская поч-
венная карты. Высокое качество этих материалов в значи-
тельной степени обязано многочисленным консультациям,
которые авторы - сотрудники Института ботаники и почво-
ведения УзФАН получали у крупнейших почвоведов Союза^
академика Л. И. Прасолова, члена-корреспондента АН СССР
Б. В. Полынова, профессоров А. А. Родэ, В. А. Ковда,
И П. Герасимова и других. Общение с руководителем с -
мирно известной советской школы почвенной картографии
академиком Л. И. Прасоловым и его учениками имело боль-
шое влияние на почвенно-картографические Раб°™’"р0®°'
дившиеся Институтом ботаники и почвоведения УзФАН, по-
могло существенно улучшить их качество.

Сочетание знания специфики Узбекистана у работников
Института ботаники и почвоведения УзФАН с глубокой ме-
тодической вооруженностью работников Докучаевского^ поч-
венного института обусловило возможность наилучшеи по-
становки и проведения работ по изучению режима влажно-
сти богарных земель. Эти исследования позволили вскрыть
закономерности динамики почвенной влажности, образова-
ние ее запасов и расходования, а также элементы м^аниз
передвижения, распространять на широкие территории бо-
гарной полосы республики и подойти к ее Раио™Р°аа“d
объективной научной основе. Результаты этих^ работ исполь-
зованы при планировании приростов площадей богарных по
севов, их урожайности и приняты за основу схем райониро-
вания.

222
Руководимая академиком Л. И. Прасоловым Сельскохо-
зяйственная секция Комиссии по производительным ресур-
сам Узбекистана, объединяя ведущих работников, обслужи-
вающих сельское хозяйство, явилась связующим звеном
между наукой и сельским хозяйством республики, отбираю-
щим и передающим руководящим органам все то ценное, что
достигнуто в работе научно-исследовательских учреждений...

Таковы лишь некоторые примеры, характеризующие пло-
дотворную деятельность и направления научно-исследова-
тельских работ эвакуированных в Узбекистан институтов
Академии наук СССР в содружестве с научными учрежде-
ниями УзФАН.

Провожая обратно наших гостей, мы испытываем опять-
таки двоякое чувство, аналогичное при приеме. Во-первых,
мы радуемся нашим успехам на фронтах Отечественной
войны с немецко-фашистскими захватчиками, благодаря чему
происходит реэвакуация, временно нарушенный покой на-
ших ученых и их домашний очаг восстанавливается. Но с
другой стороны, мы расстаемся с чувством искреннего, глубо-
кого сожаления, ибо в результате дружной совместной ра-
боты мы настолько полюбили друг друга, что нам трудно
представить эту разлуку.

Однако мы утешаем себя тем, что проделанная нами сов-
местная работа является прочным фундаментом для дальней-
шего ее развития. Мы твердо уверены в том, что дальность
расстояния отнюдь не явится каким-либо препятствием к
продолжению нашей работы. Наоборот, накопленный опыт,
дружественные связи, несомненно, явятся залогом дальней-
шего развития научных исследований, направленных к быст-
рейшему разгрому злейшего врага науки и культуры — фа-
шизма».

СОЗДАНИЕ АКАДЕМИИ

НАУК УЗБЕКИСТАНА

I

К 1943 году на территории
нашей республики насчитывалось 19 научно-исследователь-
скИх институтов, 23 различные научные станции, 3 обсервато-
рии, 11 музеев и 6 других научно-исследовательских учреж-
дений. УзФАН уже располагал солидной научной базой:

223
лабораториями, опытными станциями, фундаментальной биб-
лиотекой, издательством, типографией, высококвалифициро

ванными национальными кадрами. ^гпехов

Убедительным свидетельством значительных успехо
науки Узбекистана и важным шагом в создании условии для
ее дальнейшего развития явилось историческое постановке-
^Совета Народных Комиссаров Союза ССР от 27 сентября
1943 года «Об организации Академии наук Узбекской С
На долю автора этих строк выпала высокая честь быть из-
бранным ее президентом. Это событие огромной важности
заслуживает того, чтобы осмыслить его. И в самом деле, вед
ч™ каких-нибудь 25 лет после Октябрьской революции, в
тяжелые дни Великой Отечественной воины, на теРРи™Р™
бывшей царской колонии была создана национальная Акад-
мия наук, штаб передовой советской науки в республике гд
два с половиной десятка лет тому назад ЧаР“л^™
сплошная неграмотность среди взрослого населения. История
мировой науки не знает таких темпов развития.

Создание Академии наук в Узбекистане было отнюдь не
случайным, а, наоборот, вполне закономерным явлением: оно
подготовлено предшествующими достижениями социалисти-

ческой культуры и науки узбекского народа; явилось резул
татом последовательного проведения в жизнь ленинаю»гна-
циональной политики Коммунистической партии, брате
гг ом опт и русского и других народов нашей страны.

В приветственной телеграмме Центральному Комитету
ВКП(6)Ручастники торжественного собрания, посвященного
открытию Академии наук Узбекской ССР, писали.

Томским ученым даже в суровые дни воины созданы

все условия для самоотверженной и плодотворной работы над
разнообразнейшими теоретическими и практическими пр
лемами первостепенного народнохозяйственного значения.

Культура узбекского народа, обогащенная многовековым
связями с культурами народов сопредельных стран и осо
бенно с культурой великого русского народа, только при Со-
ветской власти получила широчайшие возможности для сво-
его мошного подъема и подлинного расцвета.

Историческое постановление Совета Народных К^исса-
ров Союза ССР об организации Академии наук Узбекской
ССР является выдающимся событием в жизни узбекского на-
рода и важнейшей вехой на пути дальнейшего подъема науки
ГУзбекистане и выращивания высококвалифицированных
научных кадров».

224
Первое общее собрание действительных членов и членов-
корреспондентов Академии наук Узбекской ССР обратилось
ко всем ученым республики с призывом сплотиться вокруг
своего научного штаба и еще активнее трудиться на благо
Родины. «Собрание считает,—говорится в обращении,—что
в настоящее время творческий труд как непосредственных
работников Академии, так и всех ученых республики должен
быть направлен к изучению и разрешению наиболее акту-
альных вопросов, связанных с укреплением военно-хозяйст-
венной мощи нашей Родины и скорейшим разгромом врага» *.

Героические подвиги Советской Армии, одержавшей
исторические победы над врагом, вызвали среди ученых не-
бывалый творческий подъем, сыгравший большую роль в мо-
билизации внутренних ресурсов республики на помощь
фронту и разработке ряда актуальных проблем, имевших
важное оборонное значение.

Вот несколько примеров. Экспедиция Геологического ин-
ститута Академии наук Узбекской ССР в 1944 году сделала
замечательное открытие: обнаружила месторождение желез-
ной руды, обладающее большим промышленным запасом.
В результате была разрешена одна из кардинальных народно-
хозяйственных задач — построена первая очередь Узбек-
ского металлургического завода. Институт достиг значитель-
ных успехов в изучении месторождений угля и нефти,
различных металлов и строительных материалов.

Ценные исследования провел коллектив Химического ин-
ститута Академии наук республики, разработавший техниче-
скую схему обессеривания местных светлых нефтепродуктов
и выявивший способ получения безводного сульфата нат-
рия, необходимого для производства соды, стекла и для дру-
гих промышленных нужд. Хорошие результаты были достиг-
нуты в области изучения местных лёссов для производства
строительных материалов, установлена возможность получе-
ния механически прочных и воздухоустойчивых цементов.
Выявлен ряд важных в практическом отношении свойств из-
вестково-вяжущих материалов, разработан метод извлечения
меди из алмалыкских руд.

В конце 1943 года при Химическом институте была орга-
низована специальная лаборатория по изучению раститель-

1 «Обращение ученых Академии наук Узбекистана ко всем работни-
кам науки, техники и искусства Узбекистана». «Бюллетень Академии наук
УзССР», 1944, № 1-4, стр. 20.

225
ного сырья. Эта лаборатория, а также лаборатория химии
растений химического факультета Среднеазиатского госу-
дарственного университета (где несколько позже была орга-
низована кафедра химии растений) вели успешные работы
по поискам новых алкалоидных видов и по установлению
строения вновь открытых оснований. За короткий^ период
деятельности этих лабораторий, уже к концу Великой Отече-
ственной войны, был открыт и изучен ряд новых алкалоидов,
значительная часть которых является весьма ценной.

Проделана значительная работа по изучению водоемов и
путей их освоения, а также по изучению способов борьбы с
паразитами сельскохозяйственных животных. В частности,
получен обильный материал по биоценологии, открыт планк-
тон в водах Сыр-Дарьи, составлена физико-химическая ха-
рактеристика Каттакурганского и Ферганского водоемов.

Исследования института почвоведения нашей Академии
наук привели к выяснению генезиса и определению физико-
химических свойств почв Голодной степи, их водно-солевого
режима, процесса засоления и рассоления. Были изучены
также почвы Хорезмской области, установлены глубины за-
легания грунтовых вод и выявлены причины, приводящие к
ухудшению мелиоративного состояния земель.

Физико-техническим институтом Академии наук респуб-
лики была разработана методика получения селеновых фо-
тоэлементов. Сконструированы селеновые выпрямители,
способные выпрямлять токи, мощностью в несколько раз
большие, чем давали возможность применявшиеся прежде вы-
прямители.

Одним из крупных сводных научных трудов военного вре-
мени является «История народов Узбекистана». В создании
первых двух томов наряду с местными учеными принимали
активное участие историки Ленинграда и Москвы. В них
освещена история народов Узбекистана с древнейших вре-
мен. Появление этих книг, несмотря на некоторые их недо-
статки, восполнило крупный пробел в рассматриваемой об-

ласТИ

Ограничиваясь этими примерами, скажем, что, несмотря
на тяжелые условия военного периода, наука в Узбекистане
успешно развивалась. Ученые республики проделали боль-
шую работу в самых разнообразных областях народного хо-
зяйства, науки и культуры. „

После войны для перестройки народного хозяйства рес-
публики в соответствии с условиями мирного времени про-

226
должалось дальнейшее изучение ее производительных сил.
При Президиуме Академии наук Узбекской ССР была соз-
дана постоянная комиссия по изучению производительных
сил Каракалпакии, которая вскоре преобразовалась в Совет
по изучению производительных сил Узбекистана. Разверну-
лась деятельность экспедиций по изучению производитель-
ных сил Каракалпакии, Ферганской долины, Голодной степи
и других районов республики.

В результате этих работ научные учреждения республики
подняли и разрешили многие вопросы, имеющие важное на-
роднохозяйственное значение. Так, на основе почвенных ис-
следований Ферганской долины была дана производствен-
ная характеристика земельных фондов для дальнейшего рас-
ширения хлопководства и составлена почвенно-гидрогеоло-
гическая карта долины. Проводились работы по определению
состава полезащитных насаждений Ферганской долины в раз-
личных почвенно-географических условиях.

Ботанические исследования растительности и естествен-
ных пастбищ и сенокосов долины завершились составлением
карт растительности и пастбищных угодий. В итоге обобще-
ния комплексных исследований была составлена карта агро-
мелиоративного районирования Ферганской долины, а так-
же решены некоторые вопросы ее комплексного географиче-
ского районирования.

На основе изучения баланса грунтовых вод Голодной
степи составлена схема и определены нормы полива хлопчат-
ника, а также разработана система вертикального машинного
дренажа.

На основе материалов, полученных при изучении пустын-
ных почв Узбекистана, создана единая номенклатура для
большинства этих почв. Установлены закономерности об-
мена веществ у пустынных растений. Проводились работы
по обогащению пастбищ Устюрта и Кызылкумов ценными
кормовыми растениями.

В результате широких почвенных исследований была соз-
дана двухтомная монография «Почвы Узбекистана», которая,
будучи первой сводной работой в этой области, дает развер-
нутое описание почв республики, вскрывает закономерности
почвообразовательных процессов, а также подвергает крити-
ческому анализу существовавшие в этой области работы.

В результате ряда успешных исследований, проведенных
на теоретической основе передовой мичуринской биологиче-
ской науки, коллектив ботаников и зоологов оказал большую

227
помощь сельскому хозяйству, в частности, в использовании
естественных растительных ресурсов. Ценным итогом
проведенного комплексного исследования явилось новое
для Узбекистана естественно-историческое районирование.
При разработке этой проблемы успешно изучались биология
и экология культурных растений, возделываемых в Узбеки-
стане (пшеницы, ячменя, проса и др.). Изучение биологии
хлопчатника внесло новое в понимание механики форсиро-
вания вегетативной и генеративной сфер хлопкового рас-

тения. л т

Были закончены монографические труды по раститель-
ным ресурсам Узбекистана, в частности: «Флора УзССИ»
(тома II — IV), «Микрофлора Средней Азии» (том II), <<1 ео-
ботаническая карта Узбекской ССР», в легенде которой по-
казано 16 типов растительности.

Значительная работа была выполнена в области физико-
математических наук, особенно по разработке вопросов тео-
рии вероятностей и математической статистики, а также гео-
физики, имеющих важные приложения в различных областях
науки и народного хозяйства.

II

Узбекский народ, как и дру-
гие народы Советского Союза, руководствуясь ленинским
учением о строительстве культуры, изучает достижения
науки и культуры, созданные на протяжении всей истории
человечества, перерабатывая и критически осваивая все луч-

шее из этого наследия. „ „

Еще в 1918 году под грохот артиллериискои канонады

гражданской войны и иностранной интервенции начали ра-
ботать постоянные комиссии по охране и восстановлению
ценных архитектурных памятников. А в 1920 году на их базе
был учрежден Туркестанский (позднее Среднеазиатский)
Комитет по делам музеев и охраны памятников старины, ис-
кусства и природы.

В связи с организацией Академии наук Узбекистана была
завершена проводившаяся с первых дней Октябрьской рево-
люции весьма ценная работа по собиранию восточных ру-
кописей (в Средней Азии), составляющих сокровища куль-
турного и научного наследия узбекского и других среднеази-
атских народов. Хотя начало создания рукописного фонда

228
было положено в 1870 году, одновременно с основанием в
Ташкенте публичной библиотеки, однако вследствие мизер-
ности ассигнований в то время этот фонд рос медленно, и в
1912 году, то есть через 42 года, в нем насчитывалось лишь
немногим более 300 томов рукописей.

После Октябрьской революции благодаря исключитель-
ной заботе Советской власти, ассигновавшей значительные
средства на приобретение рукописей, фонд библиотеки на-
чал быстро расти. С организацией Академии наук в этой об-
ласти проделана особенно значительная работа, а именно:
был организован ряд экспедиций по собиранию рукописей в
такие древние города Средней Азии, как Самарканд, Термез,
Маргилан, Коканд. В частности, с этой целью автору этих
строк совместно с научным сотрудником Института по изу-
чению восточных рукописей АН УзССР ныне покойным
Мирза Мухаммедовым пришлось ездить в Бухару.

В результате проделанной работы в указанном направле-
нии на базе образовавшегося рукописного фонда в составе
Академии наук Узбекистана был создан Институт по изуче-
нию восточных рукописей (1943 г.), несколько позже преоб-
разованный в Институт востоковедения АН УзССР.

Однако изучение собранных рукописей было сопряжено
с тем, что в силу сложившихся исторических причин, изло-
женных выше, большинство из них было написано на араб-
ском, в частности, на старотаджикском языках. Между тем,
в квалифицированных кадрах, владеющих этими языками,
ощущался острый недостаток. Поэтому в первое время на-
ряду с подготовкой кадров было решено использовать неко-
торых бывших мударрисов (преподавателей бывших мед-
ресе) и других лиц, способных делать хотя бы первичную
обработку рукописей. С этой целью со всех концов респуб-
лики собралась небольшая группа таких людей, которая под
руководством двух-трех квалифицированных специалистов
занималась указанной работой. Это были сугубо религиоз-
ные люди, ревностно соблюдавшие предписания ислама. Как
показал опыт, эксперимент по использованию указанных лиц
дал свои положительные результаты.

В настоящее время коллекция рукописей Института во-
стоковедения Академии наук Узбекистана занимает одно из
первых мест в мире среди подобных хранилищ. В ней насчи-
тывается примерно 90 тысяч сочинений, среди которых не-
мало уникальных памятников письменности, и представлены
такие, например, отрасли знания, как история, лингвистика,

229
география, медицина, философия, математика, астрономия,

^^Институт^едо^крштотливую работу по всестороннему
изучению и аннотированию рукописен, являющихся цен-
ными памятниками науки, литературы и искусства народов
Средней Азии. В результате научной обработки рукописен
уже к концу Великой Отечественной воины было составлено
четыре тома каталога1. Благодаря этим каталогам данные
сокровища культурного наследия народов Востока, KOT°PV
хранятся в Институте востоковедения Академии наук
Уз ССР являются достоянием широкой научной обществе
ности. На базе фондов института проведена серьезная иссле-
довательская работа по уточнению и разрешению многих во
просов, связанных с изучением истории науки и культурь
народов Узбекистана. В частности, изучено наследие выда
щихся представителей культуры народов Средней Азии-
Бируни, Абу-Али ибн-Сины, Навои, Улугбека.

Собрание восточных рукописей Академии наук Узбекско
ССР охватывает собою тысячелетний период. К вел« У
жалению, многое из сокровищ древней культуры среднеа
атских народов (особенно рукописи, создававшиеся веками)
погибло во время бурных событий VII века и первой поло-
вины VIII века. Только благодаря работам советских Ученых
постепенно восстанавливается подлинная картина ««окои
для своего времени древней доисламской культуры народо
Средней Азии.

III

Благодаря исключительному
вниманию Центрального Комитета Коммунистической пар-
тии Узбекистана и Совета Министров республики кдопро-
сам развития науки и культуры Академия наук УзССҒ пре
вратилась в крупнейшее научно-исследовательское учрежде-
ние в штаб науки республики. В научно-исследовательских
учреждениях Академии работают около 3000 научных работ-
ников.ДОни трудятся над важнейшими проблемами современ-

Н°ИНаапример, учеными Института ядерной физики выполнен
ряд работ в области активационного анализа, химическо
дозиметрии, физики высоких энергии и космических лучей,

1 «Бюллетень Академии наук Узбекской ССР», 1945, Ns 1 — 2.

230
ядерной физики низких и средних энергий, радиационной фи-
зики твердого тела. В настоящее время Институт ядерной
физики оснащен такими крупными установками, как ядер-
ный реактор, циклотрон, мощная гамма-установка, ней-
тронные генераторы и ускорительные трубки. Вводится в
действие комплекс радиохимических лабораторий, предназна-
ченный для производства радиоактивных изотопов и выпол-
нения научно-исследовательских работ. На реакторе и гам-
ма-установке, а также ускорительных трубках института
решается широкий круг научных и научно-технических задач
в области радиационной стойкости материалов и изделий, ра-
диационных эффектов в полупроводниках и лазерных мате-
риалах, активационного анализа горных пород, минералов,
чистых материалов, а также облучения различных объектов.
Для целей развития полупроводниковой и электрохимиче-
ской промышленности, промышленности радиоэлектроники
и электронной техники, а также промышленности тугоплав-
ких, жаропрочных материалов в Академии наук проводятся
широкие исследования в области физической электроники,
физики полупроводников, кристаллографии и гелиотех-
ники.

Институт математики имени В. И. Романовского зани-
мается в основном вопросами теории вероятностей и матема-
тической статистики, разработкой топологических методов,
вопросами теории уравнений в частных производных функ-
ционально-аналитическими методами, историей математики
Средней Азии, вопросами численного метода прогноза по-
годы и изучения атмосферных процессов над Средней Азией
и т. д.

В республике, где развиты крупная промышленность и
сельское хозяйство, придается исключительно важное значе-
ние развитию и внедрению кибернетических методов в на-
родном хозяйстве. Математические методы и расчеты на
электронно-вычислительных машинах получают широкое
применение в таких важных для республики областях, как
водное хозяйство, газовая промышленность, транспорт, гео-
логоразведочные работы, строительство.

Центром кибернетических исследований в республике
стал Институт кибернетики с вычислительным центром. Он
является головной республиканской организацией по разра-
ботке научных основ систем оптимального планирования и
управления народным хозяйством с применением электрон-
но-вычислительных средств.

231
Одно из наиболее крупных направлений в теоретической
геологии возглавляется Институтом геологии и геофизики
имени X. М. Абдуллаева. Этот институт является координа-
ционным центром Среднеазиатской региональной секции
Совета по комплексному изучению земной коры в верхней
мантии. Институт осуществляет также научно-методическое
руководство Среднеазиатским петрографическим советом и
секцией научного Совета по рудообразованию.

На основе обобщенных данных о золотоносности Узбе-
кистана составлена коллективная монография «Рудные фор-
мации и некоторые вопросы металлогении золота в Узбеки-
стане» В ней дана систематика месторождении золота, по-
казаны перспективы дальнейшего развития золоторудной

сырьевой базы. о

Составлена схема геологического строения палеозой-
ского фундамента территории Устюрта и Приаралья, а также
карта глубинного строения земной коры в интервале
0 — 35 километров для большей части территории Восточного
Узбекистана. Дано теоретическое обоснование особенностей
рудоносности магматических комплексов.

Эти исследования дают геолого-геофизическую основу
для прогнозно-металлогенических построении и научного
обоснования постановки поисково-разведочных работ на зо-
лото, полиметаллы, цветные и редкие металлы, рассеянные
элементы и другие полезные ископаемые. Выявленные кри-
терии рудоносности значительно расширяют перспективы

поисков новых месторождений.

На основании изучения теплового и вещественного
баланса ледников, питающих реки Узбекистана, разработки
теории оледенелых горных систем и методики регулирования
стока выявлены физико-географические, метеорологические
и гидрохимические особенности оледенения верховьев бас-
сейна реки Зеравшан. Эти исследования дают теоретические
и практические предпосылки для разработки вопросов водо-
снабжения Самаркандской и Бухарской областей, а также
для проектирования здесь гидротехнических сооружении.

Изучены условия возникновения и процесс Ташкентского
землетрясения. Составлены карты возможных максимальных
землетрясений и сейсмической сотрясаемости. Завершено
инженерно-геологическое и сейсмотектоническое райониро-
вание территории Ташкента и его пригородной зоны для обо-
снования Генплана. Выявлена корреляционная зависимость
между вариациями концентрации района в термоминераль-
М. И. Калинин среди трудящихся Ферганской области. 1925 год.

Митинг женщин-узбечек, требующих декрета
о снятии паранджи. Ташкент, 1927 год.
В. И. Романовский. Я считаю его моим учителем.
Эту фотографию он подарил мне в 1936 году.
УЗБЕКИСТАН СОВЕТ СО
ШШШСТИК РЕСПУБЛИК/

си алий сошининг

ДЕЛУТАТЛАРИГА

АЛ АН ши салом!

Сессия Верховного Совета Узбекской ССР в
1940 году рассмотрела вопрос о новом узбекском
алфавите. Я выступал с докладом о проекте
нового алфавита.

Заседание жюри конкурса
на памятник Алишеру Навои.
В 1941 году в Самарканде работала экспедиция по вскрытию
погребений Тимуридов. На снимке один из моментов работы
экспедиции. Слева направо: А. А. Семенов, С. Айни,

Т. Н. Кары-Ниязов (руководитель экспедиции), М. М. Гера-
симов, Б. Н. Засыпкин, В. А. Шишкин.

Вскрытие гробницы Тимура.

В центре М. М. Герасимов с черепом Тимура.
ной воде Ташкентского артезианского бассейна и проявле-
нием сейсмичности, что имеет определенный интерес в раз-
работке прогноза землетрясений.

Ученые-нефтяники Узбекистана добились больших успе-
хов как в развитии теоретических направлений нефтяной
геологии, так и в разработке прогнозов нефтегазоносности и
наиболее эффективных методов поисков нефтяных и газовых
месторождений.

В области теоретических исследований выполнена значи-
тельная работа по дальнейшему развитию основ теории opraj
нического происхождения нефти и газа — проведен большой
объем исследований по изучению нефтематеринских и неф-
тепроизводящих свит.

Практические результаты, вытекающие из этих исследо-
ваний, положены в основу дальнейших направлений геолого-
разведочных работ в производственных организациях Мини-
стерства геологии УзССР и объединения «Узбекнефть» Ми-
нистерства нефтедобывающей промышленности СССР.

В области методики поисков нефтяных и газовых место-
рождений для территории Западного и Южного Узбекистана
и Ферганы разработаны принципиальные схемы и выделены
наиболее перспективные зоны экранированных залежей, что
расширит фон геологоразведочных работ и прирост запасов
нефти и газа промышленных категорий.

Особо нужно подчеркнуть, что учеными-нефтяниками
преодолены огромные трудности по вскрытию продуктивных
горизонтов с аномально-высокими пластовыми давлениями и
при проходке мощной толщи с агрессивными солями в слож-
ных геологических условиях Узбекистана.

В области гидрогеологии и инженерной геологии завер-
шены значительные работы по изучению гидрогеологических
условий территории Узбекистана. Определены запасы под-
земных вод с указанием глубины их залегания, качества воды
и величины напора, что является основой для перевода всех
населенных пунктов и'городов Узбекистана на водоснабже-
ние подземными водами.

Известных результатов добилась Академия в области
химических и биологических наук. Например, в результате
комплексного изучения растений с целью решения проблемы
сознательного управления процессами, происходящими в ор-
ганизме растений, и наиболее полного использования расти-
тельных веществ выделено 50 алкалоидов, в том числе 9 но-
вых, 3 гликозидов и 8 новых видов масел.

, Т. Н. К.ры-Ни«зо»

233
Комплексное решение поставленных задач с привлече-
нием широкого круга специалистов: химиков, технологов,
фармакологов, ботаников и других позволило получить много
новых данных о механизме химических реакции и свойствах
веществ, накапливаемых растениями. В частности, доказано
строение 22 алкалоидов, 3 глюкозидов, установлен состав
8 масел, получены новые данные о строении белков семян
хлопчатника. На основании химических аналогий с природ-
ными и синтетическими регуляторами роста растений пере-
даны биологам для испытаний 333 препарата, в том числе
57 — против вилта.

Закончено физико-химическое изучение процессов кис-
лотной переработки низкосортных фосфоритов Узбекистана
с получением концентрированных фосфорных удобрений.
Материалы исследовании положены в основу составления
технико-экономической оценки некоторых месторождений.

На основе созданных химиками водорастворимых поли-
электролитов разработаны новые эффективные стабилиза-
торы (К-4, К-7) глинистых растворов, применяющихся при
бурении глубоких и сверхглубоких нефтяных скважин.

В результате успешного завершения работ по созданию
структурообразователей серии «К» найдены способы ускоре-
ния отмывки от солей засоленных почв и такыров путем
предварительного их оструктирования.

В Институте экспериментальной биологии растений про-
должается разработка научных основ и методов получения
новых сортов хлопчатника. Установлено, что метод получе-
ния внехромосомных гибридов имеет важное значение в пре-
одолении нескрещиваемости отдаленных форм.

Доказано, что сохранение сортовой чистоты, повышение
жизненности, продуктивности и приспособляемости к усло-
виям среды селекционных сортов хлопчатника зависят от
благоприятного взаимоотношения генотипов в их популя-
циях.

Установлены особенности формообразовательного про-
цесса у гибридов, полученных от скрещиваний географиче-
ски отдаленных форм хлопчатника. Эти гибриды относи-
тельно устойчивы к вертициллезному вилту.

Заслуживают внимания результаты исследовании, полу-
ченные методом наследственного повышения и сохранения
устойчивости хлопчатника к вертициллезному заболеванию.
Выведены высоковилтоустойчивые линии, обладающие комп-
лексом хозяйственно-ценных признаков.

234
Институтом зоологии и паразитологии разрабатываются
методы биологической борьбы применительно к такому
серьезному вредителю, как хлопковая тля. Установлен видо-
вой состав паразитов хлопковых тлей, состоящий из 11 видов
первичных паразитов, и среди них выделены наиболее серьез-
ные.

Разработаны теоретические основы влияния химических
микробиологических препаратов и их сочетаний на числен-
ность и физиологическое состояние вредителей хлопчатника.

Изучались закономерности распределения биологических
и экономических особенностей кровососущих двукрылых и
клещей в целях научного обоснования мер борьбы с этим би-
чом для человека и сельскохозяйственных животных.

Продолжаются работы по изучению фауны и флоры рес-
публики в целях дальнейшей инвентаризации природных ре-
сурсов, охраны и рационального использования. Результаты
этих исследований позволили научно обосновать многие
практические вопросы хозяйственной жизни республики,
содействуют рационализации использования природных бо-
гатств.

Таковы некоторые примеры, характеризующие важней-
шие направления научно-исследовательских работ, проводи-
мых в Академии наук Узбекистана.

Эти успехи объясняются прежде всего тем, что путевод-
ной звездой ученых, всей интеллигенции Узбекистана, как и
всего советского народа, служит учение основоположников
марксизма-ленинизма, являющееся идейной основой творче-
ской жизни советского человека. Оно стало не только сред-
ством познания мира и человеческого общества, но и ору-
дием его революционного преобразования.

Работники науки, культуры и искусства Узбекистана, как
и всего Советского Союза, являющиеся верными помощни-
ками партии великого Ленина, с честью вносят свой достой-
ный вклад в дело коммунистического строительства в нашей
стране.

С ЧУВСТВОМ
ГЛУБОКОГО УВАЖЕНИЯ

С реди упомянутых профес-
соров Среднеазиатского государственного университета на-
иболее близкими мне были В. И. Романовский (математик),
Н. Л. Корженевский (географ) и Л. В. Ошанин (антропо-

235
лог). Я находился в дружественных отношениях с ними мно-
гие годы. Первый из них был моим университетским учите-
лем; со вторым я был знаком еще до университета,^ в быт-
ность мою преподавателем первой советской узбекской школы
в Фергане, где он до Октябрьской революции преподавал в
мужской гимназии, а после революции — в русской школе
второй ступени. Третий был другом В. И. Романовского,^по-
этому мне приходилось часто встречаться с ним . Каждый из
этих ученых почти всю свою жизнь провел в Узбекистане.

Среди моих университетских учителей профессор
В. И. Романовский занимает особое место. Он оказал боль-
шое влияние на мое научное формирование, потому что был
превосходным педагогом, ученым с мировым именем, обладал
огромной эрудицией, а как человек - безупречно честным, в

высшей степени простым, скромным.

В 1908—1911 годах В. И. Романовский был преподавате-
лем математики и физики в Ташкентском реальном училище,
а с 1911 по 1917 год — сначала доцентом, затем ^профессором
Варшавского университета. После Октябрьской революции,
с 1918 года, до последних дней своей жизни он был профес-
сором Среднеазиатского государственного университета.
В 1935 году ему была присвоена ученая степень доктора фи-
зико-математических наук, а в 1943 году его избрали действи-
тельным членом Академии наук Узбекской ССР.

В И Романовский создал ташкентскую школу математи-
ков по математической статистике. Исследования его весьма
обширны; они охватывают собою такие области математики,
как высшая алгебра, теория чисел, дифференциальные урав-
нения, теория вероятностей и математическая статистика.
Труды В. И. Романовского посвящены главным^образом про-
блемам теории вероятностей и математической статистики,
обобщению классических теорем вероятностей; разработке
вопросов, относящихся к цепным стохастическим процессам;
разработке теории выборок, корреляции, кривых распределе-
ния и других вопросов математической статистики

Он занимался также вопросами теории ошибок. <3ти ис-
следования привели его к совершенно новым результатам,
совокупность которых составляет строгую и весьма строй-
ную теорию ошибок, основанных на новой научной базе, ко-
торая имеет большое значение.

• В университете мне не приходилось слушать лекции профессоров
Корженевского и Ошанина, так как они читали на других факультетах.

236
Кроме этих теоретических трудов, Всеволоду Ивановичу
Романовскому и его ученикам принадлежат важные иссле-
дования по применению статистических методов в хлоп-
ководстве, промышленности, метеорологии, агрономии, био-
логии.

Всеволод Иванович был прекрасным методистом, хотя сам
не был сторонником изучения методики преподавания. Об-
ладая всеми тонкостями педагогического мастерства, он
всегда утверждал, что успех чтения лекции зависит главным
образом от знания предмета.

На мой взгляд, В. И. Романовский по своей природе был
философом, причем философом-материалистом. Он никогда
не говорил, что является марксистом, однако его взгляды,
суждения, мышления по существу носили марксистский ха-
рактер. Всеволод Иванович редко выступал на заседаниях
или собраниях, а если выступал, то лишь по принципиаль-
ным вопросам. Говорил тихо, медленно, делал частые паузы.
У меня складывалось такое впечатление: он делал эти паузы
для того, чтобы тщательно формулировать свои мысли. Речь
его всегда была ясной, фразы — как бы отточенными. В связи
с этим вспоминается известный разговор между знаменитыми
физиками Нильсом Бором и Дираком. Бор сказал: «Когда я
был мальчишкой, меня всегда учили не начинать предложе-
ния до тех пор, пока не знаешь его конца».

В отличие от многих других профессоров университета,
диапазон научных интересов В. И. Романовского был весьма
широким. В частности, он был прекрасным лингвистом, вла-
дел многими языками, в том числе французским, английским,
немецким, итальянским, персидским, узбекским; хорошо знал
историю культуры народов Средней Азии.

Однажды я обратил внимание на раскрытый Коран, ле-
жавший на письменном столе В. И. Романовского.

— Всеволод Иванович, скажите пожалуйста, для чего вам
понадобился Коран?

— Для упражнений по арабскому языку,— ответил он, а
затем, взяв Коран в руки, заметил: — Вообще, изучение языка
требует постоянных упражнений, а ну-ка, послушайте, как
я читаю.

Кончив чтение одной небольшой суры, он обратился ко
мне с вопросом:

— Ну как?

— Очень хорошо, но только произношение у вас не со-
всем правильное.
— Это вполне естественно, ибо у меня не было практи-
ки,- сказал Романовский, а потом попросил меня читать.

Когда я удовлетворил его просьбу, он заметил, улыбаясь.

— Да, у вас совершенно другое произношение, однако
для меня важно умение читать и понимать арабский текст. ^

После этого, взяв со стола еще одну книгу, Романовский

сказал:

— Вот русский перевод Корана! „ . .

Это был перевод Корана с арабского на русский (1»78),
выполненный Г. С. Сабликовым. Оказывается, Романовский,
читая Коран, самостоятельно переводил прочитанный текст
на русский язык, а потом сравнивал свой перевод с перево-
дом Сабликова. v

В. И. Романовский со дня основания Академии наук Уз-
бекистана до последних дней своей жизни возглавлял ее фи-
зико-математическое отделение. После его смерти председа-
телем этого отделения был избран я.

Н Л Корженевский по праву считался крупным специа-
листом по ледникам Средней Азии. Почти ежегодно по по-
ручению Среднеазиатской гидрометеорологической службы
под его руководством снаряжались экспедиции по изучению
ледников края. Итоги их опубликованы в монографии «Мук-
Су и ее ледники» и в большой сводке - «Каталог ледников
Средней Азии». Н. Л. Корженевский изучал водные ресурсы
края, в частности, бассейн реки Исфайрам-сай и крупней-
ших озер Памира. Следует отметить также работу Н. Л. Кор-
женевского по исследованию бывшего Александровского,
ныне Киргизского хребта, на основе которой- было установ-
лено несоответствие действительного положения этого
хребта его изображению на картах, что привело к пере-
смотру картографии района к югу от Киргизского хребта.

Н А Корженевский прекрасно знал географию края,
изучал почти каждый его уголок, быт, нравы, обычаи народов
Средней Азии и с восхищением рассказывал о них. Он был и

превосходным оратором. ~

Л В Ошанин - один из старейших профессоров Средне-
азиатского государственного университета, руководил кафед-
рой антропологии. Его работы посвящены главным образом
антропологическому изучению представителен народов
Средней Азии. В частности, он принимал активное участие в
упомянутой экспедиции в Самарканд по вскрытию погре е-
ний тимуридов в мавзолее Гури-Мир, занимался антрополо-
гическим исследованием скелетов Тимура, его сыновей Шах-
руха и Мираншаха и внуков — Улугбека и Мухаммед-Сул-
тана.

Подобно В. И. Романовскому и Н. Л. Корженевскому,
Л. В. Ошанин очень любил Туркестан, его природу, обычаи,
нравы, гостеприимство местного населения, о чем всегда рас-
сказывал с искренним восхищением. Это был честный, скром-
ный, обаятельный человек.

Лев Васильевич любил рассказывать о своем отце —
В. Ф. Ошанине — энтомологе и путешественнике. Являясь
одним из первых исследователей Туркестана, он в свое время
возглавлял экспедицию в Карабеган и Дарваз, которая от-
крыла хребет Петра Первого и ледник Федченко.

— Как правило, отец возвращался из экспедиций с бога-
тыми трофеями,— рассказывал Лев Васильевич.— Это были
многочисленные ящики с насекомыми. Потом долгое время
он занимался камеральной обработкой их. Я всегда восхи-
щался его неутомимой энергией, трудолюбием.

Истинные ученые всегда были и великими тружениками.

О ПЕРВОМ
ВСЕУЗБЕКСКОМ
АКСАКАЛЕ
Ю. АХУНБАБАЕВЕ

История социалистического
строительства Узбекистана, как и других республик Совет-
ского Союза, неразрывно связана с именами выдающихся
деятелей Коммунистической партии и Советского государ-
ства, борцов за дело партии Ленина, за народное счастье.

В разное время мне довелось быть в определенных дело-
вых отношениях с первыми государственными и партийными
деятелями Узбекистана, в частности с первым Всеузбекским
аксакалом Юлдашем Ахунбабаевым. Хочу поделиться с чита-
телем некоторыми воспоминаниями о нем.

Юлдаша Ахунбабаева я знал еще в бытность мою дирек-
тором Ферганского областного педагогического техникума в
1921 — 1924 годах. Он был тогда членом президиума Ферган-
ского облисполкома, а затем — членом областной Контроль-
ной комиссии. Техникум находился в непосредственном ве-
дении облисполкома, и мне приходилось часто встречаться

239
с председателем облисполкома Алиходжаевым, а также с чле-
нами президиума, в частности с Ахунбабаевым.

Выходец из народа, Ахунбабаев воплощал в себе народ-
ную мудрость. Он прекрасно знал жизнь трудового народа,
его быт, нравы, обычаи, пословицы, поговорки, прибаутки,
сказки, легенды. Я не раз слушал его рассказы о нравах поме-
щиков, у которых он в свое время батрачил, о проделках
ишанов, свидетелем которых он бывал, о своем боевом кре-
щении в боях против басмаческих банд и т. д. Он рассказы-
вал просто, с чувством юмора, любил острое слово. Как
советский , и партийный деятель, Ахунбабаев был принципи-
альным, требовательным к себе и другим, всегда отстаивал ин-
тересы партии, трудового народа.

Мы часто встречались с Ахунбабаевым также в 1931
1943 годах — до последних дней его жизни (28 февраля
1943 г.), когда он работал председателем ЦИК, а затем Пред-
седателем Президиума Верховного Совета Узбекской ССР.

В период перехода с арабского алфавита на латинизиро-
ванный узбекский алфавит Ахунбабаев возглавлял Комитет
нового алфавита. Позже этот Комитет занимался и вопро-
сами терминологии. Выше говорилось, что в ту^пору мне при-
ходилось заниматься, в частности, разработкой научной тер-
минологии. В связи с этим не раз беседовал с Ахунбабаевым
по вопросам узбекского литературного языка, тесно связан-
ного с вопросами терминологии. Не вдаваясь в детали во-
проса, Ахунбабаев давал принципиально правильные уста-
новки. Однажды, выслушав мои соображения, он задумался,
а-потом сказал:

— Очень важно, чтобы наш литературный язык был об-
щедоступным, понятным широким массам.

Действительно, в те времена в узбекском языке еще бы-
товали чуждые ему, так называемые арабизмы и фарсизмы.
В дальнейшем узбекский литературный язык развивался на
основе приведенных пожеланий.

Ахунбабаев уделял большое внимание развитию народ-
ного просвещения в республике. Он посещал школы, бесе-
довал с учителями, оказывал им помощь. В бытность мою на-
родным комиссаром просвещения по его инициативе и бла-
годаря его призыву колхозы построили много школьных
зданий. Он живо интересовался достижениями науки в рес-
публике, посещал научные учреждения, беседовал с отдель-
ными учеными, всемерно способствовал развитию науки и
культуры в республике. ■; .

240
В 1938 году, когда в республике развернулось ирригаци-
онное строительство скоростными народными методами, од-
ним из инициаторов этого строительства был Ахунбабаев.
В то время я был заместителем Председателя Совета Народ-
ных Комиссаров республики и мне не раз приходилось с ним
ездить, особенно в период строительства Большого Ферган-
ского канала. Как-то, находясь на этой стройке, Ахунбабаев
внимательно следил за работой одного молодого колхозника
и вдруг обратился к нему:

— А ну-ка, дай-ка мне твой кетмень, сынок!

Тот в недоумении немедленно отдал свои кетмень Всеуз-
бекскому аксакалу.

— Вот как надо копать! — сказал аксакал, весьма ловко
и без напряжения оперируя кетменем.

В опубликованном и подписанном группой ученых Узбе-
кистанского филиала Академии наук документе, посвящен-
ном памяти Ю. Ахунбабаева, говорится: «Партия Ленина
воспитала в лице Юлдаша Ахунбабаева выдающегося поли-
тического и государственного деятеля, непримиримого борца
за дело партии, за счастье советского народа. Будучи Пред-
седателем Президиума Верховного Совета Узбекской ССР и
заместителем Председателя президиума Верховного Совета
СССР, Юлдаш Ахунбабаев всеми силами укреплял дружбу
советских народов, которые в наши дни, в борьбе с ненави-
стными фашистско-немецкими захватчиками, кровью спаяли
свое нерушимое братство. Большую роль сыграл Юлдаш
Ахунбабаев в развитии полнокровной и яркой национальной
узбекской культуры, в росте национальных культурных кад-
ров», а на траурном митинге, посвященном памяти това-
рища Ахунбабаева, секретарь ЦК Компартии Узбекистана
т. У. Юсупов сказал:

«В истории советского Узбекистана нет ни одного значи-
тельного этапа, который не был бы связан с именем товарища
Ахунбабаева. Велики его заслуги в области партийного
строительства, государственного устройства, подъема эконо-
мики, культуры и искусства в нашей республике. Его неукро-
тимой энергии хватало на то, чтобы принимать личное уча-
стие в решении самых разносторонних и сложных задач. Он
самоотверженно выполнял любое поручение партии, не гну-
шаясь самой черновой работой».

341
К СВЕДЕНИЮ
ГОСПОД ГРЭХЭМОВ

I

20 января 1945 года группе
депутатов Верховного Совета СССР, в том числе и мне, при-
шлось выступить на страницах газеты «Известия» по поводу
заявлений двух членов английского парламента (1 рэхэма
в декабре 1944 года и Бауэра — в январе 1945 года).

Выступая в палате общин в прениях по вопросу о 11ольше,
Грэхэм сказал: «Я говорю правительству, что сейчас настал
момент заявить нашему великому союзнику России, что о
должна обращаться с Польшей, как последняя того заслужи-
вает в качестве цивилизованной, христианской и европеи
ской нации, а не так, как если бы она была ничтожным ази-
атским племенем узбеков или таджиков».

По существу то же самое заявил и Бауэр.

В своем письме, опубликованном в «Известиях», группа
ученых, представителей верховного органа власти нашей
многонациональной страны, писала: «Мы не собираемся
вступать в спор по существу с Грэхэмом об отношении к раз-
личным народам Европы и Азии, мы не будем дискутировать
с ним и о независимости Индии. Думаем, что мы не найдем
общего языка с Грэхэмом, который столь презрительно гово-
рит об «азиатских племенах», как если бы он разделял с гит-
леровцами их человеконенавистническую расовую теорию о
прирожденном превосходстве одних народов над другими,
которая нужна для оправдания худших видов господства од-
них наций над другими, для оправдания всех и всяких видов
национального гнета, колониального рабства...

Но мы не можем не отметить скандальное невежество
члена английского парламента. Он не знает, что узбеки и
таджики — это народы с древней и высокой культурой. Он
не знаком с героической историей этих народов. Он не знает
и того что эти народы в Советском государстве добились
изумительных успехов в своем культурном развитии и ко-
нечно, стоят впереди некоторых европейских народов. 1 рэ-
хэм не знает и того, что узбеки и таджики пользуются не
только полным равноправием в Советском Союзе, но и глу-
боким уважением со стороны всех других народов Совет-
ского Союза, так что оскорбление, нанесенное узбекам и

242
таджикам, советский народ воспринимает как оскорбление,
нанесенное всему советскому народу».

Разумеется, не было возможности в рамках газетной за-
метки более или менее обстоятельно показать, что собой в
действительности представляли и представляют «ничтожные
азиатские племена узбеков или таджиков». Поэтому поль-
зуюсь случаем, чтобы остановиться на этом вопросе, имея в
виду не только Грэхэма, но и его единомышленников, кото-
рые время от времени как черные точки появляются на на-
шем ярком горизонте.

За годы Советской власти, особенно за последние 30 лет,
советскими учеными проделана огромная работа по изуче-
нию культурного и научного наследия народов Средней
Азии. В результате этой работы (в ней довелось участвовать
и автору этих строк), основанной главным образом на перво-
источниках — рукописях, археологических и других наход-
ках материальной культуры, обнаружены многочисленные
новые факты, опровергающие прежние концепции и в корне
меняющие существовавшие в старой, дореволюционной лите-
ратуре представления о месте и роли среднеазиатских наро-
дов в истории мировой науки и культуры.

Прежде всего заметим, что Средняя Азия — один из древ-
нейших очагов человеческой культуры, где человек обитал с
древнейших времен. Так, например, на юге Узбекистана, на
одной из горных гряд Байсунтау, в гроте Тешикташ в 1939 го-
ду было открыто жилище человека мустьерской эпохи древ-
некаменного века, где наряду с другими находками, характе-
ризующими эту эпоху, обнаружены кости, в том числе и
череп неандертальца *. Это открытие снова подтверждает
правильность марксистской теории единства процесса исто-
рического развития человека на Земле, что человек в своем
развитии повсеместно прошел неандертальскую стадию. Гос-
подину Грэхэму и его единомышленникам, ревностным блю-
стителям реакционных расистских теорий, следовало бы сде-
лать отсюда для себя соответствующие выводы.

О яркой древней культуре народов Средней Азии сви-
детельствуют, в частности, памятники неолита, например
памятник конца IV и начала III тысячелетия до н. э.— неоли-
тическая стоянка, открытая в 1939 году в Хорезме, в 1,5 кило-
метрах к югу от Джанбаскалы, названная по имени ближай-

1 См. А. П. Окладников. Труды УзФАН СССР, сер. 1. Ташкент, 1940.

243
шего населенного пункта кельтеминарскои '. Находки здесь
свидетельствуют о сравнительно высоком уровне культуры
кельтеминарцев рассматриваемого периода. Тплгтовым

Археологические работы, проведенные С. П. Толстовым
в Хорезме и В. А. Шишкиным в Нижнем Зеравшане, обна-
ружили довольно сложную оросительную систему, созДа”'
ную нашими предками в первой половине I тысячелетия до
н. э. Создание этих грандиозных ирригационных сооружени
(на протяжении сотен километров) говорит о высоком
уровне древней культуры народов Узбекистана. ^

Р По свидетельству китайских хроников, китайская мисс
во главе с Чжан-Цяном еще в 128 году до н. э. посетила
Фергану, Согдиану и Бактрию. Описывая Фергану, Чжан-
Цянь сообщил китайскому императору о том, что «даваньцы
(т е ферганцы.- Т. К.-Н.) ведут оседлую жизнь, занимаются
земледелием, сеют рис и пшеницу. Есть у них
вино Много аргамаков... Есть города и долины. В Даване
(Фергане) находится до 70 больших и малых городов; наро-
донаселение простирается до нескольких сот тысяч»
Чжан-Цянь привез из Ферганы на родину семена люцерны
и винограда, и, начиная с этого времени, их стали возделы-
вать в Китае

По свидетельству Чжан-Цяна, вино, приготовленное из
винограда, в большом количестве хранилось в течение мно-
гих лет не подвергаясь порче. Таким образом, еще во II веке
до н э’. виноградарство и виноделие в Фергане находилось

на высоком для своего времени уровне. ,

До последних исследовании советских ампелографов
предполагалось, что культура винограда проникла ^ Сред-
нюю Азию из Средиземноморья. Однако наряду с историче
скими данными, ботаническое изучение среднеазиатского и
средиземноморского винограда обнаружило факт первичного
возникновения культуры винограда именно в Средней Азии^.

Данные археологических раскопок показывают древней-
шее происхождение музыкальной культуры народов Узбеки-
стана. В частности, во время раскопок (М. Е. Массон) 1 * 3 4

1 С. п. Толстов. Древности Верхнего Хорезма. «Вестник древней

исто2РИн*Я^Бич*рин. Сборник сведений о народах обитавших в Средней
Азии в древние времена, т. 2. М., изд-во АН СССР, 1950, стр. 143.

3 Там же, стр. 161. . iq-se сто 500

4 Архив истории науки и техники, т. V- М.—А-, UW, стр. aw.

244
в 1933 году на городище Айртам найдены плиты скульптур-
ного карниза I века н. э., где изображены музыканты, играю-
щие на арфе, лютне, двойной флейте, двустороннем барабане
и кимвалах.

Далее раскопки (В. А. Шишкин, 1937—1939) развалин
дворца Бухар-худатов в Варахше обнаружили фресковую
живопись изумительной работы (прекрасные образцы стуко-
вой декорации, изображение людей, животных, птиц, рыб в
различных, довольно сложных композициях). Этот памятник
V—VI веков н. э. весьма наглядно и убедительно показывает
высокий уровень развития искусства этой эпохи.

Задолго до начала новой эры на территории Средней
Азии существовал целый ряд упомянутых государственных
образований, в частности, Хорезм — в районе нижнего тече-
ния Сурхандарьи в нынешнем Узбекистане, часть современ-
ного Таджикистана и область Пригиндукушья; Согдиана —
долина Зеравшана и Кашкадарьи; Маргиана (Мерв) — в до-
лине реки Мургаб.

В этих центрах предков среднеазиатских народов с древ-
нейших времен развивалась культура. В частности, такие го-
рода Средней Азии, как Мараканда (Самарканд) — столица
Согдианы, Бактра (позже Балх) — столица Бактрии, Мерв —
центр Маргианы, по свидетельству античных авторов, суще-
ствовали до н. э. и считались торговыми и культурными цент-
рами своего времени. Так, например, из материалов городищ
Тали-Барзу и Афрасиаба1 видно, что в IV —VI веках до
н. э. в районе Самарканда было развито культурное хозяй-
ство, основанное на искусственном орошении; существовали
садоводство и виноградарство; ремесленное производство, ке-
рамическое и строительное искусство достигло высокого со-
вершенства.

Археологические находки, а также древнейшие источники
свидетельствуют о горных разработках на территории Узбе-
кистана полезных ископаемых — золота, меди, железа (в го-
рах Каратау, Нурата, Букантау и др.) и драгоценных кам-
ней — бирюзы и лазурита.

0 высоком уровне искусства Бактрии могут дать пред-
ставление, например, художественные изделия, входившие в
состав найденного в 1877 году у брода реки Аму-Дарьи по
дороге из Самарканда в Кундуз «Амударьинского клада». Он
состоит из 1300 монет (относящихся ко времени с IV до

1 Афрасиаб — городище древнего Самарканда.

245
II веков до н. э.) и 177 великолепных ювелирных изделии из
серебра и золота (браслеты, ожерелья, перстни ахеменид-
ского и местного стиля, золотые пластинки с рельефным изо-
бражением людей и животных, статуэтки). К древнейшим па
мятникам искусства относятся найденные в Хорезме и L.
диане глиняные фигурки, изображающие местную огиню
Анахит

Среди дошедших до нас памятников искусства периода
греко-бактрийского царства немало таких, которые имеют
среднеазиатское происхождение и являются творениями ме-
стных мастеров. Например, серебряная чаша с изображением
местных свадебных обрядов, найденная в 1903 году в Казах-
стане, в Кустанайском районе Актюбинскои области, дати-
руемая III веком до н. э. и изготовленная в Средней Азии,
а именно: в одной из смежных с Индией областей Бактрии ,
а также серебряная чаша с изображением сцены венчания
царя и свадебного пира - «собрания Строгановых», датируе-
мая началом I века до н. э. и изготовленная в древней Фер-
гане1 2 и другие художественные изделия, характерные своей
техникой вставки отдельных рельефных частей в вырезанные
гнезда. Серебряные, медные и никелевые монеты, найденные
в различных местах Средней Азии, характеризуют искусство
местных мастеров, изображавших портреты царей и фигуры
богов античного пантеона.

Одним из замечательных памятников кушанскои эпохи
является серебряная чаша указанной техники с изображе-
нием охоты на львов, найденная в 1872 году в селе Вереино
Чусовской области Пермского уезда в составе клада с двумя
сасанидскими блюдами. Эта чаша по типу и стилю сходна с
изображением головы на монетах царя Герая, одного из
предков кушанских царей, правившего в конце II - начале
I веков до н. э. Таким образом, этот замечательный памят-
ник, относящийся к концу II века до н. э., оказался хорезмии-
ского происхождения.

В 1923 году на берегу Сыр-Дарьи, недалеко от городища
Айртама, находящегося вблизи старого Термеза, случайно
были обнаружены две каменные плиты с изображением му-
зыкантов. В связи с этим экспедицией, снаряженной узбеки-
станским Комитетом по охране памятников старины, в

1 К. В. Тревер. Памятники греко-бактрийского искусства. М. Л.
изд-во АН СССР, 1940, стр. 71.

2 Там же, стр. 87.

246
1933 году были произведены раскопки указанного городища1.
В результате было найдено шесть продолговатых каменных
плит скульптурного фриза с фигурами музыкантов, к кото-
рому принадлежали случайно обнаруженные в 1932 году ка-
менные плиты. Они оказались фрагментами верхней части
скульптурного карниза, служившего художественным укра-
шением буддийского монастыря, восходящего к первым ве-
кам н. э. Изучение фриза показало, что во II — I веках до
н. э. в Бактрии или Согде существовала самостоятельная ху-
дожественная школа, связанная в известной мере с Северо-
Западной Индией общностью культуры2.

Характерно, что упомянутая скульптура Айртамского
фриза перекликается с монументальной живописью и скульп-
турой, открытой Хорезмской экспедицией С. П. Толстова
(1945 — 1947 гг.) в Топрак-кале — древней резиденции ша-
хов Хорезма (III в.). Стены громадного зала с плоским, опи-
равшимся на четыре колонны перекрытием, были расписаны
довольно пышным орнаментом, представляющим систему пе-
рекрывающихся полос черно-желтых тонов. Образовавшиеся
при этом ромбические поля были использованы для живопис-
ных изображений музыкантов, одно из которых сохранилось
целиком. Живопись выполнена минеральными красками на
клеящем веществе по глиняной штукатурке, покрытым тон-
ким слоем алебастровой подгрунтовки3.

Далее в одной из комнат резиденции хорезмских шахов
раскрыта весьма интересная композиция сборщицы фруктов,
выполненная в теплых багряно-красных тонах. Она представ-
ляет собой изображение женщины, собирающей в фартук ви-
ноград и персики, а над нею — висящие кисти винограда и
часть сплетенной из прутьев садовой беседки. В разных ком-
натах резиденции найдены фрагменты изображений трех тиг-
ров, четырех лошадей, птицы (фазан), фрагменты человече-
ских изображений — два профиля, верхняя часть головы, по-
ловина лица в фас, глаз. В одной из комнат центральной
площадки дворца открыта на стене многофигурная компози-
ция, из которой сохранились стоящая женская фигура в бе-
лой одежде и мужская фигура в черном кафтане4.

1 М. Е. Массон. Скульптура Айртама. «Искусство», 1935, № 2.

2 К. В. Тревер. Памятники греко-бактрийского искусства, стр 156.

3 С. П. Толстов. По следам древнехорезмийской цивилизации.
М.—Л., изд-во АН СССР, 1948, стр. 177.

4 Там же, стр. 179.

247
Эти и другие росписи, открытые в помещениях^ ДВ°РЧ*>
пгилетельствуют о существовании самостоятельной х р
мийскоГхудожествеДй школы, стоявшей в свое время на

"Сольно в'ысоком уровне. Палитра

пппажает своим богатством. В ней представлены разнооораз
ные отт^ки красного, малинового, розового, синего голу-
бого Иленого, оранжевого, желтого, фиолетового, белого,
черного серого цветов. Изображения образуют поразитель-
ные цветовые комбинации. Они характеризуются своей реа-
„ЫС„Ч=, своеобразными и Убедител= приемам^ в
пепедаче рельефа штрихами и цветными бликами. Своеоора
зен орнамент. В композиционном решении он ассоциируется
с ™рРом образов народного текстильного орнамента совре-

менных народов Средней Азии . т^п-гпетная га-

В девяти комнатах дворца была открыта п РР
лепея хорезмских шахов III века - монументальная скульп
тура - раскрашенные статуи из необожженной г£иньц пр Д
ставленные большим числом разнообразных фрагменте^

В их числе - фрагмент рельефного изображения всадника в
натуоальную величину. Вообще большая часть статуи была

выполнена в натуральную величину, не^ОТ°Р“С ®^^свТ-
мясгатабе Как и в живописи, искусство выполнения их св
детельствует о высоком мастерстве хорезмских ХУД°ЖН^ ’
лт,Я статуй переданы с исключительным реализмом. Такое
жеЧма"”рствоР?.блюдается в передаче фигур, складок

°ДеЙГьшГч\йьТаР^Гнык статуй была

тттях стен «зала царей». В двух из этих ниш сохранились
“идвчие мужские4 статуи, вокруг которых группдовались по
3 — 5 стоящих мужских, женских и детских ста у . Р*
гические Находки дали возможность определить сюжет эти
сМульМтурнь^х групп: сидящие огромные фигуры изображали
МаХ а окружающие их - членов их семей и, возможно, бо-
™ посетителей Здесь была своеобразная портретная га-
лерея шахов III века2. Изложенное говорит о

том чтоРхорезмийская живопись и монументальная скульп
тура еще в глубокой древности находились на довольно

С°Крассмотренные нами памятники материальной культу-
ры Р Айртамский фриз, а также стенные росписи в рези-

. с. П. Толстов. По следам древнехорезмийской цивилизации,
стр. 181.

2 Там же, стр. 185.

248
В 1942 году делегация Узбекистана побывала на фронте. Генерал
(впоследствии Маршал Советского Союза) Л. А. Говоров показывает
Ю. Ахунбабаеву линию фронта.

Президиум торжественного собрания, посвященного открытию
Академии наук Узбекской ССР. Ташкент, 1943 год.
Здание Института востоковедения Акаде-
мии наук Узбекистана, где хранятся древ-
ние рукописи — культурное наследие уз-
бекского народа. Ташкент.

Театр оперы и балета
имени Алишера Навои в Таш-
кенте.

Памятник

Юлдашу Ахунбабаеву
в Ташкенте.

На приеме у премьер-министра
Индии Джавахарлала Неру.
В центре президент индий-
ского конгресса профсоюзов
профессор Пария. 1960 год.

Во время посещения Японии.
1957 год.

В 1966 году узбекская делега-
ция посетила Болгарию.

В редакции республиканской газеты «Совет Узбекистони». Справа
налево: Народная артистка СССР Халима Насырова, председатель
общественного Совета по коммунистическому воспитанию редак-
ции газеты Т. Н. Кары-Ниязов, редактор газеты «Совет Узбеки-
стони» М. К. Кариев, народная артистка СССР Лутфиханум Сарым-
саков а.
денции хорезмских шахов в Топрак-кале с изображениями
музыкантов и музыкальных инструментов (флейта, барабан,
лютня, арфа) являются весьма ярким и убедительным пока-
зателем высокой музыкальной культуры народов древнего Уз-
бекистана. Характерно, что изображенные на этих памятни-
ках, например, струнные инструменты, по своей конструкции
по существу мало отличаются от современных. Со временем
эти инструменты усовершенствовались, появлялись новые;
развивалась музыка, которая на Востоке играла большую
роль как в церемониале культа, так и в быту.

В 1937 году В. А. Шишкиным были начаты раскопки горо-
дища Варахша, которые продолжались до Великой Отечест-
венной войны, а затем, после некоторого перерыва, вызван-
ного войной, вновь возобновились в 1947 году и продол-
жались до 1954 года. В результате был раскопан дворец
правителей Бухары — Бухархудатов, в двух залах которого
обнаружена замечательная фресковая живопись.

В одном из этих залов все стены покрыты изображениями
воинов, сидящих по двое на белых слонах. Воины, вооружен-
ные копьями, мечами и арканами, отбиваются от двух хищ-
ников, нападающих на слона, — одного спереди, другого
сзади. Нападающие животные в одной группе — львы, в двух
других — леопарды, еще в двух — крылатые чудовища. Слоны,
а также фигуры воинов покрыты различными украшениями
из золота и драгоценных камней. На одной из стен другого
зала изображена сцена пира во дворце. Царь восседает на
богатом троне, украшенном двумя изображениями крылатых
верблюдов. По обе стороны от трона сидят мужские фигуры,
вооруженные мечами, кинжалами и с чашами в руках. Неда-
леко от трона — резервуар с горящим огнем. Кроме жи-
вописи, во дворце обнаружен ряд фрагментов стуковой деко-
рации: изображение людей, животных, птиц, рыб, змей в
различных, довольно сложных, композициях.

В 1948 — 1951 годах производились раскопки на городище
древнего Пянджикента, лежащего в 68 километрах от Самар-
канда, вверх по реке Зеравшан*. Раскопаны два больших
культовых здания — храма и жилые дома, на стенах которых
обнаружены остатки живописи, изображающие целые сцены,
составляющие сложные композиции. Например, сцена куль-
товой пляски, сопровождаемой игрой на музыкальных инст-

1 Раскопки производились А. И. Тереножкиным, А. М. Беленицким,
М. М. Дьяконовым и Б. Я. Ставинским под общим руководством
А. Ю. Якубовского.

17 Т. Н. Кары-Ниязов

249
руМентак, сцена жертвоприношения с участием труппы слу-
жителей во главе со жрецом, сцена оплакивания покойника.

Стенные росписи как во дворце Бухар-худатов в Ва-
рахше так и в храмах и жилых комплексах древнего Пянджи-
кента, датируемые VI-VII веками, представляют собой
клеевую живопись. Она исполнена по штукатурке, нанесен-
ной на кладку из сырцового кирпича.

Хотя в отличие от ранее рассмотренных нами живописен
рабовладельческого общества в живописях Варахша и Пянд-
жикента имеются явные элементы условных канонов красоты
и стилизации, тем не менее, наряду с мифологическими обра-
зами, они изображают реальную придворную жизнь тогдаш-
них правителей и церемониал религиозного культа со всеми
присущими им характерными деталями. сЭта живопись как по
мастерству ее исполнения, так и по своей богатой и сложной
композиции, несомненно, своими корнями уходит в глубо-
кую древность.

II

Старинные монеты, найден-
ные в Мавераннахре, свидетельствуют о том, что торговый
путь в Россию с берегов Аму-Дарьи существовал уже в
VIII веке, и торговые связи между народами Средней Азии и
Руси достигли довольно значительного развития уже к се-
редине IX века. В эту эпоху такие города, как Бухара, Самар-
канд, Ургенч, были весьма крупными для своего времени ре-
месленными, торговыми, административно-политическими и
культурными центрами.

В эту эпоху в условиях феодального гнета и преследова-
ния со стороны реакционного духовенства протекает дея-
тельность таких выдающихся ученых, как философ Абу-Наср
Мухаммед Фараби из Фараба на берегу Сыр-Дарьи; знамени-
тые энциклопедисты Абу-Али ибн-Сина из бухарского селе-
ния Афшана; Абу-Рейхан Бируни — из предместья столицы
Хорезма; механик, физик, математик и астроном Мухаммед
бин-Ахмед Хорезми; географы Абу-Абдулла Джаихани,
Шараф аз-Заман Тахир Мервази; математики и астрономы
Абу-Махмудхан Ходженди — из Ходжента; Абу-Сахль Ку-
хи — из местечка, расположенного к юго-западу от Каспий-
ского моря; Абубакр ал-Хосиб Кархи - из предместья Баг-
дада; Абу-Яхйя Мервази — из Мерва, Абул-Фатх Саид
бин-Хафиф Самарканди; Абу-Наср (Мансур бин-Али)

250
бин-Ирак; Абуль-Вафа — из местности Буздажана, нахо-
дящейся между Гератом и Хорасаном; Абу Хасан бин-Ах-
мед Насави и Омар Хайям — из Хорасана. Как видно, почти
все они являются уроженцами Средней Азии.

В области гуманитарных наук появляются такие, напри-
мер, труды, как «Тарихи мульки Туркестан» («История Тур-
кестана») Меджидуддина Адмана; дидактическое произведе-
ние «Кудатку билик» («Наука о том, как стать счастливым»)
Юсуфа Хаджиба Баласагунского; ряд капитальных работ хо-
резмского филолога Абул Касима Замахшари; «Диван лугат
аттюрк» («Собрание тюркских наречий») Махмуда Каш-
гарского; осуществляется перевод с арабского на таджикский
язык «Истории Бухары» Наршахи.

Получает развитие таджикская литература, появляются
сочинения поэтов Абуль-Хасана Рудаки, Абуль-Хасана
Шахида Балхи, Абу-Мансура Мухаммеда Дакики, Носир
Хисроу, Омара Хайяма и другие.

Остановимся вкратце на творчестве некоторых из назван-
ных деятелей науки и культуры. Абу-Наср Фараби родился
около 870 года, как указывалось, в Фарабе на Сыр-Дарье,
умер в 950 или в 951 году в Дамаске. Как многие труды сред-
неазиатских ученых того времени, не все труды этого ученого
дошли до нас. Все же в Институте востоковедения Академии
наук Узбекской ССР насчитывается 15 работ1, принадлежа-
щих перу этого ученого. Хотя каждая из них в отдельности
незначительна по объему и нередко является отдельной гла-
вой той или иной его работы, однако в совокупности они
охватывают довольно большой круг вопросов, главным обра-
зом, по философии.

Труды Фараби получили широкое признание в странах
Востока уже при его жизни, большую часть которой он про-
вел в одном из крупнейших культурных центров того вре-
мени — городе Алеппо. Всесторонне комментируя и ориги-
нально перерабатывая классические труды Аристотеля,
Фараби надолго определил направление развития аристоте-
левской линии философии на Востоке, получив у своих со-
временников упрочившееся за ним впоследствии прозвание
«второго Аристотеля», или «второго учителя» (ал-муаллим
ас-сани). В своем философском учении Фараби пытался
примирить взгляды Аристотеля с неоплатонизмом.

1 «Собрание восточных рукописей Академии наук Узбекской ССР»,
т. III. Ташкент, 1955, №№ 1855, 1900, 1902, 1903-1915.

251
Фараби первым среди крупнейших последователей школы
Аристотеля на Востоке пытался принять в качестве одного из
основных положений своей философской системы такое важ-
ное положение греческого мыслителя, как тезис о вечности
материи. Однако это положение он распространял на вещи,
согласно его учению состоящие из одного элемента, в отли-
чие от вещей, состоящих из многих элементов, которые, по
Фараби, изменяются, возникают и уничтожаются. Хотя кон-
цепции Фараби были в основном идеалистическими (напри-
мер, он учил о «божественном разуме»), его работы в свое
время все же сыграли громадную положительную роль в раз-
витии передовой научной мысли. Философский трактат Фа-
раби на протяжении столетий служил учебником во всех
высших учебных заведениях средневекового Востока.

Как у многих среднеазиатских ученых того времени, диа-
пазон творческой деятельности Фараби весьма широк. В от-
личие от ортодоксов, он много занимался светскими науками
и доказывал важность и необходимость их изучения.

Фараби является одним из основоположников теории му-
зыки, входившей в средние века в разряд математических
наук. Пользовавшаяся большой известностью «Книга му-
зыки» Фараби — обширный труд по теории музыки — оказала
значительное влияние на последующие исследования в этой
области. Имеются также сведения, что Фараби, будучи пре-
восходным исполнителем, детально изучал и музыкальные
инструменты.

Несколько позже, во второй половине X века, проходила
деятельность одного из крупнейших математиков и астроно-
мов того времени Абуль-Вафы (940 — 998), творческая
жизнь которого протекала в Багдаде, где он был членом Аст-
рономического Совета обсерватории при Багдадском дворе
Ад-Дауля (976—997). По имеющимся данным, его перу
принадлежит ряд работ, среди которых заслуживают внима-
ния следующие: 1) Обстоятельный трактат по арифметике,
известный под сокращенным названием «Место арифме-
тики», в котором дан подробный анализ важнейших, принци-
пиальных вопросов арифметики; 2) «Комментарии к алге-
браическому трактату Хорезми» — весьма ценный труд по
истории математики; 3) «Комментарии к алгебраическому
трактату Диофанта» — известного александрийского матема-
тика, который в своей «Арифметике» дал, главным образом,
решения неопределенных уравнений; 4) «Трактат по геомет-
рии» — обстоятельное сочинение, охватывающее совокуп-

252
ность всех вопросов геометрии того времени, и 5) «1рактат
по астрономии» — капитальный труд, пользовавшийся сла-
вой наравне с «Альмагестом» Птолемея.

Последний труд Абуль-Вафы явился результатом его
многочисленных наблюдений в Багдадской обсерватории и
критического изучения работ предшественников. В нем изло-
жены основы плоской и сферической тригонометрии, теория
движения небесных светил.

Заслуживают особого внимания исследования Абуль-
Вафы в области движения Луны. Во II веке до н. э. Гиппар-
хом было открыто так называемое первое неравенство лун-
ного движения, происходившее от эксцентричности лунной
орбиты (уравнение центра), а Птолемеем — второе неравен-
ство (эвекция). Абуль-Вафа, сравнивая свои наблюдения
с наблюдениями, произведенными в обсерватории Мамуна, и
таблицами Птолемея, открыл третью, важнейшую неправиль-
ность в движении Луны, так называемую вариацию. Им же
были определены угловые диаметры Луны и Солнца. В обла-
сти тригонометрии Абуль-Вафа предложил теорему тан-
генсов, составил таблицы синусов через каждые десять ми-
нут, а также таблицы тангенсов.

Заслуживает внимания замечательное предложение Абу-
Махмудхана Ходженди, относящееся к теории чисел, о том,
что уравнение х3 -(- у3 = z3 не имеет рациональных решении.
Ему же принадлежит изобретение оригинального астрономи-
ческого инструмента — секстанта «Судей Фыхри».

Омар Хайям (1017—1123) весьма популярен как поэт. Од-
нако он является и крупным ученым, выдающимся математи-
ком. Важнейшим математическим сочинением Омара Хайяма
является его «Трактат по алгебре», арабский текст которого
с французским переводом и комментариями был издан в Па-
риже в 1851 году. Хайям в своей работе подробно рассматри-
вает решение линейных и квадратных уравнений и геометри-
ческое построение корней кубического уравнения. Разбивая
кубические уравнения на классы и рассматривая каждый
класс в отдельности, он показывает, как решается задача по-
средством конических сечений.

В конечном итоге благодаря именно работам среднеази-
атских ученых на Востоке алгебра впервые выделяется в осо-
бую математическую науку.

Будучи придворным астрономом при сельджукидском сул-
тане Меликшахе, Хайям в 1074 году по поручению послед-
него возглавил в Мерве комиссию математиков и астрономов,

253
которая произвела коренную реформу солнечного календаря,
положив в его основу цикл в 33 года (из них 8 — високос-
ных). В этом календаре средняя продолжительность года
365, 24242 дня. Степень точности календаря можно видеть из
того, что его ошибка в течение 4500 лет составляет лишь одни
сутки. Таким образом, этот календарь значительно точнее ка-
лендаря нового стиля.

Среди упомянутых деятелей науки и культуры одно из noj
четных мест занимает великий среднеазиатский ученый
Абу-Али ибн-Сина (980-1037), уроженец бухарского се-
ления Афшана.

Ибн-Сина, отличавшийся феноменальной памятью и
огромной работоспособностью, занимался плодотворной на-
учной деятельностью в очень многих направлениях. О его
разносторонних научных интересах свидетельствуют мною-
численные произведения по медицине, алхимии, математике,
физике, астрономии, философии, этике, риторике, музыке.
К сожалению, огромное научное наследие ибн-Сины не
дошло до нас полностью.

В области знаний о природе, о естественных явлениях 4ej
ловечество до Абу-Али ибн-Сины накопило большой
фактический материал. Прогрессивное для своего времени
объяснение явлений, определение их закономерности, то есть
дальнейшее развитие естествознания, нуждалось в более глу-
боком обобщении. На долю Абу-Али ибн-Сины выпала
честь выполнить эту миссию, подвести некоторые научные
итоги.

Развивая традиции Гиппократа и Галена, Али ибн-Аб-
баса и Абу Салиха Мансура в медицине, ибн-Сина оказал
огромное влияние на дальнейшее развитие этой науки. Среди
написанных им работ по медицине особого внимания заслу-
живает его знаменитый труд «Китаб ал-Канун фи-т-
тибб», или «Канон врачебной науки» \ который принес уче-
ному мировую славу. Труд этот является сводом медицинских
знаний, обширной энциклопедией. В нем отразились, как в
фокусе, все достижения врачебной науки того времени и
предшествовавших поколении, он обобщает и поднимает на
новую ступень накопленные к тому времени человечеством
знания в области медицины.

Ибн-Сина впервые ввел в практику лечение ртутным
паром (предусмотрев и отравление, которое может вызвать 1

1 «Собрание восточных рукописей», т. 1. Изд-во АН УзССР, № 546.

254
этот пар). Он придавал огромное значение физической куль-
туре, физическим методам лечения, различным играм на от-
крытом воздухе, режиму, пигце.

Характерно, что задолго до открытия возбудителей болез-
ней ибн-Сина высказывал мысль о распространении болез-
нетворных существ посредством воздуха, воды, почвы, а так-
же указывал на заразительность туберкулеза. Он высказывал
мысль о взаимосвязи между психологическими и физиологи-
ческими процессами, о связи между болезнями мозга и дру-
гих органов.

Еще в XII веке «Канон» в латинском переводе1 проник в
Западную Европу, где он оказал огромное влияние на запад-
но-европейских врачей. Арабский текст «Канона» был напе-
чатан в Риме в 1593 году; в дальнейшем он был издан на ла-
тинском языке 29 раз в различных городах Европы, в част-
ности, в Лионе, Риме, Неаполе, Венеции, а в 1618 году—
в Лувене. «Канон» ибн-Сины в течение 600 лет пользо-
вался исключительной славой, затмившей славу трудов таких
авторитетных ученых, как Рази и Али ибн-Аббаса1 2.

Велика роль ибн-Сины в области философии. Изучая и
комментируя труды греческих философов, а также своего
соотечественника Фараби, которого он считал своим учите-
лем, ибн-Сина развил дальше платоно-аристотелевскую
философию. Среди его работ по философии особого внима-
ния заслуживает колоссальный труд — «Китаб аш-Шифа»
(«Книга исцеления»), который является большим научным
достижением того времени в области философии и естество-
знания.

Ибн-Сина, позднее прозванный «главой философии»,
был непререкаемым авторитетом в самых разнообразных об-
ластях науки того времени. Несмотря на идеалистичность
своих философских концепций в целом, его учение по
сравнению как со своими предшественниками, так и совре-
менниками, несомненно, является шагом вперед, ибо оно со-
держит в себе элементы, приближающиеся к материализму.

По выражению председателя Всемирного Комитета За-
щиты Мира Жолио-Кюри, вся деятельность ибн-Сины

1 Латинский переводчик труда ибн-Сины не совсем точно транскри-
бировал имя автора, вследствие чего он в Европе стал известен как Ави-
ценна.

2 В 1954 году в издании АН УзССР вышел т. I, а в 1956 году — т. II
перевода «Канона» с арабского на русский язык, выполненный Институ-
том востоковедения АН УзССР.

255
«основана на требованиях истины и разума». Действительно,
простота, последовательность, логическая стройность свойст-
венны трудам ученого. Он глубоко верил в силу разума, а по-
тому, естественно, проявлял нетерпимость к религиозной
догме.

Не менее важны заслуги ибн-Сины в области развития
неорганической химии. Он решительно отвергал господство-
вавшую в его время теорию алхимиков о превращении метал-
лов друг в друга и возникавшую в связи с этим идею сущест-
вования мнимого «философского камня», или «элексира
жизни», обладающего якобы свойством излечивать все бо-
лезни, возвращать молодость и т. п. Ибн-Сина подвергает
резкой критике знаменитого в свое время химика Джабира,
главу алхимиков, за мистическое определение «философ-
ского камня». Среди алхимиков наряду с шарлатанами были
и виднейшие ученые, разработавшие в поисках «философ-
ского камня» методы химического эксперимента и открывшие
новые вещества (серную, соляную, азотную кислоты). По-
этому алхимия в свое время пользовалась огромным автори-
тетом, а теория, лежавшая в ее основе, была господствующей.
Вот почему непризнание этой теории со стороны ибн-
Сины было огромным принципиальной важности шагом в
науке (хотя он и не отрицал «теорию» о происхождении ме-
таллов из ртути и серы). Аналогичную отрицательную пози-
цию занимал он по отношению к другой лженауке — ас